любовником.
— А? — Катя уставилась на меня, потом на Лену.
— Дома объясню. И прости, Саш. Похоже, не зря ты нас зовёшь Проблемными, — девушка грустно улыбнулась, а Катя продолжила недоумевать.
Да и я сам не особо понял. Или принц подумал, что мы спим? Нет, мы, конечно, спали вместе, но не в том смысле, в котором его обычно употребляют. Секса не было, да и не планируется.
В общем, принц, видимо, совсем дурачок. Но да, когда твоим врагом становится наследник империи, пусть и по глупым надуманным проблемам, это проблема. Правда, есть шанс, что Лене просто показалось. Ну, или принц не совсем дебил.
В любом варианте, сейчас нужно идти на завтрак. Что мы и сделали, где и узнали радостную новость. Радужное небо пропало! А это значит, что заработала техномагическая техника. Скоро мы вернёмся домой…
Телепортационную платформу, повреждённую диверсантами, уже починили, а также наёмникам нанесли колоссальный урон из-за атаки с тыла.
Как рассказал Иванов, принц ударил в тыл лагеря врага, уничтожив его. Враг остался без припасов, и сейчас, когда магия вернулась, наёмников ждёт полное истребление.
Ну а нам надо готовиться! Через три часа мы вернёмся домой… Я же и рад и расстроен одновременно. Радужное небо давало много энергии. Но, с другой стороны, обилие БЭ создавало серьёзное перенапряжение организма. Да и дома настоящий бардак.
Ладно. Пора домой, и пусть мои враги трепещут!
Глава 14
Телепортационная платформа была большой, куда больше, чем в Академии. А ещё она жрала кристаллы, как взрослый дракон мясо… Пришлось поделиться своими, и как же принц был удивлён, когда мы показали кристалл ранга A. Правда, нам потом всё компенсируют, так что ладно.
Будущий император лично следил за нашим перемещением, а ещё, кажется, уже отошёл от своего бзика. Смотрел на Катю с обожанием, да и к Лене стал присматриваться. Всё же они очень похожи на лицо.
И как я понял из комментариев парней/солдат/прочих существ с бубенцами, которые считали, что их не слышат, «развлечься» с сестричками/близняшками — это едва ли не главная мечта их жизни.
Подмечу, что, как правило, говорилось не про конкретных «сестричек». Ну а те, кто говорил именно про «конкретных», нечаянно ломали ноги, спотыкались и больно падали, да и всякое такое.
Но я отвлёкся, двадцать человек взошли на телепортационную платформу, включая меня и мою команду. Потом вспышка, и мы оказались в государственном телепортационном центре.
Это было круглое помещение с большим проходом, за которым столпились шумные журналисты, еле сдерживаемые охраной.
— Как вы выжили? Расскажите, пожалуйста, про это!
— Правда, что вы сражались с индусскими наёмниками?!
— Интервью! Мы заплатим!
Журналисты с ума сошли, стоило им увидеть нас. Рыжие аж за моей спиной спрятались. Ну а я… как обычно всех удивил.
— Дам подробное интервью тем, кто больше заплатит. И даже позволю сфотографировать себя и этого здоровяка, — указал я на Виталия. — В наших костюмах из шкур.
Ой, что дальше произошло… пришлось убегать. Точнее, нас вывела охрана, опасаясь за нашу безопасность. А снаружи нас ожидал комфортабельный автобус. Подмечу, что бронированный. Мы сразу уселись на удобные сидения и смогли наконец-то расслабиться.
— А я-то причём? — поинтересовался удивлённый здоровяк, имея в виду фотосессию. — Да и опасно это для меня…
— Твоё лицо уже на всех полосах газет, — покачал я головой. — Да и как выяснилось, тебя уже давно разоблачили. Но хочешь, можешь маску надеть.
Виталий лишь вздохнул, видно было, что он расстроен, но не из-за меня, а из-за всего этого. Похоже, винит себя. Всё же он добряк, хоть и выглядит как грозный медведь.
Впрочем, не зря говорят, что чем брутальнее и крупнее мужчина, тем добрее он внутри. Подмечу, что не всегда так. Да и сперва нужно сблизиться с ним, чтобы он открылся.
Вот был один бог… Из-за его внешнего вида, даже драконы старались с ним не связываться. А вот я однажды побывал в его божественном плане.
Как же я был удивлён, увидев там не распятых грешников, горы костей, чудовищных чудовищ и прочие ужасы, а потрясающие природные пейзажи и невероятной красоты бабочек.
Он оказался фанатом этих крылатых насекомых. Любил смотреть на них, создавать новые виды и радовать ими смертных.
— А почему это ты его пригласил на фотосессию, а не нас, красавиц?! — возмутилась Ангелина.
— Потому что я не могу за вас решать. Если хотите, то журналистам придётся хорошенько так раскошелиться.
— Мы же их сможем тратить, как захотим? — оживилась Лена.
— Конечно. Всё ваше, — кивнул я и посмотрел на Иванова. — А ты? С нами?
— А? А почему я? — почему-то удивился тот.
— Ну, во-первых, ты у нас тот ещё покоритель женских сердец, твои фотографии будут пользоваться огромным спросом. Во-вторых, ты руководил нашим лагерем. Твоё слово будет более весомым, и всяким дебилам, которые решат, к примеру, сказать, что «лишь благодаря мне, все были спасены» — никто не поверит. Всё же кто первее даст интервью, тот и получит все лавры, а род — репутацию, — объяснил я ему прописные истины.
— Я думал сперва посоветоваться с отцом… но, кажется, ты прав. Лучше провести совместное интервью.
На этом и порешали. А дальше Полина изъявила желание участвовать в фотосессии с Виталием. Анна со мной. А там и Рыжие решились. В общем… в скором времени одно информационное агентство слегка разориться.
Далее… репетиция перед интервью. По крайней мере, так я назвал наш допрос. Там же нам сообщили, о чём можно говорить, а о чём нельзя. Под конец дали бумаги под подпись о неразглашении. И ещё выдали вещи. Те самые, которые перенеслись без нас в Нижний Новгород. Ну и отправили домой.
Но не на личных машинах, а охраняемым конвоем сил безопасников. И вот, мы втроём вышли из машины перед воротами нашего особняка.
Охрана в белой броне притворялась статуями. Но оружие у них как обычно в боевой готовности. Лишь двое бойцов, единственные не зомби, открыли ворота и, низко поклонившись, позволили нам войти.
Небольшой сад пребывал в ужасном состоянии, но его не было смысла восстанавливать. Всё же уже конец октября. Скоро выпадет первый снег.
У порога особняка нас ожидала Татьяна. Женщина была одета по погоде и выглядела спокойной. Держалась, как могла. Но стоило нам пройти половину пути, как не выдержала и бросилась к дочерям. Я же
