препараты. Если не наврал, конечно. Но Петя собирался про все уточнить на занятиях по зельеварению. Или после них, отловив преподавателя. Или кого из кадетов старших курсов. Глядишь, в новых рецептах разберется.
Зачем они ему конкретно нужны, Петя представлял смутно. Исключительно поэтому ничего больше из готовых порошков брать не стал. Где он сбором от геморроя торговать будет? Или остальным? Но если хочешь стать хорошим целителем, знания лишними не будут.
В результате с Анной снова пообщаться не удалось. Как у Пети энергия закончилась, аптекарь стал его аккуратно выставлять. Отобедать не позвал. Заплатить за труды не предложил. Только Петя сам напомнил.
— Любезный Иван Владимирович! А много ли вы заработать собираетесь на тех снадобьях, что мы с вами сегодня приготовили? Как я понимаю, благодаря моей энергии жизни они стали много эффективнее, чем обычные.
— Что вы, молодой господин! Продавать их дороже я никак не могу. Хотя, не буду скрывать, я их абы кому не отдам. Только в достойные руки. Но за те же деньги. Если бы такой товар у меня постоянно был, тогда можно было бы и о разных ценах подумать. А при столь малых количествах нет смысла что-либо менять.
— То есть в моей работе вы не заинтересованы и платить за нее не намерены?
— Не надо так резко, Петр Григорьевич! Маг жизни любой аптеке нужен. Но вы же не можете работать здесь постоянно. Вы учитесь и в обычные дни, как я понимаю, свободной энергии у вас просто не остается. Так что давайте не будем загадывать. Когда вы можете прийти и сделать что-нибудь полезное, уверен, мы с вами в каждом конкретном случае полюбовно договоримся. Кстати, если еще лечилки сможете приносить, это тоже достаточно ходовой товар.
— Внедрить заклинание в амулет я, наверное, смогу. Артефакт для этого не все время занят. А вот в том, что мне заготовки под амулеты можно будет свободно брать, совершенно не уверен.
— Вот мы с вами вместе об этом тоже подумаем.
В общем, визит, вроде, был более продуктивным, чем два предыдущих. Только ни на копейку богаче Петя не стал. И с Анной все такие же непонятки остались. Разве что в зельеварении немного продвинулся, если удастся разобраться в лаборатории Академии с тем, что он делал сегодня.
На неделе занятия шли своим чередом. Лекции, медитации, лаборатории, теплицы, зверинец, библиотека. Свободного времени мало, а то, что есть, Петя его, все равно, на учебу тратил. На зельеварении спросил преподавателя (Генриха Александровича Фонлярского) про первый порошок, но только вызвал у того неудовольствие. По программе учиться надо, а не разбрасываться непонятно на что. Если есть лишнее время, может его загрузить дополнительно. Петя вслух обрадовался, именно дополнительные знания он и ищет, за что был оставлен в лаборатории мыть колбы и реторты. В общем, не сложились отношения у него с этим преподавателем.
Но кое-что выяснить все-таки удалось. У старшекурсников. Так-то они смотрели на перваков свысока и держались своей компанией, но смешанность групп немного эти границы затерла. Чистых магов жизни среди кадетов было всего трое, включая Петю, и расписание занятий у них совпадало полностью. Поэтому между аудиториями Петя, Николай и Ольга кочевали вместе и невольно сблизились. Друзьями не стали, но задать вопрос Петя им мог без особого риска нарваться в ответ на хамство. Вот у них он и попытался выяснить, что же он там в аптеке готовил.
Ольга даже заинтересовалась, что за ингредиенты он из аптеки принес. Содержимое каждого фунтика внимательно осмотрела, понюхала, даже каким-то заклинанием проверила. Жаль учить Петю этому заклинанию отказалась, сказала на занятиях в конце семестра и так покажут.
Примерно половину принесенного Ольга сходу идентифицировала, остальное забрала, чтобы в лаборатории с тамошними запасами сравнить. В том, что первый порошок — средство от геморроя уверена не была, но сочла возможным. Сама она такого рецепта не знала и у Пети его опыт выспросила. Он не стал таиться, решив, что с девушкой лучше дружить.
Зато второй порошок (кристаллы) сразу опознал Николай.
— Это же морфин! Где взял?
Оказалось, порошок популярен в определенных кругах и используется не только в лечебных целях. Стоит, действительно, дорого. Особенно, если с помощью магии изготовлен.
Тут желание узнать рецепт проявили и Николай, и Ольга. Хотя, похоже, их интерес имел разные источники. Вроде, на зельеварении такому тоже учат, но не всех и только в самом конце обучения. Вот Травина и хотела заранее подготовиться. К тому же интересно сравнить технологии, применяемые в аптеке и в лаборатории Академии. Ну а Фонтанов считал, что уметь изготавливать морфин — просто полезно по жизни. Друзья оценят.
Но тут Петя спешить не стал. Сказал, что процесс сложный. Вроде, он запомнил, но надо будет на практике в лаборатории проверить, просто на словах он и напутать может.
Договорились как-нибудь после занятий вместе остаться, попробовать. Только с наличием ингредиентов сначала разобраться надо. Не факт, что все в свободном доступе, особо ценные Фонлярский в запирающихся металлических шкафах хранил. И таких шкафов, как бы не больше, чем обычных было.
В один из вечеров Петя задержался в зверинце. Точнее, поздно туда пришел. Была его очередь «кормить» химеру, а на занятиях он изрядно опустошил свое хранилище. Пришлось долго медитировать, чтобы снова его наполнить. Даже запас в ауру набрал. Не совсем полный, но чтобы немного сверх необходимого минимума было. Урезать норму грифону было бы неправильно. Могут наказать, если узнают, но, главное, Петя считал недопустимым обманывать животных. Он и котов с собаками никогда не обижал, грифона, тем более, не будет. Тем более, что у них не то, чтобы дружба наметилась, но узнавать его этот монстр явно стал.
В результате вышел из зверинца абсолютно «пустой». С легким головокружением и слегка покачиваясь. И наткнулся на выходящих из клуба кадетов и девушек из городка. В другое время бы проскользнул среди них, но в текущем состоянии предпочел переждать. Вот и застыл, прислонившись к дереву у края дорожки.
Расходившиеся завсегдатаи шумно прощались. Как ни странно, не только юноши и девушки, но и кадеты между собой. Хотя, да. Старшекурсники уже не в казарме живут, а у каждого отдельная комната есть. Это Пете надо до конца семестра в «общей спальне» перекантоваться. Летом третьекурсники уедут, второкурсники на их место переберутся, освободив свои комнаты таким, как Петя.
У Пети собственной комнаты никогда не было. За исключением, разве, краткого пребывания в Путивле в ожидании отправки в Академию. Впрочем, там это была не его комната, а,
