Грохоча по мостовой и заложив лихой вираж на повороте, к воротам подкатила карета. Борта транспортного средства блестели в тусклом свете фонарей и казались только что окрашенными.
– Стооой! – крикнул один из стражников, поднимая руку ладонью вперед.
– Господин велел в Сад Услад. – пробасил здоровенный возница, одетый в кожаный плащ и широкополую шляпу от дождя.
– Приглашение надобно. – пояснил охранник.
Возница немного испуганно посмотрел на карету, а затем нагнулся к стражнику и, понизив голос, попросил:
– А может, вы сами Его сиятельству скажете про приглашение. Мне сегодня и так досталось. Паками побьют, коли не привезу куда велено.
Стражник сделал важный вид и отрицательно покачал головой.
– Не положено.
– Что встал? – донесся из кареты вопрос, произнесенный сильно с заплетающимся языком. – Привез, тварь?
Возница вжал голову в плечи, словно получил удар и послушно ответил:
– Бумагу спрашивают, Ваше сиятельство. Не пущают. А у меня ж никакой бумаги и нету.
От удара ногой дверца кареты распахнулась. На стражников пахнуло сложным букетом ароматов из смеси кислого пота, сладких духов, крепкого спиртного и крайне весело проводимой ночи. А затем появился и сам владелец ароматов. Молодой, модно разодетый господин с трудом стоял на ногах, но при этом грозно смотрел на вооруженных людей своими заплывшими от выпивки глазами.
– Ты че тварь? – спросил благородный гость у всех сразу и ни у кого конкретно.
– Выезд на территорию поместья исключительно по личным приглашениям лорда Джордана. – терпеливо объяснил стражник.
– Ааа, тварь… – неопределенно ответил Его сиятельство и полез рукой себе за пазуху, но ничего не найдя там, очень расстроился и даже притопнул ногой. – Тварь! – он посмотрел на стражников, пытаясь сфокусировать взгляд, и с вызовом спросил. – Вы вообще знаете, кто мой батя?
– Никак нет. – осторожно ответил стражник.
– Ууу, тварь. – незнакомец погрозил кулаком. – Меня нельзя не пускать. Меня нужно пускать. Меня девушка ждет! – аргументировано объяснил он заплетающимся языком.
– Может старшего позвать? – спросил совета охранник у своего коллеги.
– Старшего? – переспросил Его сиятельство, и чуть было не упал. – Тварь! Зови старшего! Он вам объяснит, кто мой отец, твари!
Один из стражников удалился в караульное помещение и через некоторое время вернулся с высоким мужчиной – обладателем пышных усов и стрижки под горшок.
– Ваше сиятельство, – бодрым голосом отрапортовал старший. – При всем уважении, без приглашения никак нельзя. Но если Вы назовете свое имя, то я немедленно пошлю человека к лорду Джордану и мы решим сие досадное недоразумение.
– Имя, тварь!? – окончательно разозлился в слюни пьяный молодой господин. – Ты хочешь, чтобы дворянин опозорил имя посещением борделя?
Ноздри усатого стражника раздулись, пока он набирал полную грудь воздуха, чтобы ответить. Но не успел. В стену, рядом с ним влетел большой круглый предмет и, лопнув, забрызгал стражников и мостовую своим непонятным бурым содержимым. Сложный букет ароматов от молодого господина дополнил мерзопакостная вонь гниющего мяса.
По улице в направлении ворот бодрым шагом топала группа молодых людей со странными круглыми предметами в руках. Первым в группе был невысокий, но крепкий парень с рыжими волосами. Он указал рукой в сторону кареты и прокричал:
– Вон он! Кто попадет в голову – даю десять монет!
– Прячьтесь Ваша светлость! – испуганно заорал возница и, спрыгнув с козел, бесцеремонно запихнул молодого господина в карету, после чего огляделся по сторонам и обратился к стражникам. – Мужики, я не здесь коробочку не разверну! Пустите во двор!
– Нельзя. – ответил усатый, уклоняясь от летящего в него пузыря.
– Да как нельзя? – взмолился здоровяк, залезая на козлы и хватая кнут. – Если его светлость дерьмом закидают – с меня голову снимут. А я молчать не стану, все, как духу скажу, что ты дворянина в беде бросил на срам толпе обрек.
