– О, вы, должно быть, госпожа Марципания? – прощебетала Флора, к которой вернулась располагающая сердечность. – Мы получили ваш заказ. Платье уже готово и ждет примерки. Ну, что же ты стоишь, принеси его скорее! – велела она Фауне и бросила выразительный взгляд на мой локоть, который та всё ещё сжимала. – Неважные дела подождут. Ты же видишь: к нам пришли настоящие клиенты.
Меня тут же оттеснили от примерочной и проводили в неё Козочку. Туда же после одобрения нянюшки передали платье – ткань дорогая, но перегруженность деталями лишала его воздушности.
Через минуту девушка выпорхнула из-за занавески, похожая на фруктовую корзинку, и, бросившись к зеркалу, принялась радостно разглядывать своё отражение. Любая бы на её месте радовалась после унылого вельвета и пасечной шляпки.
Глаза продавщиц увлажнились от умиления.
– Я сразу поняла, что оно создано для вас! – воскликнула Флора.
Фауна прижала ладошки ко рту:
– Вы сейчас похожи на мою дочь на первом в её жизни балу!
– Чего-то не хватает… – задумалась Мэривеза. – А, кажется, знаю!
Она подбежала ко мне, выдернула из волос кружевную наколку и закрепила в прическе Козочки.
– Вот теперь идеально!
Пока клиентка крутилась перед зеркалом, Фауна затолкала меня в кабинку и буквально вытряхнула из платья.
Через считаные мгновения меня выдворили из магазина совершенно подавленной. Случившееся просто не укладывалось у меня в голове: я хотела платье и не могла его получить! Амплуа цветочницы внезапно перестало казаться таким уж романтичным.
До «Бабушкиного сундучка» я всё-таки добралась, но после эльфийского шелка все представленные там наряды казались мне не привлекательнее занавесок, хотя сотрудницы искренне старались помочь и подобрать что-то приличное. Платье я всё же купила, остановив выбор на розовом с пышной юбкой из нескольких слоев марлевки. С блестками на подоле пришлось смириться, а вот салатовые бантики на рукавах вполне можно было дома отпороть. Покупку завернули в пергаментную бумагу и перевязали бечевкой. Я сунула сверток под мышку и пустилась в обратный путь.
* * *
Минуя центральную площадь, я заметила у фонтана принцев-основателей знакомую фигурку и сбавила шаг.
– Добрый вечер, Ливи, – сказала мадам Лилит, не оборачиваясь.
– Здравствуйте… а как вы узнали, что это я?
Она погладила бортик фонтана, на котором сидела, и кивнула на группу статуй в центре.
– Они подсказали.
Было непонятно, говорила ли она серьезно или просто не хотела отвечать на вопрос.
– Можешь подойти ближе.
Она приглашающе похлопала по мрамору, и я присела рядышком, примостив сверток между нами. Бортик был достаточно высоким, поэтому наши ноги не касались воды. На дне фонтана блестели золотой чешуей монетки, брошенные туда жителями королевства за здоровье правителя. У поверхности шныряли разноцветные рыбки с переливающимися плавниками. Время от времени одна-две выпрыгивали из воды, сверкая хвостом брызг, и ныряли обратно.
– Я часто прихожу сюда по вечерам, – сказала мадам Лилит, не поворачивая головы.
– Чтобы поговорить со статуями? – неловко спросила я.
– Да, и для этого тоже, – серьезно кивнула она. – В своё время Эол Свирепый, Амброзий Высокий, Глюттон Медоречивый и Мадоний Лунный сделали очень многое для академии и всего королевства. Они были лично знакомы с первым королем. Этот монумент стоит здесь далеко не одну сотню лет. На глазах этих статуй столица строилась и расширялась, приходили и уходили студенты, одни поколения сменяли другие…
– Похоже, они многое повидали.
– Да, поэтому иногда я спрашиваю у них совета.
– И они отвечают?
– Бывает – да, бывает – нет. Но подчас совет лучше спросить у того, кто не может тебе ответить. Тогда ты и сам начинаешь понимать, что для тебя лучше.
– Хм, раз уж вы с ними на короткой ноге, может, спросите про вечеринку? Её не отменят?
Мадам Лилит наконец оторвалась от созерцания скульптур и, повернувшись ко мне, улыбнулась. Никогда ещё на детском лице не было таких серьезных глаз и взрослой улыбки.
– Этого они не знают. Они могут рассказать только то, чему были свидетелями.
– А я слышала, Глюттон Медоречивый вроде как имеет прямой доступ к грядущему.
Глаз основателя факультета магической дипломатии полыхнул красным.
