Читаем без скачивания Черный кот. Три орудия смерти (сборник) - Гилберт Честертон

Он протянул ей руку, и Энид замерла в нерешительности. Затем попятилась, как человек, находящийся в полном смятении. О степени ее безутешности можно судить по тому, что она даже обратилась к Джадсону.

– Прогоните этого человека прочь! – пронзительно взвизгнула Энид. – Прогоните его! Он еще ужаснее, чем…

– Ужаснее, чем… – выжидательно повторил Джадсон.

Она, бросив на него обезумевший и одновременно непроницаемый взгляд, произнесла:

– Ужаснее, чем вы.

– Вы уже подписали этот чертов документ? – кипя негодованием, спросил Джадсон.

Едва Дун подписал бумагу, Джадсон выхватил ее и поспешно выбежал из дому.

И тут Энид увидела нечто совершенно непростительное. Сбегая по ступенькам, он издал радостный возглас, как мальчишка на каникулах или человек, наконец получивший то, о чем он давно мечтал. Она могла бы простить ему все что угодно, кроме этого последнего всплеска радости.

Чуть позже – Энид не смогла бы сказать, сколько прошло времени, – она все еще сидела у полукруглого окна и смотрела на пустую улицу. Девушка достигла того состояния, в котором человек чувствует, что все самое плохое уже случилось и бояться больше нечего. Но она ошибалась. Всего несколько минут спустя двое полицейских и еще один мужчина в штатском поднялись на ее крыльцо и, принеся извинения за вторжение, немного помявшись, провозгласили, что у них имеется ордер на арест Уолтера Уиндраша, обвиняемого в убийстве.

Мотивы поступков простых людей гораздо труднее уловить, чем те, что руководят поведением утонченных джентльменов. Первые не пытаются анализировать собственные эмоции, и результат зачастую бывает более таинственным, особенно с учетом того, что они никогда не стремятся разгадать эту тайну.

Энид была очень простым человеком. Впервые в жизни она оказалась в таком водовороте мыслей и эмоций. И первым чувством девушки, вызванным воздействием последнего потрясения, было примитивное человеческое ощущение того, что ее уединение подошло к концу. На нее свалилось нечто настолько сложное и сокрушительное, что тащить это дальше в одиночку у нее не было сил. Она нуждалась в друге.

Поэтому вышла за дверь и направилась по улице в поисках друга. Она отправилась искать шарлатана, мошенника, нелепого лживого мистагога[38], человека, который совершил против нее и ее отца самое гнусное и невообразимое злодейство. И Энид увидела, как он входит в свой собственный дом с медной табличкой на двери. Что-то не укладывающееся в сознание подсказало ей, что каким-то черным, извращенным и непостижимым образом он на ее стороне и что он сможет добиться всего, чего только захочет. Она остановила злодея своей странной истории и заговорила с ним так же непринужденно, как если бы он приходился ей братом.

– Я бы хотела, чтобы вы на минутку зашли к нам, – попросила Энид. – Произошло еще одно ужасное событие, и я уже вообще ничего не понимаю.

Доктор проворно обернулся, окинув улицу внимательным взглядом.

– Ага, – протянул он, – значит, к вам уже явилась полиция.

Энид на мгновение даже дар речи потеряла, и в ее затуманенном мозгу внезапно забрезжил свет.

– Вы знали, что ко мне должны прийти полицейские? – воскликнула Энид. И тут во всеобъемлющем ослепительном озарении она осознала тысячу фактов одновременно. Результат этого осознания оказался достаточно неожиданным. У нее вырвалось лишь одно выражение недоверчивого изумления:

– Так значит, вы не мерзавец?

– Только в определенной степени, – отозвался он. – Но осмелюсь предположить, что некоторые сочли бы мой поступок совершенно недопустимым. Ничего лучшего я придумать не смог, однако должен был его спасти. И времени на раздумья не оставалось.

Энид сделала глубокий вдох. Постепенно перед ней, как далекий мираж, забрезжило воспоминание, и она его поняла.

– Теперь мне все ясно, – произнесла девушка. – Вы поступили совсем как в прошлый раз, когда вытолкнули его почти из-под машины.

– Боюсь, что я чересчур импульсивен, – произнес Джадсон, – и, наверное, прыгаю слишком рано.

– Но в обоих случаях, – возразила она, – вы прыгнули как раз вовремя.

Затем Энид вернулась в дом. Ее рассудок все еще был расколот ужасом на множество частей. Она представляла отца то обезьяной, то маньяком, то убийцей. И тем не менее что-то пело в глубине души Энид, потому что ее друг оказался не таким уж дурным человеком.

