Скорее всего, сейчас во всех в приграничных городах кишмя кишело шпионов. И для знающих людей внезапное появление стигматика-сатира не могло пройти незамеченным.
А если так, то за всей их троицей могли наблюдать чьи-то внимательные глаза.
Вот только вряд ли дингир захочет устраивать разборки при свете дня и на виду у толпы. По крайней мере, он сам бы так делать не стал. Даже если бы у него хватало ресурсов безнаказанно уйти из города. Потому что никто не знает, сколько еще осведомителей в данный момент находится в городе. И чьи они.
Ворон, подслушивая обрывки его мыслей, хрипло посмеивался на ухо. И больше ничего не говорил. Хотя Эш был уверен, что эта хитрая курица знает куда больше, чем рассказал своему носителю.
Сволочь.
Если эта встреча — случайное совпадение, то время еще есть.
Но если охотник пришел целенаправленно, опасность могла угрожать прежде всего Дару. Ведь Эша почти не видели вместе с Шедой, в то время как Дарий выступил по полной. И сейчас в течении дня их тоже постоянно видели вдвоем.
Означает ли это, что он в опасности?
Или, наоборот, в безопасности, потому что чувство стигмы должно было появиться у дингира только после возвращения Эша в город?
Окончательно запутавшись, он был готов схватиться за голову руками и взвыть на луну, которая еще не взошла.
Между тем из-за угла показался дом красотки Бэл. Привязав мерина у питейной, Эш прихватил с собой накрытую тканью клетку и направился к знакомому крыльцу.
Так что же делать?..
Вот если бы как-нибудь оповестить Дария, не рискуя выдать себя с головой, столкнувшись на безлюдной дороге с другим дингиром…
В этот раз Мими открыла ему с радостной улыбкой.
— Здравствуйте, господин! Моя госпожа ожидает вас, — сказала она, пропуская гостя в гостиную и с любопытством поглядывая на его странный подарок, накрытый тряпкой с мелкими дырами и кровавыми отметинами. — Не желаете ли отужинать?
Он задумчиво посмотрел на девушку. Та вдруг зарделась, опустив глаза.
— Госпожа… ожидает вас, — снова повторила она.
— Да, я слышал. Принесешь чего-нибудь прохладного? Пить очень хочется, — сказал он Мими и направился к спальне. — Бэл!..
Отворив дверь, он буквально столкнулся с ее горячим нежным телом. На девушке была только полупрозрачная сорочка до щиколоток, темные локоны рассыпались по плечам в идеально продуманном беспорядке. Ее руки, пахнущие жасмином, прильнули к плечам Эша.
— Привет, — прошептала Бэл ему на ухо. — С возвращением!
— Привет, — эхом повторил за ней Эш, чувствуя, как все внутри плавится от ее прикосновения.
Но он уже твердо решил, что будет делать дальше.
— Эй, погоди… — проговорил Эш, поймав ее шаловливую руку у себя на поясе. — Я ведь сегодня не один пришел.
Он поставил клетку на пол и снял с нее тряпицу.
Бэл ахнула. Она присела, разглядывая снежную белку. А Эш, прислонившись к дверному косяку, молча пил разбавленное холодной водой вино, которое в большом стеклянном бокале продала ему служанка. И смотрел, как красивая полуобнаженная женщина любуется красивым животным.
— Откуда такое чудо? — спросила Бэл, утаскивая клетку вглубь спальни. — Мими, чего стоишь? Принеси орехов! И еще что-нибудь! Эш, а что они едят?..
Он пожал плечами.
— Орехи, фрукты, овощи. И будь осторожна, она кусается.
— Где ты ее раздобыл?
— В лесу, где же еще.
— Спасибо-спасибо-спасибо! — пропела Бэл, подбежала к нему и звонко поцеловала в щеку. — Ты… Ты хороший, — с улыбкой сказала она, тонкими пальцами поправляя ему упавшую на глаза темную прядь.
— Я хотел тебя попросить кое о чем, — сказал Эш.
Она, игриво запрокинув голову, тихо рассмеялась.
— Не помню, чтобы ты вчера о чем-то предварительно спрашивал. Хотя, если ты хочешь чтобы я надела жреческую тунику…
— Да нет, ничего такого, — усмехнулся он. — Просто я… не смогу сегодня воспользоваться твоим гостеприимством. И…
Бэл прищурилась.
