— Надо было не сразу всю взрывчатку закладывать малыми порциями вдоль будущего прорана, а немного оставить на контроль, грамм двести, четыреста, — мрачно пробурчал Димон. — Тогда бы мелкими взрывами всё бы здесь разворотили.
— Кабы у бабушки была одна штучка, она была бы дедушкой, — сердито огрызнулся Сидор, раздражённый умничавшим Димоном. — Сказал же десять раз уже, что не специалист я. Где Марату хватило бы маленького брусочка в двести грамм, мне не хватило и двадцати кило, как видишь. Любое дело делать должны профессионалы, так что Баева выдёргиваем из его берлоги в кратчайшее время.
И нечего ко мне цепляться каждый раз, дело сделано. Сворачиваем лагерь и двигаем обратно. Здесь делать больше нечего.
Обратная дорога, в отличие от дороги туда, много времени не заняла. Да и мудрёно ли задержаться на раз проторённом пути.
Была, правда робкая попытка переправиться на левый берег каньона, да провалилась не начавшись. Соваться с лошадьми в то ревущее водное страшилище, что неслось по дну канала через водораздел, желания ни у кого не было. А ждать когда хоть на сколько-то упадёт уровень воды в болоте и поток ослабнет, можно было до бесконечности.
Так что геодезическую съёмку противоположного берега провели на глаз, весьма и весьма приблизительно. Тем не менее, хоть что-то.
Переправа через реку Мутная, в знакомом месте также много времени не заняла. И всё равно, короткое, казалось бы, путешествие уже растянулось на полтора месяца.
Тем не менее, спешить особо было некуда, так что решили получше ознакомиться с окрестностями. Толку от того, правда, было чуть. Разве что топографическую съёмку местности в точке пересечения канала через водораздел провели и карту проработали более детально. Да ещё разведали русло реки Мутной выше по течению ещё вёрст на полсотни, где та благополучно превращалась в небольшую, уже ни с какой стороны для них не интересную самую обычную степную реку, наверняка пересыхающую уже к середине лета.
Так что большого толку двигаться дальше к истокам и смотреть, что там ещё есть, не было. Теперь окончательно стало ясно, что если взорванную плотину заново не запрудят, мутные воды другой реки не попадут больше в бассейн реки Мутная.
Хотя, теперь она была совсем даже не мутная. Пока возвращались обратно, пока исследовали верховья реки, приток со стороны соседней реки сократился чуть ли не вдвое. Берега каньона разрушались, но уже не так. Огромные глыбы глины с берегов теперь намного реже падали в воду. И вода в реке ниже места впадения прорана в Мутную стремительно, прямо на глазах светлела.
Даже странно как-то было наблюдать этот процесс со стороны.
— Ну вот. Одно дело, кажись, сделали, — довольно констатировал Сидор.
— Не до конца, — возразил Димон. — Не люблю оставлять за спиной что-то недоделанное.
— Согласен. Зато залив теперь не будет так быстро заиляться и уже можно что-то с ним делать. Например, можно приступить к очистке его от наносов, — ухмыльнулся Сидор. Глянь, какая вода чистая пошла. Чуть ли не вдвое меньше наносов река несёт против прежнего, а ты всё бурчишь. Правда, обмелела жуть как, ну да это нам по фигу. Нам по ней не плавать.
— Ну да, не плавать. А вот пить бы из неё не помешало. Проблемы всех приморских городов — нехватка воды. А тут мы сами себя отрезаем от такого мощного источника воды, как соседняя река, да ещё с таким огромным водохранилищем. За нас всё люди сделали, а мы сломать готовы по первой прихоти. Согласись, непорядок.
А нельзя ли и канал этот сохранить, и чтоб вода в Мутной была, не была такой мутной как счас. Ведь ты глянь, мелеет же прямо на глазах.
— Можно, всё можно, — мрачно ухмыльнулся довольный Сидор. — И берега этого каньона укрепить можно и дно его укрепить можно. Всё можно. И вода тогда точно будет чистой. Всё можно. Это вопрос только денег. Не суетись, Димон. Вызовем Марата, он дело решит, так или эдак. Тем более что есть в твоих словах сермяжная правда.
А пока не будем терять время. Вернёмся, сразу поговорю с начальником порта. У него есть кое-какие намётки по дноуглубительным агрегатам. Надо будет воспользоваться его связями, а то чую, мне вопросом с драгами заниматься будет некогда, слишком здесь всё странно. Простая земляная плотина и та оказалась с хитрым вывертом. Нет, здесь что-то не так, надо копать и копать, пока не докопаемся до основания.
— С кем-кем ты поговоришь? — изумился Димон. — С начальником порта? А он у нас что, есть? Ты не бредишь?
