держала розу. Весь её вид был божественно прекрасен, и черты лица знакомы. Именно её я встретила пять лет назад. Именно она пришла ко мне в том разрушенном храме. Красивая, белоснежная и сверкающая.
— Помоги, прошу! — прошептала, медленно подходя к статуе.
Чем ближе мы подходили, тем больше подсвечивался алтарь и статуя, открывая больше деталей вокруг. Я остановилась на полпути, силясь увидеть, что у неё за спиной. А за спиной была другая статуя. Чёрная, большая, метра два, не меньше. Она возвышалась над белой статуей, и руки этого каменного изваяния были уложены на плечи Богини. Он будто нависал и подавлял её, но я почему-то решила, что он защищает и оберегает. Лица не рассмотреть, да и не человеческая это статуя. Она какая-то тёмная, мрачная и тоже мерцает, только тьмой. Голова тёмной статуи склонена над Богиней, ещё балахон наброшен, тоже тёмный, с глубоким капюшоном. Как у Смерти костлявой. Как бы я не силилась рассмотреть детальнее, мне не удавалось это сделать. Кто бы ни сотворил эти статуи, он добился своего, ощущение Света и Тьмы передал очень точно.
— Свершилось! — проскрипел голос дроу. Я вздрогнула и попятилась, ударяясь об грудь Радгара.
Со всех сторон из тени этого зала начали выходить мужчины в точно таких же рясах, как и первый дроу. И в глубоких капюшонах, как у тёмной статуи.
— Сегодня с помощью призванной мы освободим нашего господина и завоюем остальные королевства Метрерры! — продолжал вещать дроу.
— Какого господина? — пробормотала, мысленно тянясь к Роме.
— Того, кто даст нам всё за своё освобождение. Великая Тьма возродится вновь и поведёт свои тёмные войска.
— Рооом, — потянулась я к своему Тёмному. Но почему-то он как-то очень внезапно притих.
— Прими своё предназначение, призванная. Поднимись к алтарю.
— Нет, спасибо, — замотала головой. — Радгар, они меня убьют, ты навечно останешься импотентом!
— Наш господин снимет проклятье, — фыркнул герцог и, сжав предплечья, подтолкнул вперёд. — Он посильнее твоей Богини будет.
— Ты веришь в это? Вот этот, стоящий за Богиней, сильнее? Он же стоит ЗА ней! — бормотала я, упираясь пятками со всей силы, и придумывала способы спасти себя.
«Не бойс-сс-ся, ляг на алтарь и доверьс-сс-ся мне», — развеселился голос в голове.
Тёмная статуя будто ожила. Лёгкая дымка окутала статуи. Рома. Это всего лишь Рома.
— Они меня убьют, — обреченно выдохнула.
«Не пос-сс-смеют, доверьс-сс-ся избранная, мне нужно восс-сс-становитьс-сс-ся ещ-щщ-щё немного», — приободрил Рома.
Прикрыла глаза, дала себе несколько секунд на раздумья. Хотя кого я обманываю? У меня особо и выхода нет. Либо буду сопротивляться и меня усыпят, либо добровольно лягу и доверюсь Тёмному. Он вроде как немного восстановился. Значит, сможет этих раскидать и спасти. Просто нужно потянуть время.
Распахнула веки, дёрнула руками, вырываясь из цепких пальцев Радгара, и медленно пошла сама.
«Умница», — хмыкнул Рома и, мне показалось, предвкушающе облизнул губы.
— Если предашь, уничтожу своим светом, — пообещала, прошипев себе под нос.
«Я могу и обидетьс-сс-ся», — фыркнула Тьма и, кажется, закатила несуществующие глаза.
Дойдя до алтаря, немного задрожала. Что я знала о ритуалах? Там обязательно кровопускание, лишение невинности или оргии. Ну с девственностью они немного опоздали. Очень надеюсь, оргии не будет, а кровопускание… Могу пальчик уколоть и размазать. Авось хватит?
— Тёмному Господину нужно вместилище. Радгар, добровольно дай свою кровь, — приказал главный дроу.