— Я сегодня двум гостям отказала, чтобы оставить за тобой всю ночь. И если ты по какой-то причине не можешь ею воспользоваться, это твое дело. Но еще один бесплатный визит я тебе дарить не стану.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ну, строго говоря, сегодняшняя ночь у тебя не такая уж бесплатная получилась, — заметил Эш, усмехнувшись. — Если учесть, что эта зверушка стоит раз в десять дороже, чем ты сама.
Она смешно наморщила нос.
— Ой, умеешь ты говорить приятные вещи.
— В любом случае ты опять не угадала. Мне нужно, чтобы твоя Мими отнесла одно письмо.
Бэл вдруг стала серьезной. Она на мгновенье задумчиво прикусила губу, а потом спросила:
— А тот, кому это письмо адресовано, не причинит ей вреда? Мими добрая и честная девушка, и я бы не хотела, чтобы с ней что-нибудь случилось.
Эш насторожился.
— Почему ты вдруг об этом спросила?
— Ну… я же понимаю, что у таких, как ты, жизнь не сахар и полна неожиданностей, — ответила Бэл. — Ну чего ты так смотришь на меня? Я же не вчера родилась. Кто еще, кроме скрытого стигматика, ляжет в постель с женщиной, толком не снимая одежды?
Эш хмыкнул.
А ведь она была права.
— Это письмо моему другу, и твою служанку он точно не обидит, — заверил девушку Эш.
— Хорошо, — кивнула Бэл.
Она подошла к столику возле постели, выдвинула ящичек и достала из него перо с чернилами и бумагу.
— Ты продиктуешь, или напишешь сам? — без обиняков спросила Бэл.
— Я умею писать, — обиженно буркнул Эш.
— Хорошо. Тогда я сейчас скажу ей, чтобы собиралась.
Девушка деликатно вышла из спальни, а Эш принялся за письмо Дарию, в котором звал его с Шедой в ближайшую питейную.
Через пять минут Мими убежала к Верре, а Эш, еще немного погрев руки на приятных округлостях тела Бэл, отправился его ждать.
В питейной пахло вареным мясом, капустой, горьким мужским потом и вчерашней рвотой. Хозяин заведения, худой и сутулый человек неопределенного возраста с засаленными волосами, неторопливо пересчитывал монеты, выдавая новые кружки с хмельным пойлом. Рядом с ним, расположив раздобревшие задницы прямо на стойке, игриво хихикали две бывшие красотки в красных платьях. Они курили одну трубку на двоих, выпуская лиловый дымок в посетителей, и щедро задирали юбки в надежде на то, что выпивка сделает свое дело и без клиентов они не останутся.
За липкими столами, расставленными вдоль стен длинной комнаты, уже собирались привычные компании. Мужчины с улыбками встречали вновь прибывших, хлопали друг друга по плечам и сдвигались плотнее, уступая место.
Эш со своей кружкой расположился за небольшим столом возле окна, чтобы видеть, насколько быстро темнеет на улице.
Он не сомневался, что как только сумерки сгустятся, начнется охота. И в эту ночь ему предстоит играть роль добычи.
Нужно что-то придумать…
Боль в груди то ослабевала, то вновь начинала яростно пульсировать.
Похоже, кто-то рыскал по городу, то приближаясь, то отдаляясь от Эша.
Возможно, пытался найти своего противника среди горожан.
Все-таки затея с письмом была правильной.
Где же носит этих двоих?..
Эш сделал из своей кружки большой глоток и поморщился. Вот ведь дрянь.
Как вообще происходит битва между дингирами? Аварра сказал тогда, что в их бой никто не вправе вмешиваться. Но кто и каким образом это контролирует?
Оставалось только надеяться, что Шеда в курсе этих деталей.
Почему он не задал ей эти вопросы раньше?!
— Потому что я — идиот, — тихо ответил он сам себе, растирая пальцами левый висок, где сейчас раздражающе билась жилка.
Дверь питейной в очередной раз хлопнула, и в этот раз на пороге наконец-то появились Дарий с Шедой.
При виде стигматиков посетители питейной заговорили чуть тише и явно напряглись. Десятки недовольных взглядов устремились на них исподлобья.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Зато Эш облегченно вздохнул и заулыбался.
— Ну и что это за чушь про какое-то пари и выпивку? — хмуро спросил Дар, присаживаясь за стол к Эшу.