— Де юре — нет, де факто — есть. Короче, назначу, точно будет, — ухмыльнулся Сидор. — А то я как вижу того мужика, что сейчас занимает эту должность там в Зареченске, так мне прям жалко его становится. Хуже побитой собаки. Вконец измаялся бедняга неопределённостью. Вот я его и определю. Всё одно никто из нас в таких делах ни ухом, ни рылом, да и времени на такую ерунду нет. Так что пусть человек работает. И на себя, и на нас. А там посмотрим. Будет справляться — оставим. Нет — выгоним.
— А-а-а, — протянул понимающе Димон. — Появился свет в конце туннеля и наш Сидор ожил. Тогда, ладно. А то уж я, было, думал поскандалить, что всяких чужих на важные места ставишь. Знаю я того мужика, ничего так, толковый.
— Кстати, к вопросу об углублении бухты. А во что нам это встанет?
— Не дороже денег, — сухо отозвался Сидор.
Как только Димон задал этот вопрос, настроение у него мгновенно испортилось. С деньгами была серьёзная напряжёнка и что делать, пока было не понятно. Ясно одно, надо было зарабатывать. И чем скорее они займутся привычным делом, тем для всех будет лучше.
Вот где боком вышел их фактический простой этой зимой, когда они вместо того чтобы зарабатывать деньги, как кроты копались в земле, занимаясь не своим делом.
— Вот что, Димон, — подумав, начал Сидор. — Возвращаемся к нашим баранам. Вернёмся в Плёс, сразу отправляй ребят с товаром по окрестным городам и весям, а то все склады уже забиты нераспроданным товаром. Увлеклись мы что-то этими раскопками, а потом ещё и этой экспедицией. Считай, два месяца на том потеряли.
— Не мы, а ты. И не два, а все три, — подколол его Димон. — Пока вернёмся, все три месяца набежит, — ухмыльнулся он. — Да плюс то, что мы там как кроты возились. Считай все полгода. Так что, к нашему возвращению как раз весна и кончится.
И потом я с тобой не согласен. Не увлеклись бы, так и не определились бы с проблемой наносов, — немного утешил его Димон. — Так что, тут всё правильно, как ни неприятно в том признаваться. И дальше, я с тобой согласен. Пора приниматься за торговлю всерьёз. Тем более что и сюда в город к нам народ уже потянулся. Интересуются, что привезли, чем торгуем, что ещё можем доставить. Потихоньку распродаём, что есть, но этого, как ты сам понимаешь мало. Пока место не прикормлено, много не продашь. Надо двигать товары в народ.
На это я поставлю пару ребят, есть толковые парнишки. А сам бы в пару мест на побережье всё ж наведался, о чём мы с тобой не раз уж говорили. Неймётся мне что-то, зудит. Проверю там, что и как. А то больно уж мне интересно, что у прежнего барона тут ещё было такого…, интересного.
Ну не дают мне покоя все здешние несуразности.
— Только надолго не задерживайся, — недовольно буркнул Сидор. — Как вернёмся, руки в ноги, и за две недели оббежи всё, что хотел посмотреть. А потом отчётец мне на стол, для ознакомления, и валяй со своими парнями торговать.
Однако, согласен, надо бы для начала проверить, что тут у барона прежнего было. Ладно, — обречённо махнул он рукой, — я сам тож кой-куда прокачусь, есть соображения. Проверить надо одну догадку.
И вот ещё что, — задумался на миг Сидор. — Будешь на побережье, присмотри там место поглуше, где можно было б вытащить на берег длинный, тяжёлый груз. Пока время есть, надо бы приспособить его для выгрузки прокатных станов: и из Империи, и с Запада. Должны же они когда-то прийти. Сколько времени прошло, а мы так и не чухнулись. Как бы потом не пришлось в спешке навёрстывать. А сие не есть good.
Что? — замолчал он, глядя на возмущённую физиономию Димона. — Что не так?
— Две недели?! — недоумевающе смотрел на него Димон. — Да ты сбрендил! Забыл уже, как сам лично выделил мне два месяца на эту работу перед нашим отбытием в экспедицию? А теперь хочешь всё утрясти за две недели? Нет уж. Куда ты торопишься? Мне надо два месяца, — решительно отрезал Димон. — Если делать, то делать хорошо. Ты знаешь, я тяп-ляп не люблю. А хорошая работа требует времени. Так что два месяца и ни днём меньше. Июнь и июль.
— Самая жара, — ухмыльнулся Сидор.
— Зато у моря, и накупаюсь вволю, — оскалился в улыбке Димон. — А заодно и место вам всем под купание подберём. Думаешь, я возле города мотаться буду? Фиг тебе. Я на побережье нацелился. Там много чего интересного должно быть. Так что мне там до осени работы хватит. А осенью можно и в степь, когда жара спадёт. Так что, думаю и август прихвачу. А где август, там и сентябрь — бархатный сезон, — мечтательно закатил он к небу глаза. — Жён наконец-то выпишу, обеих, не фига им дома сидеть. Пусть посмотрят, что такое море. Пусть фруктов здешних поедят. У нас там таких нет, — мечтательно проговорил он.
