Читаем без скачивания Гастарбайтер - Юрий Лисецкий

При пробном и торжественном пуске автомобильной линии, прилетел сам министр обороны довольно азартно гонял на машинках по полигону. Довольный был донельзя, не взирая на страдальческие гримасы при ощупывании торса. Пару раз звезданулся пузом о руль, не смотря на два ремня безопасности.

Наша модификация транспортных модулей была в три раза дешевле нового КАМАЗа, и модификацией была только на бумаге, а факты говорили, что это техника нового поколения. Документы на автомобили были их родные, с добавкой данных по грузоподъемности и марке двигателя. К примеру. ГАЗ 66 становился ГАЗ 2005 (тонн) с проходимостью проходимца.

В следующую зиму начали строить вторую линию под ремонт бронетехники. Обещали военным к весне показать, что можно сделать из ржавого танка, подлежащего списанию. Министр обороны, нам на слово веря, вышел с предложением к премьеру о продаже лишнего и еще рабочего бронелома банановым республикам. Все равно, после наших переделок, даже Т-34 времен Отечественной войны выглядел крайне зубастой малолитражкой. Танки шли в модификацию основательно. Это еще к тому, что коллектив ветеранов проектировщиков, знающих все о строительстве танков до последнего сварочного шва, переделывал проекты под наши возможности. Кого теперь среди инвалидов только нет.

Для танков пришлось построить стразу несколько стендов ввиду специфики узлов и деталей. Но это отдельная тема, про это говорить, - это надо видеть. Все это не выходило из цеха на улицу и уезжало заказчику под брезентом.

Любая бронемашина стандартной модификации получала башню, продуманную и придуманную до нас на заводе и ваявшуюся из металлокерамики, молекулярно ориентированной в магнитном поле. Производилось дополнительное покрытие корпуса, вытряхивались за ненадобностью все железные потроха, - от крышки люка до ходовой. Все устанавливалось из пластика, все начинялось электроникой. Внутри бронемашина становилась похожей на пилотский отсек космического корабля, особенно после установки противоосколочного слоя и шумоизоляции. При таком количестве видеокамер управления, сопряженных с датчиками наведения и прочими сенсорами, место экипажа было похоже на тренажер по видеоиграм, - мониторы, удобные кресла, джойстики. При сокращении одного человека экипажа за ненадобностью, - компьютеры и автоматическая пушка сделали это лишним, во внутрь поместились кондиционер, СВЧ-печка, туалет и умывальник. В моторном отсеке утонули малоразмерные танковые КУРДЫ, аж две штуки, переместились топливные баки и галактовые аккумуляторы. Помимо прямой передачи усилий с двигателя на ходовую часть, каждый каток подключался к электродвигателю взрослой мощности. При форсаже танковая платформа летала без напряга. Сверху на броне ничего не выступало, и при проклейке световодов, еще и делало машину малозаметной. Модная активная броня попросту была не нужна. Металлокерамика и сама не подарок для бронебойных снарядов и ракет. Пресловутая активная броня переставала быть актуальной, поскольку заряда, позволявшего расплавить металлокерамическую броню еще не придумали, а наконечники из обедненного урана отскакивали от нее как кусок гальки от цинкового ведра. Разве что звук был потише. Шум практически пропал, в общем - броник было видно по колесам, а гусеничные коробочки шуршали катками, сливаясь с ландшафтом уже метров с пятисот. Тем более неожиданно звучали выстрелы, воде бы с практически пустого места. С системой "Хамелеон" в машину еще надо было и попасть, поскольку головки теплонаведения тепла в броневике не находили, радар промахивался, а глаза противника не верили сами себе.

Ассортимент нововведений диктовался только ценой и пожеланиями заказчика. На базе расплодившихся с момента изобретения, танков, их в невообразимых количествах ржавеет по закромам Родины, можно было изваять любой каприз. Тащите только потроха. А сколько нового есть по закрытым НИИ и КБ. Можно было производить простой ремонт с заменой двигателей, можно делать полный апгрейд. Можно изготовить танк с нуля, но дорого.

Это по документам считался ремонт и модернизация, факт был прикрыт камуфляжем секретки. Ремонт проходил на заводе, основные детали продавал ЭОДОНиТ и общество инвалидов. Вооружением занимались службы МО, сырье общества инвалидов и мое. Ценовая шкала апгрейда была в пределах от 8 до 250 миллионов за танк или другой вариант бронеплатформы, заработков хватало всем. Жалко, что у государства на это денег было мало, да и начало расчетов определялось взаимозачетами по долгам. Рубли отстегивались только на налоги и зарплаты.

