«Гейд, – сказал я, – если бы был хоть какой-то выход, кроме этого, я бы тебя не просил. Пойми, лучше хоть сто лет сидеть в твоем кармане, чем видеть, как умирают последние дети нашего народа.»
«Нет! Даже не проси! – сказал он. – Я не могу на такое пойти! Неужели ты не понимаешь, это очень опасно?!»
«Это наш последний шанс, – продолжал убеждать я, глядя в его сердитое лицо. – Взгляни правде в глаза! Другого выхода просто нет! Но если не хочешь брать ответственность на себя, то это сделаю я. Иди. Я приказываю тебе немедленно приступить к ритуалу.»
Он вскочил и несколько минут стоял, сверля меня горьким ненавидящим взглядом. Потому что был обязан подчиниться мне как командиру крепости. Потом с едкой усмешкой поклонился и вышел, хлопнув дверью. Через полчаса в подвалах центрального дома, где мы разместили для безопасности женщин и детей, маги Гейденуса начали ритуал.
А еще через полчаса тголы выдвинули вперед свои катапульты. Они не торопились, времени у них было сколько угодно. Не то, что у нас. Я вывел на стены и башни всех солдат и велел любыми способами ловить ядовитые посылки и сбрасывать вниз. Мы готовились стоять насмерть. Как вдруг крепость вздрогнула, словно от удара и стало темно. Не знаю, сколько это длилось, миг или больше. Я не успел ни о чем подумать. А когда над нами неожиданно вспыхнул яркий свет, первым делом взглянул вниз, туда, где стояли войска врага. Но вокруг были только абсолютно незнакомые скалы. Освещенные чужим солнцем.
Я мчался в подвал как сумасшедший, задать Гейду десятки вопросов и поздравить с успехом. Но у входа в подвал увидел тот мрак, в который сегодня ходили Дисси и Астра. Мои воины, бежавшие следом, скрутили меня, не дав туда прыгнуть. И через несколько дней я должен был с горечью признать, что они были правы. Ни один из трех десятков ушедших туда добровольцев, так и не вернулся назад. Я и до сих пор не знаю, как это случилось, что ритуал, вместо того, чтобы спрятать нас в родном мире, выбросил в чужой. Видимо Гейд был прав, насчет опасности. Но с другой стороны, мы были живы и у нас была надежда, что карман откроется и женщины с детьми выйдут на свет. Однако время шло, а они все не выходили.
Потом я вспомнил, как Гейд говорил что-то про пятьдесят или сто лет. У нас появилась цель – ждать. Но чтобы ждать, нужно было устраивать жизнь, искать питание, дрова, одежду. А нас было всего чуть больше шести тысяч.
И мы ждали пятьдесят лет, потом еще пятьдесят. Потом начали сверять ход времени, и получилось, что ждать нужно больше. Здешние сутки меньше наших, а годы короче. Мы живем намного дольше, чем люди, поэтому не волновались, что выйдя из кармана, наши люди застанут только опустевшую крепость. За эти сто лет мои воины, заходившие за перевал, привели сюда несколько десятков женщин и образовали с ними семьи. Я был не против, но приказал воинам обязательно предупреждать женщин, что обратно они никогда не вернутся. Мы поставили посты везде, где к нам могли проникнуть чужие, и завалили все тропы, чтоб никто не знал о нашем существовании. Но однажды случай перевернул нашу замкнутую жизнь. Одна из женщин, живших с мужьями в крепости, случайно попала к входу в карман, и шагнула туда. Воины, бросившиеся за ней, были в ужасе, но ее вдруг выкинуло обратно. И вместе с ней одного из тех, кто ушел в карман сто лет назад. Мы решили, что время настало, и побежали к входу. Но тьма была неизменна. Несколько воинов настояли на эксперименте, решив, что смогут тоже вывести оттуда кого-нибудь. Я разрешил. И с тех пор их не видел. Тогда кто-то предложил еще раз пустить ту женщину. Ее муж был против, но она согласилась сама. И за два раза вывела оттуда еще двух человек. Одним из них оказался Шимирл. После третьего раза она вернулась с пустыми руками и больше идти не согласилась. Но у нас уже была хоть слабая, но надежда. Вот с тех пор мы и начали возить к себе наемниц и тем, кто выведет из мрака наших людей, исполняем желания.
Дисси, только чуть скривила в усмешке губы, заметив, как ловко Айтерис обошел в своем рассказе все тайны, которые не хотел объяснять. Ну, еще бы, успел научиться за столько лет!
– Мы пришли сюда, чтобы объявить, что готовы выполнить желания знахарки Дисси и магини Астры, – официально объявил Дьёрджес, давая понять, что объяснений больше не будет. – Астра имеет право на три желания, знахарке Дисси за исключительные заслуги предоставлено право требовать столько, сколько она пожелает.
Варена тихонько охнула, Улидат лишь загадочно улыбнулась. Инлины выжидающе смотрели на знахарку, задумчиво разглядывавшую узоры на полу.
– Дисси, – не выдержал Ольвагис, – чего ты хочешь?
– Для начала спросить кое о чем командира, потом Шимирла, – так же задумчиво произнесла она.
– Меня?! – поразился маг.
– Ну, ведь Шимирлом зовут именно тебя? – насмешливо хмыкнула Дисси.
– Что ты хотела узнать у меня, Дисси? – вернувшись на свой стул, усталым голосом суховато спросил Айтерис.
– Почему воины, которых мы сегодня выводили из мрака, бросаются драться, я уже поняла, – спокойно, кивая самой себе, сообщила знахарка. – Меня интересует, сколько?
– Чего, сколько?! – подозревая ловушку, осторожно переспросил первый.
– Сколько ваших людей ушло туда, отчаявшись ждать и решив, что это путь на родину?! – с упреком посмотрев ему в глаза, пояснила Дисси. – И можешь не говорить, когда это было, я и сама примерно знаю.
Глава 13
Ну, знал он, что догадлива эта знахарка, потому и решил, лучше рассказать самому, чем ждать, пока она до всего докопается. Чтоб не накопала лишнего. Вот всё и рассказал. Ну… почти всё. Всё теперь он никому не доверяет, после того страшного урока. Когда они жили свободно и открыто, храня от посторонних лишь один секрет. Да и тот, как оказалось, не до конца. Но теперь он такой беспечной ошибки не допустит. Хотя, то, чем она теперь заинтересовалась, пусть и горькая страница их жизни, но особой тайной не является.
– Айтерис, – поглядев пару мгновений в его замкнувшееся в тяжелом раздумье лицо, вздохнула Дисси, думают они все же не так быстро, как дерутся. – Я ведь не из простого любопытства спрашиваю. И никто меня сюда не присылал, как Дьёрджес все время подозревал. Если бы не радость… в глазах твоего среднего сына… и тех воинов, что детей уносили… уж это я успела разглядеть, пока не уснула… Так вот, если бы не это, я бы в тот мрак больше ни за какие желанья не пошла. Но теперь пойду. А прежде, чем идти… хочу кое-что выяснить. Если не хочешь говорить при всех, можно конечно, уйти в другую комнату… Нет, постой, сейчас меня не перебивай! Я еще хочу сказать. Так вот… можно уйти, но не нужно. Я девочек за эти дни хорошо узнала, они не из тех, что предают. И не нужно так поглядывать на Астру, даже если бы мы её не усыпили, она бы нас не предала. Видно было, по тому, как она мучилась, что противно ей твое предложение. А те, кто готовы предать, поверь, муками совести не страдают. Вот потому и хочу, чтоб все девочки сейчас услышали твой ответ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
