Стас внимательно посмотрел на главу Мизуно. По нему не было видно, что смерть отца его сильно затронула. Или он был впечатляющим актером или отношения на верхушке водного клана были далеки от идеальных.
— Да, — Кейташи поморщился. — Несколько «неблагодарных» посчитали, что они справятся с управлением кланом куда лучше меня. Вот только они не смогли договориться даже между собой, устроив безобразную свару. Жалкое зрелище. Но у тебя тоже, как я слышал, все прошло не так уж и гладко?
Джишин нахмурился. Тема Идзуны была для него особенно болезненной.
— Ты не думай, — Добродушный перевел взгляд на костер. — Я не собираюсь тебя осуждать. Если бы ты проиграл, то все наши планы можно было бы смело выкидывать. Сомневаюсь, что твой брат стал бы прислушиваться хоть к чему-то.
— Предлагаю разобраться с основными вопросами, а потом уже просто посидеть, — твердо решил Джишин, прерывая «вежливую часть». — Сам понимаешь, насколько это важно, а мне что-то неспокойно.
— Хорошо, — пожал плечами Кейташи, вновь лучезарно улыбнувшись. — Тогда я начну первым. Наш план уже готов вступить во вторую фазу, а из этого следует пара важных вопросов. Ваши шпионы уже узнали, когда начнется вторжение союза кланов? И готовы ли вы к нему?
— Да, — Джишин спокойно кивнул. — Нам известно примерное время наступления союза кланов палачей Рангику, печатников Токитору, Райгачи и Итасаби. Все случится, примерно, через месяц- два. Все должно было произойти еще месяц назад, но недавно вступивший в союз клан Итасаби не успел подготовиться и наступление было отложено.
— Нам еще повезло, что они не атаковали сразу после смерти прошлых глав кланов, — недовольно буркнул дядя Кейташи. — Вот бы мы их встретили со спущенными-то штанами.
— Ну так не встретили же, дядя, — улыбнулся Доброжелательный.
— Не нашими усилиями, — отрезал Аой, не принимая легкомысленный тон. — Я хочу сказать, что раз вы оба теперь главы наших кланов и намереваетесь играть в большую политику, то будьте добры относиться ко всему намного серьезнее. Мы здесь не в игры играем, а от ваших решений зависят многие тысячи жизней.
— Джишин, прошу простить моего дядю, он иногда бывает слишком строг. — попытался смягчить слова родственника Кейташи, но Джишин лишь махнул рукой.
— Не стоит. Я умею принимать критику. К тому же, у меня тоже есть свой… Критик. — Джишин словно бы невзначай покосился на сделавшего непроницаемое лицо Стаса.
— Как я тебя понимаю, — ухмыльнулся принц Мизуно. — Но хорошо, давай я повторю наш план, чтобы между нами всеми не осталось никаких недосказанностей.
Джишин лишь кивнул, приготовившись слушать.
— Еще несколько лет назад мы узнали о том, что между расположенными на юге кланами печатников и палачей наметился наступательный союз. Хоть эти кланы по отдельности и слабы, но вместе они уже стали существенной угрозой даже для Великого клана.
Хоть пара сидящих неподалёку воителей и немного поморщились, но особых возражений не последовало. Репутация Рангику и Токитору были и впрямь существенной.
— Чуть позже стало ясно, что их союз имел под собой невероятные по своей наглости амбиции. А именно, воспользоваться нашей враждой, Сумада и Мизуно, чтобы, когда оба наших клана ослабнут, атаковать их и уничтожить.
Вот теперь слова Кейташи вызвали ощутимую волну гнева. Воителей великих кланов злило даже не то, что их планируют убить, а то, что на это рискнули пойти какие-то там слабосилки.
— Именно тогда и был сформирован план по использованию их вероломного нападения на пользу нашим кланам. Так как между Сумада и Мизуно существует многовековая вражда, требовался некий, очень ощутимый повод для объединения. Общий враг был признан идеальным вариантом.
Ордынцев мысленно кивнул. Тогда еще, когда Кейташи первый раз рассказал им о том, что он случайно узнал о планах Рангику и Токитору, Стас не особо верил в успех всего предприятия.