Десять минут спустя, когда инспектор Брэндон из управления по расследованию уголовных дел, рыжеволосый полицейский с флегматичным лицом, но живыми глазами вошел в гостиную Уиндрашей, он нос к носу столкнулся с темноволосым джентльменом, имеющим квадратное лицо, такой же формы плечи и непроницаемую улыбку. Никто из людей, видевших доктора Джадсона во взвинченном и обуреваемом страстями состоянии, не узнал бы его в этом несокрушимо бесстрастном друге семьи, сидевшем в кресле и смотревшем на полицейского.

– Я не сомневаюсь, инспектор, вы согласитесь со мной в том, что эту несчастную леди необходимо избавить от ненужных страданий, – невозмутимо произнес он. – Я семейный врач, и на мне в любом случае лежит ответственность за ее состояние. Но также на мне лежит ответственность иного рода, и вы можете быть уверены: человек в моем положении не станет чинить препятствий, не позволяющих вам исполнять ваш долг. А пока, я надеюсь, вы согласитесь объяснить мне в самых общих чертах характер вашего задания.

– Ну что ж, сэр, – ответил инспектор, – что касается моего задания, то, должен признаться, в таких случаях я всегда рад возможности иметь дело с третьей стороной. Но, надеюсь, вы будете говорить со мной честно и искренне.

– Я буду говорить вполне искренне, – хладнокровно откликнулся доктор. – Насколько я понял, вы располагаете ордером на арест мистера Уолтера Уиндраша.

Полисмен кивнул.

– За убийство Исаака Морзе, – пояснил он. – Вам известно, где в настоящее время находится Уиндраш?

– Да, – серьезно ответил Джадсон. – Я знаю, где в настоящее время находится Уиндраш. – И, спокойно взглянув на полицейского, добавил: – Если хотите, я вам об этом сообщу. Или доставлю вас к нему. Я совершенно точно знаю, где он.

– Нам не нужны никакие прятки или игры в кошки-мышки, знаете ли, – покачал головой инспектор. – Если он сбежит, отвечать придется вам.

– Он не сбежит, – ответил доктор Джадсон.

Воцарилась тишина, которую нарушила суета за дверью, и на крыльцо взбежал разносчик телеграмм с депешей для инспектора. Этот достойный муж прочитал ее, хмурясь от удивления, а затем поднял голову и через стол посмотрел на собеседника.

– В каком-то смысле это принесли весьма своевременно, – произнес он. – Похоже, мы поступили правильно, пытаясь разобраться, вместо того чтобы рубить с плеча. Разумеется, если вы отвечаете за свои слова.

Он подал телеграмму доктору, который быстро пробежал взглядом по таким строкам:

ДО МОЕГО ВОЗВРАЩЕНИЯ НИЧЕГО НЕ ПРЕДПРИНИМАТЬ НАСЧЕТ У. У. БУДУ НА МЕСТЕ ЧЕРЕЗ ПОЛЧАСА. ХАРРИНГТОН.

– Это прислал мой начальник, – пояснил офицер. – Главный детектив, расследующий дело на месте преступления. Я бы даже сказал, что на сегодняшний день он один из главных детективов в мире.

– Да, – сухо откликнулся доктор. – Полагаю, я не ошибусь, предположив, что мистер Харрингтон проводил свое расследование под именем мистера Уилмота? И, кроме того, жил в доме по соседству?

– Да вы, похоже, кое в чем осведомлены, – с улыбкой заметил инспектор Брэндон.

– Видите ли, ваш друг вел себя как настоящий взломщик. Поэтому я был просто вынужден заподозрить в нем полицейского, – откликнулся Джадсон. – И еще, он заявил, что располагает самыми весомыми полномочиями. Я выяснил: эта семья не наделяла его подобными полномочиями, поэтому предположил, что, по всей вероятности, речь идет о полномочиях представителя закона.

– Что бы он ни сказал, он имел на это все основания, можете быть уверены, – заявил собеседник доктора. – Наш друг Харрингтон практически всегда оказывается непогрешим. А в данном случае его действия были полностью оправданы находкой, хотя никому такое и в голову не могло бы прийти.

– То, что он нашел, – произнес врач, – было скелетом человека, втиснутым в полый ствол дерева. Скелет явно находился там уже долгое время и имел следы сильного удара по затылку, нанесенного левой рукой.

Брэндон недоуменно уставился на доктора.

– Откуда вам известно, что именно он нашел? – спросил инспектор.

– Мне это известно, потому что я и сам обнаружил скелет, – отозвался Джадсон. – После некоторой паузы он добавил: – Да, инспектор, мне и вправду кое-что известно об этом деле. Как я вам и говорил, если это действительно необходимо, я могу отвезти вас к Уиндрашу. Разумеется, не имею ни малейших притязаний на право торговаться с вами. Но, поскольку в данный момент вы из-за этой телеграммы все равно не в силах ничего предпринять, а я, вполне вероятно, смогу быть вам полезен, можно ли попросить вас об ответной услуге? Не изложите ли вы мне всю эту историю? Или, возможно, точнее, вашу теорию?