снаружи хлестал дождь, которую она провела в небольшом пансионе в близлежащей деревушке, Васса ворочалась на скрипучей кровати с боку на бок. Ей так хотелось обратиться за советом к Лису, пусть и неидеальному, пусть и основанному на алгоритмах Лису.
Однако вай-фай в пансионе имелся только внизу, на ресепшен (привет из прошлого тысячелетия!), а комнаты оборудованы им еще не были.
А ее собственный интернет в этой глуши не работал – и Васса поняла, что находится на грани паники.
Многие платили большие деньги, чтобы на несколько дней погрузиться в спокойную, размеренную жизнь, как сто лет назад, забыв на время об интернете, гаджетах, современных коммуникациях.
А она была на грани истерики, потому что не могла посоветоваться с Лисом.
Ну а если бы могла, то что спросила?
«Лис, ты хочешь, чтобы при помощи квантовых технологий и никому не известной модели информационных сетей тебя перевели в виртуал без гарантии, что это получится?»
Какой бы Лис дал ей на это ответ? Наверное, свой любимый: «А ты покормила хомяка?»
Сотрясаясь от смеха, Васса повернулась к стене и достаточно быстро заснула.
…И снова ей привиделся ее излюбленный кошмар. Снова она находится перед освещенными иллюминаторами «Боинга», снова она видит Лиса, который открывает пустые черные глазницы, потом разевает рот…
Васса проснулась от стука в дверь – несколько жутких мгновений она не сомневалась в том, что если откроет ее, то увидит там Лиса, с пустыми глазницами и вырывающимся изо рта щупальцем.
А может, ей все оставить, как есть?
Раздался голос хозяйки пансиона:
– Доброе утро! Я принесла вам завтрак и поставлю его около двери! Вижу, вы разоспались, вот что значит свежий воздух и горная идиллия!
Навестив обоих братьев в саду клиники, умытом ночным ливнем, Васса посмотрела на явно волновавшегося Элио и спокойного, всегда с неменяющимся выражением лица Тацио.
– Так вы приняли решение? – спросил ее младший близнец, и Васса кивнула. Она приняла его за завтраком, вдруг поняв, что поступить надо так – и никак не иначе.
– Прежде чем его вам поведаю, скажите – отчего «Маленький принц»?
Она имела в виду любимую книгу Тацио.
Голосовой синтезатор хмыкнул.
– А вы как думаете?
Васса помедлила.
– «Мы в ответе за тех, кого приручаем?» – Она посмотрела на Элио. – Или, может, «Зорко лишь одно сердце, самого главного глазами не увидишь?» (Ее собственное отчего-то билось в бешеном ритме.) Или «Любовь – это когда ничего не стыдно, ничего не страшно». (Ей отчего-то вспомнился бородатый сын старой ирландки.)
Цифровое кхеканье повторилось, а потом прозвучал ответ:
– Мог бы, конечно, сказать, что из-за «Слова только мешают понимать друг друга», но в моем случае это были бы не слова, а мысли. И они мне вовсе не мешают, уверяю вас. Ну, хорошо, открою, так и быть, свой секрет: все из-за «Ты живешь в своих поступках, а не в теле. Ты – это твои действия, и нет другого тебя». Довольны?
Васса медленно кивнула, а Тацио поинтересовался:
– Откровенность за откровенность. Вы приняли решение, и это хорошо. Так не тяните же! Я могу умереть в любой момент…
Раздался благозвучный смех.
– Да, но оно вам не понравится…
Не выдержав, Элио крикнул:
– Она не согласится! Я же тебе сказал…
Васса же перебила его:
– Отнюдь. Не понравится, потому что я не буду бесправным инвестором, я желаю принимать участие в процессе. И, конечно же, если я даю деньги, то хочу получить всю, пусть и самую эксклюзивную, информацию. – И добавила: – И если вы на это согласны, то я тоже согласна. Мы можем начать прямо сегодня!
И они действительно начали прямо в тот день. Оказалось, что у Тацио план готов не только в голове, но и в ноутбуке. Имелось крайне детальное, пошаговое описание всех фаз проекта, а также смета по его реализации.
Денег требовалось много, даже очень много. Васса никогда не задавалась вопросом, богата ли она, хотя знала, что да. Деньги были нужны ей как средство для достижения своей цели – и это целью было вернуть Лиса к жизни.
Потому что только так, воскресив его, она смогла бы избавиться от кошмаров, в которых он поселился в ее снах.
А затем в дело вступили юристы, финансисты, программисты. Им требовалась толковая надежная команда специалистов во множестве областей, и Элио с энтузиазмом принялся за сбор разношерстной публики.
Васса подозревала, что некоторые из бородатых компьютерщиков были членами его хакерской команды Zorro, однако единственное, что ее волновало, была их квалификация.
Тацио посвятил ее в свои тайны, но Васса не поняла и десятой части того, что он скупо сообщил ей. Она не сомневалась, что он поведал ей далеко не все: еще бы, он хотел руководить процессом и всегда иметь возможность сказать последнее слово.
Васса побаивалась его – от Тацио веяло чем-то фанатичным и опасным. Однако сомнений быть не могло: если проект и мог завершиться успехом, то только при его непосредственном участии.
С Элио было иначе – несмотря на то, что он был на постоянной связи со своим братом, как и сама Васса была в непрерывном контакте с Лисом (который, конечно же, ничего не знал о шедшей работе по трансферу его сознания в виртуал), и зачастую они засыпали прямо за столом их стартапа в Лиссабоне, она с ним сблизилась.
И он стал ее новым другом.
Нет, не таким, как Лис – Лиса, ее Лиса, никто бы заменить не мог. Но с Элио было просто, с Элио было легко, Элио никогда не унывал, Элио всегда шутил, Элио знал, что делать, даже если ситуация была безвыходной, на Элио можно было положиться…
И он был человеком, с которым она зачастую проводила двадцать четыре часа в сутки: и это с учетом того, что он не совершал ни единого поползновения, чтобы затащить ее в постель.
С ним было почти так же, как с Лисом. Нет, иначе, но не значит, что хуже.
Или, быть может, даже и лучше?
Положительный эффект общения с Элио заключался в том, что ее кошмары вдруг отступали на второй план, а потом и вовсе исчезли. Васса разъяснила это для себя тем, что дурные сны виделись ей по причине неимоверного нервного напряжения и осознания того, что даже приложение не заменит Лиса.
Теперь же по мере того, как проект обретал формы и из одной фазы переходил в другую, она все сильнее и сильнее убеждалась в том, что