Слишком уж расплывчатыми были условия. Все могло десять раз измениться. К примеру, те же Палачи могли насмерть рассорится с Печатниками и все бы и закончилось ничем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Но судьбе было угодно, чтобы наглый план Добродушного продолжил свою жизнь.
— Именно поэтому мою люди последние месяцы усиленно скармливали их союзу информацию о больших потерях в обоих наших кланах, — продолжил Кейташи. — Нам же выгоднее, чтобы их нападение произошло как можно раньше, чтобы не увеличивать число погибших в сражениях между друг другом.
Ордынцев отлично понимал о чем идёт речь. По идее, объединение и примирение великих кланов должно было случиться еще при прошлых главах. Кейташи же и Джишин должны были усиленно влиять на Горо и Отомото, подталкивая тех к взаимному миру против союза мелких кланов.
Но со смертью глав кланов пришлось форсировать прошлые планы.
— Кстати, насчет выгоднее, — в разговор вступил уже Стас. — Насколько нам известно, в союз двух кланов вступили еще и Итасаби и Токитору. Как сильно по вашим данным увеличилась их общая сила? Да, до этого они воевали, как с печатниками, так и с Рангику, но особых сведений о больших потерях не было. Теперь же это уже не два клана, а целых четыре. И далеко на самых слабых.
— Да, этот их союз стал неприятной неожиданностью, — вынужден был признать Кейташи. — Видимо, их ненависть к великим кланам смогла перебороть злость на друг друга. Правда, их же союз отодвинул срок наступления на месяц, что, с другой стороны, пошло нам на пользу. А насчет силы, — он замялся, что Стасу очень не понравилось. — Прямо сейчас они равны или немного сильнее любого из наших кланов по отдельности.
Слова Доброжелательного заставили окружающих напряженно переглядываться. Джишин же и Стас лишь нахмурились. Слова главы Мизуно совпадали с тем, что они узнали сами.
И полученная информация совсем не радовала.
— Значит, план такой, — вернулся к обсуждению Джишин. — Мы вновь возвращаемся к войне, попутно стараясь сохранить свои силы, и наконец дожидаемся атаки Союза. Как только же она произойдет, мы объединяемся и уничтожаем армию наступления и захватываем их страны.
— Но остаётся вопрос даймэ, — поднял важный вопрос на этот раз Кенсей. — Даймэ могут заупрямиться и не остановить войну между Рашта и Хигацудо. Тогда мы останемся один на один против воителей Союза и их самураев.
— Здесь можете не беспокоится, — заговорил Шиго, высокий высший воители Мизуно. — Примерные договоренности уже получены. Но мы так понимаем, вы еще не добились согласия?
— Так и есть, — недовольно согласился Джишин. Его явно раздражало, что Кейташи подготовился лучше, чем он. — Но не стоит беспокоится. Мы уже тоже начали переговоры.
— Превосходно, — кивнул с улыбкой Кейташи, правда в следующую секунду вновь стал предельно серьезен. — Однако, раз мы обсудили вопрос вторжения Союза, то теперь мы обязаны обсудить и то, что будем делать потом.
— Даймэ? — вопросительно уточнил Стас. — Если воители объединятся, они станут только мешать. Ведь если мы прекратим войну друг с другом и попробуем сконцентрироваться на мирном пути, то будем вынуждены потеснить самураев, забрав свою часть крестьян и земли.
— Лучше бы и я сам не сказал. — цветисто выразилась Кейташи, одновременно подхватывая инициативу и положительно пройдясь по самомнению землянина.
При этом Станислав удостоился еще и одобрительного взгляда Мизуно.
Ордынцев хорошо знал, как Кейташи мыслит, потому что думал точно так же. Из всех собравшихся самым опасным Ордынцев незамедлительно назвал бы именно нынешнего главу Мизуно.
Мыслимое ли дело, это молодой мужчина, так же, как и Джишин тоже стал высшим, пускай и на пару лет позже. При этом в отличие от бывшего принца Сумада он с детства воспитывался именно, как наследник, и будущий глава великого клана.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Сюда стоит добавить его незаурядный ум, огромную хитрость, от чего он разом превращается в невероятно страшного противника.
Взять хотя бы то, что все сегодняшние переговоры именно он вел, плавно взяв на себя главенствующую роль.