Вы видели броневик на воздушной подушке? Я попытался воплотить в жизнь полученные знания под исторические картинки немецких и американских аналогов. Для большинства тяговых устройств в нашем мире элементарно не хватало фундаментальных открытий. Нет у нас возможности, да и не скоро они будут для производства антигравов, электрополевых магнитных двигателей и пр. Получилась малогабаритная классическая летающая тарелка. Эта форма оптимально подходит для транспортных средств любой развитой техногенной цивилизации. Попробовали соорудить ее на реактивной тяге, получилось, если только учесть, что прицеп с компонентами ракетного топлива не предусматривался. Собственные топливные баки позволяли резвиться тарелке минут пятнадцать. Тарелка на воздушной подушке уже создавалась, пробы пера были. Мы делали с нуля, что бы не наступать на привычные грабли. Получился легкий бронетранспортер. Легкий по весу, остальное было по взрослому, - крупнокалиберный пулемет, ракетки "земля-земля" и "земля-воздух". Недостатка было два и очень существенных. Пилотом должен быть летчик с чувством пространства, а не танкист, это раз. Знаний в эксплуатации предполагалось с багажом бауманки, это два. При прямом попадании снаряда, тарелку сносило с траектории, и она, кувыркаясь, улетала метров на пятьдесят. Все-таки, танк, это вещь приземленная. Но показали возможности, продали для дальнейшего изучения и построения стратегии применения. Больше делать не будем. Пока Министерство нашло деньги на покупку, было ощущение, что тарелка заржавеет прямо на месте изготовления.

Подводя итоги нашего выхода в люди. Мы собирались под видом капитального ремонта и апгрейда имеющейся излишествующей и изжившей себя техники силовых ведомств организовать свой вклад в перевооружение за совсем небольшие деньги. Оговорено следующее, работа завода планировалась не на получение сверхприбыли с продажи нашего товара кому попало, а исключительно в интересах Отечества. С нашей себестоимостью, мы могли себе это позволить. ЭОДОНиТ нагло наворачивал ноль, а где и два ноля к нашей копейке за грамм сырья. Общество инвалидов тоже не отставало, продавая налаженные технологии. За готовые агрегаты и свеже отлитые детали калькулировали смету по-божески, мы придерживались рентабельности в 10-20% рублями. Это цены на порядок ниже российских и мировых, хреновых аналогов.

Оборот пока все равно был небольшой. Мы цены не задирали, а Министерство обороны денежек имело на считанное количество единиц техники. Да и планировалась работа не на вал. Большой производственный поток скучен, а нам было интересно делать мелкосерийные вещи в широком диапазоне наших возможностей. Вот такой итог четвертого года второй пятилетки в бронетанковом направлении.

Прагматический патриотизм +9 лет

Никто нам и не собирался разрешать заниматься альтруизмом. Сложная система взаимоотношений между силовыми ведомствами (на секретный завод выстроилась секретная очередь) и бронезаводом предусматривала полноценный товарно-финансовый обмен. Исключалась только продажная цена, после которой обязана была подключиться антимонопольная контора. Но денежки были на законном основании. Схема была сложной. Помимо основного нашего долга в 6 миллиардов за завод, государство избавлялось от лишней территории. Какую-то недвижимость с землей под ней, а начали с армейских складов в городе, МО РФ выставляло на аукцион. Цена участка взлетала и затем выравнивалась. После этого лот снимался с торгов (могли же передумать), а мы плясали в рамках разницы между остаточной стоимостью и суммой последнего предложения на аукционе. Аналогов нашей техники не было, ориентировались по цене лучших образцов, тщательно советовались, без взаимных обид утрясали сумму на высшем уровне. Всех посредников и желающих туда попасть посылали прямым текстом. Территорию покупала по остаточной стоимости подконтрольная нами строительная фирма, а министерство получало технику после ремонта практически по себестоимости. Строительная фирма и управляющая компания, это новая забота Игоря. Под ним же разрослась контора по аудиту и бухгалтерским услугам.

Все равно это было медленно и растянуто по времени (пока во всяком случае). Техника растворялась на складах длительного хранения заветных частей. То есть, тех частей, которые действительно могут быть боеспособны, а не являются пристанищем разочарованных офицеров, бестолковых солдат и проворовавшихся прапорщиков. Это ж наши генералы придумали термин "промотание".