– Ну, в таком случае ты также в курсе, какие действия надо предпринять для извлечения этой информации. Но имей в виду: не всем нравится, когда их глаза используют вместо леденцов.
– Я это запомню.
Мадам Лилит пробежалась кончиками пальцев по моему свертку и наклонила голову:
– Тебя что-то тревожит, Ливи?
Я поспешно вскочила и прижала покупку к себе. Кто знает, что платье успело ей выболтать?
– Я безмятежна, как цветок лотоса на вершине горы Знаний.
Ректор усмехнулась и снова устремила взгляд вперед.
– В таком случае на горе тебе должны были подсказать, что розовая марлевка не лучший вариант для вечеринки.
– Они так и сказали, а ещё напомнили, что мне пора возвращаться в лавку. До свидания, мадам Лилит.
Она кивнула и снова погрузилась в свои мысли.
* * *
Реакция Эмилии была вполне ожидаемой.
– Какой чудесный выбор, Ливи! – сказала она, разворачивая бумагу и вынимая платье, чтобы получше его рассмотреть. – Я же сказала, что там тебе обязательно что-нибудь подберут.
Перед уходом она ещё разок отрепетировала с цветами поздравление ко дню рождения мадам, которое выпадало на конец недели, и поспешно упорхнула по своим таинственным ежевечерним делам.
Поздним вечером, уже готовя «Эксклюзив-нюх» к закрытию, я услышала робкий стук в дверь.
– Входите!
Посетитель оказался из стеснительных, пришлось идти открывать самой.
На пороге стояла бледная, как призрак, Флора с большой плоской коробкой в руках.
– Это вам, – сказала она, протягивая её мне.
– Что это? – удивилась я и приподняла крышку.
Внутри лежало моё облачное платье. Угасшее раздражение вернулось:
– Я же сказала, что не стану его покупать и…
– Не нужно денег! – испуганно прошептала продавщица. – Возьмите просто так.
– Как это?
– Совершенно бесплатно!
– Но… я не могу его принять. Или это какая-то акция?
– Умоляю вас! – всхлипнула она. – Мне явился ангел смерти…
– Ээ… он сам вам об этом сказал?
– Да, и пригрозил утащить с собой, если я не подарю вам это платье. А потом продиктовал точный адрес.
В голове зароилась догадка.
– Скажите, а как этот ангел выглядел? Случайно не высокий блондин в кожаной куртке и темных очках? Ещё он мог пару раз назвать вас крошкой или деткой.
Флора одарила меня полубезумным взглядом.
– Он и вам являлся?
– Нет, просто это классический образ, – пояснила я, забирая у неё коробку. – Спасибо за платье, я буду аккуратно с ним обращаться и через пару дней верну в целости и сохранности.
– Спасибо! Спасибо!!!
Она всё ещё рыдала от радости и рассыпалась в бессвязных благодарностях, когда я закрывала ногой дверь.
Направляясь с коробкой наверх, я чувствовала, как губы против воли раздвигает улыбка. Значит, вот кто свистел в магазине.
Ну, не могла я после такого продолжать сердиться на Ореста!
Глава 17
Про мечтирисы и неудачные подарки
В конце недели произошло сразу три важных события: во‑первых, мадам закончила букет, во‑вторых, доставили мои фисташки и, в‑третьих, вечеринку отменили. Ах да, ещё я познакомилась с подружкой Магнуса. Но обо всё по порядку.
Рано утром меня разбудил шум внизу. Высунувшись на лестницу, я увидела Эмилию и мадам. Они колдовали над праздничным завтраком. Гномка весело напевала, а Эмилия нарезала торт. Услышав шаги, она подняла голову и махнула мне вымазанным в лимонном креме ножом:
– Спускайся, Ливи, мы решили отметить день рождения мадам пораньше.
– Потом мне нужно будет уйти, – пояснила та, поправляя скатерть и светясь от счастья.
– Она проведет весь день с Рудольфо, – шепнула Эмилия, когда я спустилась вниз. – Он обещал устроить ей незабываемый праздник. Кстати, – добавила она громко и выразительно указала глазами на прилавок, где стояла открытая коробка. – Только что доставили, от господина Мартинчика.
– Там… всё на месте? – спросила я дрогнувшим голосом и сглотнула. – Он ничего не забыл?
– Точен, как часы, – улыбнулась Эмилия.
– Твои фрисушки тоже пришли, – весело подтвердила мадам и, к моему ужасу, закинула в рот целую горсть очищенных орехов. – Кстати, они и на вкус вполне ничего. Пожалуй, ради этого можно и с нераскрывающимися трещинками смириться. – Она зачерпнула из рядом стоящей пиалы ещё одну солидную пригоршню и щедро посыпала толчеными фисташками лимонный пирог.
