Читаем без скачивания Дверь в преисподнюю - Елизавета Абаринова-Кожухова

— Ну, это уж вы, наверное, преувеличиваете, — осторожно возразила Надя.

— Ничуть нет! — воскликнула Хелен фон Ачкасофф. — Все сходится.

— Все, да не все, — заметила Чаликова. — Николая Дмитрича загрыз какой-то полудемонический кабан, а Свинтусова застрелили вполне реальной пулей.

— Ну, стопроцентных совпадений не бывает, — ответила баронесса, — но и того, что есть, более чем достаточно. Впрочем, Покровских преследовали не только страшные кабаны и прочие метафизические ужасы, о которых я вам как-нибудь при случае поведаю, но и вполне реальные беды. Так, например, последний из баронов, Осип Никодимыч, был в 1918 году самым банальным образом расстрелян красными комиссарами.

— Как это расстрелян? — удивилась Надя. — То есть я хотела сказать: как это последний? Ведь в наличии законный наследник.

Баронесса немного смутилась:

— Знаете, дорогая госпожа Чаликова, пусть это пока останется маленькой тайной — будет что разгадывать историкам будущего. Лично я на все сто двадцать пять процентов убеждена, что наш Иван Покровский — это наследник тех самых Покровских, но все свидетельства и документы, что нам удалось собрать, вряд ли убедили бы в этом самых придирчивых судей. Однако наши судьи, по счастью, не столь придирчивы, и господин Покровский с моей скромной помощью сумел убедить их вернуть ему права на усадьбу. Правда, баронский титул восстановить пока не удалось, но это дело времени.

— Ну что ж, — улыбнулась Надя, — каждому свое. У нашего хозяина Ивана Покровского есть имение, но нет титула, а у вас есть титул, но нет имения. Пока.

— Пока, — повторила баронесса. — Именно пока. Ну ладно, пойду подыму наших похоронщиков, а то совсем замерзнут. A Сашульчик даже не оделся после стриптиза.

Едва баронесса исчезла во тьме родового погоста, Надя вновь взяла Свинтусовский мобильник и, с трудом угадывая цифры в неверном свете луны, набрала номер мобильного телефона Василия Дубова. Телефон не сразу, но ответил:

— Слушаю вас. А, Наденька! Вот уж не ожидал вас услышать в такой час.

— Простите, Вася, что бужу вас ночью, но к тому есть уважительные причины.

— Понимаю, понимаю. Вы поговорили с господином Покровским о целях своего визита, и он отказался. Нет? Значит, согласился?

— Должна вас огорчить — я с ним еще не говорила. Дело в том, что в усадьбе произошло убийство. Нет-нет, не Покровский, но есть основания считать, что покушались именно на него. Сейчас я не могу рассказать подробностей, но… — Надя немного замялась.

— Понимаю, понимаю, — пришел ей на помощь детектив, — необходима моя помощь. — Василий на миг задумался. — Увы, Наденька, сейчас я веду одно очень важное расследование и вряд ли в ближайшее время смогу вырваться из Кислоярска. Давайте сделаем так — вы останетесь в усадьбе и проведете расследование вместо меня.

— И что я должна делать? — несколько разочарованно спросила Надя.

— Наблюдать за всем, что происходит в усадьбе и вокруг нее. Ну и не забывайте о том деле, ради которого собственно вы и оказались в Покровских Воротах.

— Ну, разумеется…

— Держите меня в курсе дела, — продолжал Василий. — A если случится что-то неординарное, то звоните в любое время. Кажется, Владлен Серапионыч тоже теперь в ваших краях?

— Да, он здесь, — подтвердила Надя.

— Стало быть, работайте в контакте с ним — это человек умный и надежный, столько раз мне помогал. Но главное — сами будьте предельно осторожны, ведь вы знаете, как вы мне дороги… И вот еще что — если окажетесь в Заболотье, это такая деревушка вблизи Покровских Ворот, то передайте привет тамошнему участковому Федору Иванычу. Ну, кажется, все.

— Вася, пожелайте мне удачи.

— Наденька, желаю вам всего-всего — и удачи, и успехов в работе, и, как говорится, ни пуха, ни пера!

Ответить Надя не успела, поскольку вернулась госпожа Хелена. И хотя та, кажется, даже не заметила, чем занята ее напарница, Чаликова решила пояснить:

— Конечно, нехорошо использовать мобильник погибшего, но у меня есть оправдание — мой звонок связан с расследованием его убийства. Я звонила Василию Дубову.

— Он приедет? — тут же откликнулась баронесса.

— Нет, — вздохнула Надя. — А жаль, он бы здесь был очень нужен.

— Да, Василий Николаич оказался бы очень кстати, — промолвила госпожа Хелена, однако Надя не уловила в ее голосе особого сожаления — скорее наоборот.

— Ну и как, удалось вам их разбудить? — спросила Чаликова.

— Какое там! Водка с пивом — это вам не коньяк с бутербродами. -Баронесса налила себе и Наде еще по чуть-чуть. — Ну ничего, к утру проспятся.

— К приезду милиции, — добавила Надя.

Тут древние камни вновь осветились карманным фонариком, и дамы опять увидали доктора Владлена Серапионыча в компании с ветеринарным доктором Белогорским.

— Вот, не спится, — проговорил Серапионыч, — решили с Семен Борисычем вас подменить.

— Супруга укажет вам гостевые комнаты, — прибавил Белогорский.

— О, у вас тут и закусочка! — обрадовался Серапионыч. — Надеюсь, милые дамы, вы ее с собой не унесете?

Таким образом ночное дежурство неожиданно закончилось, и Надя вместе с госпожой фон Ачкасофф с мрачного кладбища отправились в не менее мрачный дом баронов Покровских, где их на крыльце уже поджидала, кутаясь в шаль, Татьяна Петровна Белогорская.

И хоть Надежде после всех приключений минувшего дня спать совсем не хотелось, она понимала, что нуждается в отдыхе впрок — журналистская интуиция говорила ей, что последующие дни будут не менее богаты на события.

ДЕНЬ ВТОРОЙ

Когда Надя проснулась, было уже позднее утро. Ее спальня оказалась небольшой комнаткой на втором этаже, из окна которой открывался вид на площадь перед фасадом и на столбы с бараньими головами. Прямо перед крыльцом стоял милицейский микроавтобус, куда двое сотрудников в штатском заталкивали носилки, на которых лежало тело Ника Свинтусова, покрытое не первой свежести простынею.

Выйдя из комнаты, Надя оказалась в длинном коридоре с окнами, выходящими на приусадебные огороды, за которыми вдаль и вширь простирались болота. Правда, погода за ночь немного испортилась — небо было затянуто облаками, даже немного моросило.

А на первом этаже, в обширном полузапущенном помещении, Чаликова застала инспектора Лиственицына — с ним она уже не раз встречалась, участвуя в тех расследованиях Дубова, которые частный сыщик вел в контакте с милицией. Инспектор неспеша попивал чай с баранками и, как показалось Наде, под видом непринужденной беседы вел допрос Ивана Покровского.

— А, Надежда! — радостно воскликнул Лиственицын, едва завидев Чаликову. — Как хорошо, что мы встретились. Я хотел бы вас кое о чем спросить…