Читаем без скачивания Песнь молчаливых камней. - Толстова Татьяна

"Давай, вождь краснокожих, начинай, - хмыкнул Меч, - твои подданные ждут пламенной речи".

"Иди ты… - мне и так хреново, а он со своими шуточками. - Без сопливых солнце светит".

"Ха-ха-ха, - проворчал в ответ Феликс, - очень смешно".

- Мы почти у цели, - обведя взглядом ребят, начала я. - И ежику понятно, что просто так нам границу не пересечь. Какие будут предложения?

"Весьма впечатляюще. Браво, - ерничал Меч. - Особенно порадовали ежики".

Не обращая внимания на брошенную в мой адрес колкость, я продолжала высказывать свои соображения.

- Днем до границы дойти не успеем, - взял слово Валдек, - поэтому переходить будем ночью.

- Послушай, Найяр, а кто тебе мешает использовать магию? - вступила в разговор Кира.

- Вот именно, - согласился с ней Валдек. - И Кастина приобщить к этому делу можно.

Юный маг закивал, словно китайский болванчик. Стремление быть полезным - это конечно хорошо, но не стоит так рьяно проявлять его. Но вслух говорить этого я не стала. К тому же он не настолько опытный маг, чтобы пускать в дело его способности. Кидаться огненными шарами - это ерунда, зато найти в случае непредвиденной опасности правильное решение - посложнее будет.

- Кстати, это даже хорошо, что переходить будем ночью, - почесывая подбородок, продолжил Валдек. - Иллюзия иллюзией, а вот следы на пыльной дороге не спрятать.

А так сама ночь позаботится о нашей невидимости. И еще один фактор - звуки. В ночи они особенно слышны, полог неслышимости просто необходим.

"Молодец, Валдек, - похвалил оруженосца Меч, - все верно сказал. Только не полог неслышимости, а покров тишины".

Приняв все сказанное к сведению, мы продолжили дальнейшее обсуждение. Совещание длилось около часа. Благодаря военным навыкам Валдека, мы детально проработали ночной марш-бросок. Решили следующее: я укрываю пологом невидимости кибитку и в таком состоянии мы подъезжаем почти до самого контрольно-пропускного пункта.

Можно, конечно, было бы перейти в другом месте, но этого самого места мы не знаем. Идти ночью наугад - опасно. Тем более что с нами дети. А так - доберемся до поста, там покинем кибитку, и все так же прикрытые магическим пологом, спокойно пройдем мимо пограничников. Нам только до Тармана бы добраться, там проще будет. На случай, если на границе окажутся маги, и нас засекут - пустим в ход тяжелую артиллерию, то есть Кастина. Однако очень хотелось надеяться, что до этого дело не дойдет.

На том и порешив, наша дружная компания вновь заняла свои места в кибитке, и двинулась дальше. До заката Цейла оставалось еще много времени, и нам необходимо было соблюдать осторожность. Тот патруль, ныне покойный, не единственный на дороге. Осторожность и внимательность не помешают - подобной оплошности совершать больше нельзя. Пришлось мне снова напрячься и воспользоваться магией иллюзии. Теперь для любого встречного по дороге шел пастух и десятка четыре овец.

Не знаю, но почему-то именно такую иллюзию мне поддерживать было проще всего.

Картинка из старого Советского фильма просто маячила перед глазами - там пастух в соломенной шляпе шел по дороге и играл на свирели. Еще песню какую-то пел.

Если не ошибаюсь, фильм назывался "Веселые ребята". Я его видела всего один раз, и то в детстве, но сюжет этот запомнился навсегда. Надеюсь, что к отаре овец пограничники не воспылают желанием. Хотя кто их знает - дикие люди. Феликс заржал.

"Ну, ты даешь, Найяр, ну учудила… "

"Ты сейчас о чем? Или о ком?" "Меня потрясает твоя любовь к нестандартному решению вопроса! - веселился Меч. - Ты никогда не мечтала стать ветеринаром? А? То три поросенка, теперь овцы… С тобой не соскучишься".

