сторону. Делает она это достаточно правильно. То ли за это время успела найти учителя и позаниматься, то ли интуитивно понимает, что нужно делать. В отличие от поединка с фехтовальщиком, в этот раз я начинаю атаку первым. Действую нарочито медленно, тягуче, прощупывая оборону Изабель и оценивая её уровень. Первые мои выпады, а точнее реакция девушки на них, показывают, что она всё же самоучка. Руки у неё работают относительно правильно, но вот движение ног никуда не годится.
За первую минуту нашего неспешного тренировочного боя я без труда несколько раз мог бы достать её ладони, но специально не делал этого, атакуя только в корпус. А когда девушка привыкла к этому направлению атак, резко сократил дистанцию и, крутанув Разящий Шелест, подсёк ей колени, заставив Изабель кубарем покатится по траве. Дал ей время подняться и, как только она встала в стойку, снова сбил с ног тем же приёмом, но проведённым, с другой стороны. В третий раз она на эту уловку уже не купилась, за что заслужила мой поощрительный кивок. Чем дольше с ней сражаюсь, тем отчётливее замечаю, что она всё ловит буквально на лету. Прошли всего минуты две или три, а её хват копья немного сменился, и она более уверенно держит правильную дистанцию. Определённо у неё четыре Звезды Таланта в копье, ничем иным я её обучаемость и интуитивно верные реакции объяснить не могу.
С Изабелью я вожусь намного дольше, чем с Арманом. Не столько спарингую с ней, сколько демонстрирую те или иные приёмы, переходы и движения. Позволяю ей самой атаковать и показываю, как уходить от прямолинейных атак. Заканчиваю я эту тренировку тем, что провожу серию выпадов по её коленям, раз за разом заставляя девушку отступать и три раза уронив её на землю.
— Неплохо. — Подвожу итог. — Чувствуется, что есть задатки, но вот с движением ног совсем беда, они никуда не годятся. Я бы посоветовал начинать разминку с упражнения Четырёх Стихий или со Сторон Света.
— Извините, но я не знаю этого упражнения. — Потупилась девушка.
— Плохо. — Покачал я головой сокрушенно. — Это базовые упражнения, которые желательно освоить как можно раньше. Я покажу начальные движения. Кстати, они будут полезны и для мечников, и для магов.
Не став откладывать это дело, я вышел на центр поляны и прокрутил начало ката Четырёх Стихий несколько раз. Сперва это сделал на обычной скорости, второй раз намного медленнее, а в третий ещё замедлился, при этом поясняя каждое движение. От правильного разворота ступней и длины шагов, до сопутствующей медитации. Разумеется, с первого раза земляне повторить мои движения верно не смогли. Объяснив им их ошибки, подозвал к себе мага и, пока остальные осваивали базовые движения, показал ему самые простые блоки и удары посохом.
— Посох — это то же копьё, — пояснял я, демонстрируя тот или иной приём. — Да, у него нет наконечника, но в руках мага копейный наконечник можно заменить ударом заклинания. — В доказательство своих слов провёл серию, завершая каждый удар по воздуху вспышкой “разряда”.
Надо отдать должное этому Геду Огиону, за неполных два месяца нахождения на Айне тот умудрился выучить почти десяток заклинаний и приёмов из различных магических школ. Причём даже попытался на их основе создать удобную для себя систему боя. Особенно меня заинтересовало, что в его арсенале присутствовало такое заклятие как “Раскол”, которое я как раз хотел изучить в ближайшее время. Что же касается магии Молнии, то Огион оказался к ней мало предрасположен и так нужной мне “Прямой Молнии” не знал.
По прошествии получаса, убедившись в том, что первую четверть движений ката Всех Стихий земляне выполняют более-менее правильно, предложил сделать перерыв и перекусить. Когда мы расположились у костра, рассевшись на поваленные сухие брёвна вокруг огня, подумал, что моя шутка с выдаванием себя за местного, уже заходит в тупик. И если я хочу подтолкнуть их развитие ещё сильнее, то мне надо раскрыться. Надо было только придумать, как это сделать, чтобы не вызвать у них отрицательной реакции.
Земляне поделись со мной горячей перловой кашей с мясом, я же от себя к нашему позднему ужину добавил сыра, свежего хлеба и дюжину варёных яиц. Дождавшись, когда все увлекутся едой и немного расслабятся, сел прямо и убрал с левой части груди теневое затемнение, закрывающее, а точнее делавшее неразборчивым в ночной полутьме надпись с моим девизом. Затем громко хмыкнул, привлекая к себе внимание и, обведя насмешливым взглядом четвёрку землян, сказал:
— И как вы ещё живы только? — Ответом мне были недоуменные переглядывания, и я продолжил, — При такой невнимательности, как вас ещё местные хищники-то на обед не пустили?
— А? — Только и смог на это ответить Клебер, а остальные промолчали, отложив ложки и недоумённо пялясь на меня во все глаза.
— Я же постоянно был у вас перед глазами, но никто даже не обратил внимания…
Сказав это, я похлопал подушечкой указательного пальца по надписи на моей котте. Конечно, я хитрил, до этого момента прочесть её, скрытую тенями до размытости, было не так и легко, но эту деталь я, разумеется, опустил.
— Пришёл. Увидел. Победил. — Вслух прочитала Изабель.
Её глаза расширились, и она даже прикрыла рот ладошкой.
— Э-э-э… — Подвис Арман, быстро моргая.
— В этом мире был аналог Юлия Цезаря? — Развернувшись к своим спутникам, на ломанном английском спросил Огион, ещё больше запутав остальных своим вопросом.
Наблюдая за ними, едва не разбил себе лоб, хлопнув по нему открытой ладонью.
— Кажется, моя шутка зашла слишком далеко. — Произнёс я, покачивая головой, причём сказал это тоже на английском. — Я такой же как вы, тот, кого квестеры называют сортудо.
— Квестеры?
— Один из нас?
— Но! — Изабель даже приподнялась и, указывая на меня пальцем, быстро заговорила, — Это невозможно, ведь знак Цеха не подделать, а он показывает, что вы Булат!
— И что же в этом невозможного? — Наклонив голову, с лёгкой улыбкой спросил я.
— Мы не сидели на месте, постоянно развивались, чистили подземелья, получали Достижения и только приблизились к Стальному рангу. — Скороговоркой пояснила свою мысль девушка. — Чтобы кто-то смог обогнать нас на целых две ступени да за столь короткое время!
— О, сколько нам открытий чудных… — Произнеся эту фразу, я визуализировал Символ своего Ядра, показывая, что мой Цеховой Знак не подделка и не хитрая иллюзия.
— Нереально… — Шепчет Гед Огион, не сводя взгляда с Символа, парящего над моей ладонью. — Но действительно Булат.
— Причём я, скорее всего, не один такой из наших. — Подмигиваю землянам. — По крайней мере, когда я стал Сталью
