всего необходимая «сила воли и способность принимать решения». По этим причинам Гитлер хотел повысить социальную мобильность, т. е. возможность подъема по социальной лестнице для представителей нижних социальных слоев. В качестве «образцового учебного примера» он назвал в этой связи католическую церковь. В безбрачии священников заложено принуждение к тому, чтобы «получать смену не из собственных рядов, а то и дело из широкой массы народа». Поэтому целибат является причиной «невероятно мощной силы, которая живет в этом древнем институте. Ибо из-за того, что гигантская армия высокопоставленных прелатов непрерывно пополняет себя из самых низких слоев народа, церковь не только сохраняет инстинктивную связь с народным миром чувств, но и обеспечивает себе сумму энергии и активности, которые в такой форме вечно будут существовать только в широкой массе народа. Отсюда и идет достойная удивления юношеская свежесть этого гигантского организма, духовная гибкость и стальная сила воли». Позаботиться о том, «чтобы происходило постоянное обновление существующих духовных слоев за счет притока свежей крови снизу», и будет задачей народного государства[666].
Эта аргументация показывает, что он выдвигал требование «равенства шансов» в первую очередь вовсе не из пропагандистских соображений. Напротив. Оно с необходимостью логично вытекало из определенных предпосылок его мышления. Во-первых, Гитлер оценивал «инстинкт», силу воли и способность принимать решения как более важные для способности к политическому руководству, чем чистый интеллект и образование. Во-вторых, он считал — это мы покажем в параграфах Ш.З. а — б, — что эти решающие качества (сила воли и способность принимать решения) почти полностью отсутствуют у верхних слоев, т. е. у буржуазии, в то время как «масса», нижние слои рабочих и крестьян, воплощали для него силу, энергию и волю. Из этих предпосылок вытекали для Гитлера, как мы в дальнейшем покажем в работе, разные следствия, например: буржуазия неспособна к политическому руководству и должна быть заменена новой элитой. При этом для НСДАП важно сначала завоевание рабочих. Поэтому пропаганда должна обращаться прежде всего не к интеллекту, а к эмоциям. Она должна быть достаточно радикальной, чтобы отталкивать «трусливых» и слабых людей, а мужественных и смелых вытягивать из массы, «как магнит».
Из обеих вышеназванных посылок для Гитлера столь же естественно вытекает требование «равенства шансов», сознательного повышения социальной мобильности. Задача государства, аргументирует он в «Майн кампф», заключается в том, чтобы «тщательно выбрать явно одаренный от природы человеческий материал и использовать его на службе общности. Ведь государство и государственные мужи существуют не для того, чтобы обеспечивать пропитание отдельным классам, а чтобы соответствовать выпадающим им задачам». Решающим фактором «величия народа» будет, если ему удастся подготовить самых способных и одаренных для лежащих перед ними областей. «Если два народа которые сами по себе имеют одинаковые способности, конкурируют друг с другом, то победу одержит тот, во всем духовном руководстве которого представлены его лучшие таланты, а проиграет тот, чье руководство представляет собой лишь большую общую кормушку для определенных сословий и классов независимо от прирожденных способностей отдельных носителей»[667]. Именно потому, что Гитлер так энергично подчеркивал значение элиты и «больших людей»[668], он хотел, чтобы всем слоям народа были предоставлены равные шансы на образование и продвижение, чтобы в конце процесса отбора действительно лучшие и самые одаренные — независимо от образовательного и материального уровня родителей и т. д. — попали на полагающиеся им руководящие посты.
Гитлер осознавал и трудности, которые возникнут при попытке реализации этого требования. Возразят, говорил Гитлер, «что нельзя же ожидать от сынка высокопоставленного чиновника, что он станет ремесленником, потому что кто-то другой, чьи родители были ремесленниками, кажется более способным»[669]. Этот взгляд вытекает, однако, лишь из пренебрежительного отношения к физическому труду. Задача народного государства состоит поэтому в том, чтобы устранять общественные предрассудки и через процесс перевоспитания прийти к тому, что физическая и умственная работа будут уважаемы в равной степени[670].
До сих пор мы видели, что Гитлер уже в «Майн кампф» подробно рассматривал проблему повышения социальной мобильности. Мы столь обильно цитировали и пересказывали его обоснования прежде всего для того, чтобы стало ясно, как логично его требование «равенства шансов» встраивается в его мировоззрение или вытекает из определенных посылок его мышления. Теперь мы хотим изучить вопрос о значении и преемственности этих представлений в мышлении Гитлера.
Перед «Гамбургским национальным клубом 1919 г.» Гитлер заявил 28 февраля 1926 г.: «Из-за перекрытия доступа крови снизу вверх у нас отсутствует сила воли, грубая сила воли»[671]. На его языке это означает, что слишком мала социальная мобильность, что в особенности рабочим либо их детям предоставляется слишком мало шансов на продвижение по социальной лестнице. В речи 26 марта 1927 г., он пояснил, что народ только тогда имеет здоровую организацию, когда обеспечено, чтобы самые выдающиеся дети неизбежно приходили к руководству. У государства плохая организация, когда оно порождает классы, когда оно препятствует пульсирующему движению жизни снизу[672]. 6 апреля того же года он заявил: «Каждый народ представляет в своей совокупности большую пирамиду, причем самые нижние слои, большинство народа, правда, не обладают интеллектом, но тем энергичнее привязаны к жизни. Как только организация изолирует ее высшие слои от широкой массы и не заботится о том, чтобы жизнь от этого широкого нижнего слоя текла вверх, она погибнет от абстрактного умствования, у нее больше не будет энергии». Это можно видеть по германскому государственному руководству, которому не хватало грубой силы воли нижней массы. Если бы у руководителей государства была грубая сила воли коммунистов, «они смогли бы увидеть, как поднялась бы Германия!»[673]
В речи о «Социализме и марксизме», произнесенной 9 апреля 1927 г., Гитлер объявил, что он понимает под социализмом. Социализм — это стремление преодолеть глубокую пропасть между «высшим интеллектом» и «самой примитивной рабочей силой» и позаботиться о том, «чтобы «была возможной непрерывная подпитка». Настоящий социалист может мечтать лишь о том, чтобы его народ выдвигал по возможности самые большие, выдающиеся головы, поскольку их успехи идут на пользу всем людям. «Он может мечтать лишь о том, чтобы нация была организована таким образом, что самые нижние способнейшие головы неизбежно попадали бы наверх»[674]. 17 июня того же года Гитлер сказал, что большой изобретатель «может выйти из беднейшей хижины», здесь не имеют значение рождение и сословие: «Великие люди, принесшие нам культуру, пришли не из класса, а из народа»[675]. 30 ноября 1928 г. он хвалил крестьянина, которого характер его хозяйства вынуждает постоянно «принимать гигантское количество решений». Если народ все еще хорошо организован, так что постоянно «кровь притекает снизу вверх», то он