– Хрен с тобой. – сквозь зубы выругался старший стражник и махнул своим подчиненным. – Калач осмотри карету и пусти! Шамовский, тащи псов!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Тот стражник, который встретил гостей первый, открыл дверцу и заглянул в карету. Кроме пьяного Его светлости, который смотрел на стража осоловевшим взглядом, внутри больше никого не наблюдалось. Хотя нет, еще имелось несколько пустых бутылок.
Мужчина быстро отпер ворота и впустил карету во двор поместья лорда Джордана. Тем временем второй стражник свистом подозвал со двора свору здоровенных собак и натравил их на незваную компанию молодых людей, швырявших зловонные пузыри.
Эгей Борзый с азартом взглянул на несущуюся, на него свору свирепых псов. Вложив два пальца в рот, он пронзительно свистнул, а затем торжественно объявил:
– По пять монет за каждый ошейник, парни!
После чего развернулся и опрометью бросился к ближайшему дому, чтобы залезть на крышу и наблюдать всю картину боя со стороны. Сегодня он раздавал выигранные в игорном доме деньги, а не сам зарабатывал их на Травле.
Чарли Статус потряс головой, старательно выгоняя из своих мозгов алкоголь, которым не только облил всего себя, но и старательно заправился внутрь. Юноша выглянул в окно кареты, убеждаясь, что Вини поставил ее во дворе правильно – одним боком к стражникам, а другим к темной внутренней аллее поместья. Дрожащей рукой столичный модник отодвинул бутылки в сторону и откинул крышку тайника в днище кареты. На него уставились три пары глаз. Тела Трицы, Аргилая и Совенка лежали в неестественных позах и были переплетены словно, клубок змей. Чарли, стараясь не шуметь, помог каждому выбраться. Открыв дальнюю от стражников, дверцу кареты, троица бесшумно вышла наружу и растворились в темноте аллеи поместья лорда Джордана.
Тщательно изучение подробнейших чертежей, добытых в архивах главного королевского архитектора, позволили узнать много полезного. Элитный бордель располагался в одном из флигелей. Попасть туда можно было не только через главный вход, но и через двери и коридоры, предназначенные исключительно для прислуги. Вот именно туда и направлялись Трицитиана, Аргилай и Совенок, перемещаясь короткими перебежками от куста к кусту и прячась за деревьями.
Внешняя дверь оказалась заперта изнутри. На выручку пришел тонкий кинжал Трицы, которым она смогла подцепить и отодвинуть внутренний засов. Запалив миниатюрный масляный фонарь, взятый из кареты, троица взломщиков двинулась в здание.
Судя по тишине, наполнявшей узкие коридоры и крутые лестницы, большинство слуг в поместье давно спали. Не посчастливилось лишь одной молодой служанке, шедшей со свечой в одной руке и подносом еды в другой. Трица не пожалела ее молодое миловидное лицо, отправив девушку ударом кулака на пол. Поднос успел подхватить Совенок. И он пришелся весьма кстати. Теперь парень мог идти с подносом еды впереди и вполне походил на молодого слугу.
Аргилаю выпала почетная обязанность связать незадачливую служанку и заткнуть кляпом ей рот. Что юноша и проделал со всем старанием. В интимном процессе связывания, требующем близкого контакта, девушка внезапно пискнула и застонала сквозь ткань кляпа. Лаи растерялся, пытаясь понять, в чем дело и с некоторым смущением разглядел, что веревка чрезмерно глубоко впилась в тонкую нежную кожу на руках служанки. Пленница вновь застонала, и Аргилай увидел перед собой два влажных испуганных темных глаза, которые смотрели на него с немой мольбой. Противиться магии взгляда было выше его сил. Юноша сжалился над девушкой и ослабил натяжение пут. Затем ободряюще улыбнулся и приложил палец к своим губам, показывая, чтобы пленница больше не шумела – мол, тогда все будет в порядке, и никто не пострадает. Служанка все поняла и с благодарностью закивала. Подарив пленнице на прощание еще одну улыбку, Аргилай развернулся и поспешил догнать своих друзей. Огонек свечи в темноте коридоров был виден издалека.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
