конверте написаны одним человеком.
Вторым главком КГБ было возбуждено дело розыска на агента ЦРУ.
В ОТУ КГБ служили несколько человек с феноменальной зрительной памятью, которые твердо заявили, что автора письма они найдут по почерку.
Именно им, профессионалам своего дела, и было поручено просмотреть все проверочные дела на советских граждан, работающих за рубежом.
Я, в числе других сотрудников 2-го отделения, носил стопками проверочные дела на сотрудников ГРУ. И за мимолетное пребывание в кабинете обратил внимание на их работу. Сосредоточенным взглядом они просматривали первые две-три страницы и затем несколько последних страниц. Стопки возвращались, и конвейер продолжал свою работу.
В один из дней эти товарищи попросили меня проводить их в столовую. За обедом они уверенно сказали, что отправителя письма на подставной адрес в США они найдут. И сообщили, что ими уже просмотрены сотрудники МИДа и других организаций. Они заметили, что автор так пишет некоторые буквы и цифры, что спутать его с кем-то невозможно. Читатель может убедиться сам, посмотрев его рукописный текст, приведенный далее в книге.
Начался многомесячный марафон розыскных мероприятий, который завершился успехом — исполнитель был вычислен. А до этого контрразведчики перелопатили горы дел, анкет, автобиографий, других материалов. Подозрение пало на майора Филонова Анатолия Николаевича — сотрудника 6-го ЦНИИ, который когда-то обслуживал мой друг — Терещенко Анатолий Степанович.
* * *
Майор сразу же был взят в активное оперативное изучение. То, что перед чекистами был шпион, не вызывало сомнений. Но для суда нужны доказательства.
Начальник отделения Петриченко вызвал в кабинет Терещенко.
– ─Анатолий Степанович, вы институт еще не забыли? — неожиданно спросил он.
— Как же забыть «первую любовь»!
— Ну, тогда и карты в руки. Я включаю вас с майором Пашкиным в оперативную группу. Будете работать по настоящему шпиону. Одно прошу: об этом никто не должен знать, даже в отделении. Конспирация превыше всего! Ясно?
— Понятно…
Он обрисовал некоторые детали обстановки, поставил конкретные задачи и потребовал ежедневных докладов. Терещенко и Пашкин гордились высоким доверием, оказанным им руководством отделения и отдела.
— Одновременно прошу вас собрать всю информацию о Филонове, работу свою тщательно легендируйте. Если надо легенды по нему, отработаем вместе, не спешите, но и не затягивайте. Постоянно думайте и помните о конспирации. Прошу собрать информацию по прежним местам службы, перед этим согласовывайте все ваши действия. Тщательно продумайте предлоги, под которыми будете собирать списки лиц, с которыми Филонов учился в ВИИЯ, на курсах академии, в посольствах Лаоса, Алжира и по месту службы в 6-м ЦНИИ. Обратите внимание на степень участия оперсостава этих подразделений, он не должен знать истинную причину вашего интереса. Учтите, что мы ведем дело оперативной разработки совместно со Вторым главным управлением (ВГУ) КГБ и все вопросы должны согласовывать с ними. Имейте в виду, малейшая оплошность может привести ко второму Огороднику — то есть провалу.
По оперативным соображениям надо было поставить городской телефон в тот кабинет, куда были посажены наши чекисты, расположенный этажом выше, над кабинетом Филонова. Такую команду я получил как сотрудник, обслуживающий Узел связи ГРУ.
В первой части книги я рассказывал, что в свое время начальник связи полковник С. в течение шести месяцев за грубые нарушения в отделении ЗАС был строго наказан начальником ГРУ. Ему был объявлен строгий выговор, а потом неполное служебное соответствие. В то время мы с ним обсуждали, почему так получилось. И он согласился — служба есть служба. Но не исключено, что обиды у полковника остались.
Я был готов к тому, что начальник связи найдет причины не выполнить мою просьбу или затянуть ее выполнение. Поэтому заранее выяснил, какое количество телефонных свободных пар имеется в запасе.
Излагая свою просьбу полковнику С., дал понять, что свободные пары есть и желательно дело не затягивать, а выполнить в течение двух-трех часов. С. передал команду подчиненным, и, пока мы обсуждали футбольные и другие спортивные новости, поступил доклад — телефон установлен, работает. Я тепло попрощался с ним.
Мой доклад об этом по телефону начальником отделения был встречен одобрительно. А спустя несколько дней поставили новую задачу: помочь ОТУшникам КГБ взять под контроль местный телефон Филонова, так как он постоянно пользовался им. И это задание было успешно выполнено. Предполагалось, что прослушивание этого телефона позволит выявить дополнительные связи Филонова, его планы, намерения, а также настроение и дополнительные факты, о которых мы не догадываемся.
Мое участие по разоблачению шпиона на этом не закончилось. В составе всего отделения я участвовал в обеспечении судебного процесса. Но о суде позже.
Чтобы активно управлять процессом, надо собрать всю информацию о шпионе: где, в какой семье родился, как и где учился, состав семьи, семейные отношения, морально-психологический портрет и многие другие подробности из его службы и жизни, но сделать это конспиративно.
В считаные дни удалось установить списки лиц, с кем Филонов учился в ВИИЯ, на курсах подготовки в ВДА, группу, в которой учился при бронетанковой академии, фамилии резидента ГРУ и ПГУ при советском посольстве в Лаосе.
Не зря говорится в Библии: «Ищите и обрящете», наудачу оказался среди друзей-приятелей наш источник «Валюкевич», который с ним учился в одной группе ВИИЯ и ВДА, и агент «Сытин», работавший в посольстве в Лаосе поваром. В срочном порядке удалось с обоими встретиться.
Вот что рассказал о Филонове агент «Валюкевич»: «Познакомились с ним при поступлении в ВИИЯ, учились в одной группе института, на курсах в ВДА, одновременно были зачислены в ГРУ, в одно время нас командировали за рубеж. Его в Лаос, меня в Таиланд. После командировок сразу же зачислили в Бронетанковую академию, изучать французский язык. Жили в семейном общежитии, дружили семьями.
В нашей группе не было блатных, все были или от сохи, или из рабочих. Поэтому я считаю, что Филонов сделал себя сам. Да, ему по жизни везло, но ковал свое счастье сам, без чьей-либо помощи. Честно отслужил три года в армии, вступил в партию, это, конечно, очень помогло. Потом институт, зачисление в штаты ГРУ, курсы ВДА, зарубежная командировка, академия, опять зарубежная командировка. Ни одной задержки в званиях, медали, все как по маслу. Но это его заслуга, это его ратный труд. Нацелен на результат и добивается его.
По характеру величаво-угрюмый, деятельный, энергичный, обидчивый, но отходчивый, конфликтный, но не злопамятный. Очень скрытен. Готов помочь во всем: починить электропроводку, организовать вылазку в кино, на отдых, финансово.
Любил вмешиваться в чужие дела. Очень нравилось ему выступать на партийных собраниях, служебных совещаниях, создавалось впечатление, что при этом испытывает какие-то