«Этот ш-шш-што ли вмес-сс-стилищ-щщ-ще?» — скептически спросил Рома, правда, его никто не услышал.
«Ром, а ты знаешь об этом господине?» —, переминаясь с ноги на ногу, уточнила я.
«Понятия не имею, кого они с-сс-считают с-сс-своим гос-сс-сподином.» — веселилась Тьма.
— Стой, Халаку! — рявкнул знакомый голос, и в зал забежали два знакомых дроу. Их тут же окружили приспешники, а этот главный схватил меня и прижал ритуальный нож к горлу.
«Вот не вовремя тебя с-сс-спас-сс-сать сс-сс-собралис-сс-сь. Я же хотел пос-сс-смотреть на ритуал», — проворчал Рома.
— Ритуал не сработает, — заметил Валар.
— Сработает, они связаны.
— Да, но герцог не закрепил связь. — влез Намтар и что-то мне там глазами показывал. Понять бы в этой темени.
— Это легко исправить, — процедил Радгар, разворачиваясь.
— Я не буду спать с ним! Это насилие. Рома, чёрт возьми, где ты уже! — запаниковала, отпихнула дроу посильнее и попятилась, заходя за алтарь, ближе к статуям. Упала на колени возле статуи Богини и зашептала горячо: — Услышь меня, Наит. Услышь ту, которую призвали. Помоги мне, умоляю.
Меня вздёрнули за локоть и, встряхнув хорошенько, вернули обратно. Мужчины перешли на дортмундский и заспорили. Главный жрец согласился с чем-то, и Радгар вышел из помещения. За ним ушли парочка дроу. Остальные замолчали.
— Её тоже нужно очистить, — подал голос Намтар, на этот раз на дадарийском. Видимо, чтобы я его поняла.
«Пф-фф-ф» — фыркнул Рома.
— Провести омовение, это недолго, — надавил Намтар.
— А чего это ваш господин боится микробов? — меня почему-то развеселили эти слова.
— Молчи, не смей порочить господина! — рявкнул дроу. — Никаких больше омовений!
— Смотри сам, Халаку, но если ритуал не сработает из-за такой незначительной детали, то другой возможности призвать Нексуса у тебя не будет, — деланно заметил Намтар и опять что-то там мне бровями показывал.
Через пару минут жрец согласился со словами Намтара, а меня передал в руки двух незнакомых дроу.
— Вы оба останетесь здесь. Стерегите их! — приказал жрец и, мотнув головой, повёл меня из зала.
Мужчина шёл очень быстро, огибая предметы интерьера и вылетая из одной комнаты в другую. Двое держащих меня дроу не отставали от главного, и мы семенили за ним. Я даже пола под ногами не ощущала, меня за локти волокли. Так мы дошли до просторной общей купальни. Они остановились возле одной из душевых и выпустили меня.
— Раздевайся! — приказал жрец, мотнув головой. Один из соглядатаев быстро ретировался.
— Не буду! — замотала головой.
— У тебя пять минут! — процедил этот дроу. А к нам вернулся другой, с белоснежным платьем. Совершенно простого кроя и из грубого материала.
Хлопнула шторкой и заметила, как под ногами клубится Тьма.
— Раздевайс-сс-ся, призванная, — прошипел Рома, ластясь об ноги. — Дай с-сс-свой с-сс-свет.
— Развратник, — прошептала я. — Выйди, как я в холодной воде мыться буду.
— А ты не мойс-сс-ся, прос-сс-сто разденьс-сс-ся, — предложила Тьма, окутывая меня лёгкой серой дымкой и подныривая под платье.
— У тебя же глаз нет, зачем я тебе голая?
— Ладно, можеш-шш-шь не раздеватьс-сс-ся, — закатил несуществующие глаза Рома и продолжал ластиться.
— Поторопись, призванная! — рявкнул злющий жрец.
Со вздохом скинула одежду на пол. Они как раз за шторкой стоят и видят мои ноги. Если не начну мыться, ворвутся и насильно искупают. Мне такого не надо. Даже душ включила, правда, только