"А ты рассчитывал поскучать? Даже не надейся", - совершенно равнодушно ответила я.

Голова шла кругом, мне было не до колкостей со стороны Меча. Впервые в своей жизни я ощутила груз ответственности за жизни людей. И почему-то дико хотелось спать. Может, это защитная реакция организма на стресс? Не знаю… Но спать нельзя. Кто будет поддерживать иллюзию? Спасибо Феликсу, выручил - поколдовал над моим организмом, и сон улетучился. Я почувствовала себя бодро и уверенно.

Тем временем приближался вечер. Цейл не торопясь уходил за горизонт. Валдек, Кира и все остальные заметно нервничали. Понятно, почему - впереди решающий момент. Чтобы хоть как-то отвлечь друзей от мрачных мыслей, я предложила сделать привал и немного подкрепиться. Так мы и сделали. Мигом наколдовав стол с едой и пару длинных скамеек, я вместе с остальными принялась ужинать. Эдакий пикник у обочины. Эх, шашлыка только не хватает. Стоп! А в чем дело? Маг я или нет? Запах жареного мяса поплыл над столом.

- Попробуйте, это вкусно, - пошла в ход реклама, - пальчики оближите!

Шашлык пошел "на ура"! Даже пришлось повторить. И про родное "Оливье" я не забыла. А потом, по ходу дела, вспомнилось про мороженное с шоколадной крошкой и клубничным вареньем. Одним словом, все, что вспомнилось, оказывалось на столе.

За непринужденной беседой прошел вечер.

Вскоре Цейл распрощался с нами, намекая, что неплохо бы двигаться дальше.

"В эту ночь решили самураи перейти границу у реки", - это я так, вспомнилось что-то.

Естественно, переправляться через какую-то бы ни было реку мы не собирались. Да и реки рядом не наблюдалось. Сердце стучало учащенно, и не только у меня.

Волновались все. После того, как все покинули кибитку, я дематериализовала ее вместе с лошадьми. Свою службу они сослужили. Теперь - самое сложное: накрыть мою гвардию пологом невидимости и покровом тишины. Попросив всех встать вокруг меня, я призвала магию Предела. Сложно судить - вышло или нет. Если бы рядом находился кто-то, кто мог сказать, насколько мы невидимы. Что ж, пограничники и скажут… Лишь бы не нарваться на мага!

Мы двинулись вперед. Пропускной пункт показался на фоне ночного неба.

Глядя на неспешно двигающиеся стрелки часов башни Владыки, отец Лазурий молился за внука. Прошла неделя, а о нем ни слуху ни духу. Ушел из дома и не вернулся…

Не думал старик, что вот так потеряет Вашека. Тоска сжимала его сердце - один остался один на старости лет. Старческие глаза, не выдавайте слабость… Не стоит показывать другим свое душевное состояние. Пока есть надежда, надо верить в лучшее. Внучек, внучек… Чего тебе дома не сиделось? Где теперь носит тебя шальной ветер? Жив ли? И ведь как ловко ушел, шельмец! Ни следа не оставил, ни какой иной зацепки. И догадался даже блокировать телепортационный регистратор.

Теперь ни за что не отследить, куда переместился мальчишка.

В первые дни после исчезновения Вашека отец Лазурий думал, что внук болтается где-то в окрестностях, и отыскать его не составит особого труда. Но чем больше проходило времени, тем слабее становились надежды на возвращение внука. По Дому Веры поползли слухи - печальные слухи. За спиной отца Лазурия стали поговаривать о гибели Вашека. Порой патриарх ловил на себе сочувствующие взгляды, слышал печальные вздохи. Это откровенно раздражало и пугало одновременно: а вдруг они правы? Вдруг пора оплакивать?