Читаем без скачивания Путинские качели - Алексей Пушков

7 февраля, Тегеран (Иран). Около двух тысяч человек дважды пытаются взять штурмом здание посольства Дании. Для разгона толпы полиция применяет слезоточивый газ.

Этот список можно расширить. Сторонники политкорректности, конечно, скажут: это не конфликт цивилизаций, а вылазки мусульманских экстремистов. Но это неправда: карикатурами возмущены все мусульмане, и акции протеста лишь стали крайней, экстремистской формой этого протеста. Но главное — другое: налицо столкновение идейных основ двух миров — веры в неприкосновенность Магомета на Востоке и веры в неприкосновенность свободы слова на Западе. Свободу слова западный мир провозглашает незыблемой основой демократии. Однако и для мусульман уважение к пророку Магомету есть тоже незыблемая основа их взгляда на мир. Столкновение этих двух принципов, вырвавшееся наружу в эти недели, и есть неприкрытый и откровенный конфликт двух цивилизаций.

Обратите внимание: ведущая датская газета «Юлландс-Постен», поместившая карикатуры, выразила сожаление по поводу реакции в мусульманском мире, но отказалась извиняться за публикацию. Ряд газет Норвегии, Франции, Италии, США и некоторых других стран Запада перепечатали карикатуры в знак солидарности. «Свобода слова неприкосновенна», — упорно твердят западные лидеры — от генсека НАТО и канцлера Германии Ангелы Меркель до французских интеллектуалов. Штука, однако, в том, что в мусульманском мире так не считают.

Можно, конечно, заклеймить толпу, штурмующую посольства Дании от Бейрута до Джакарты. Можно утверждать, что за ней стоят силы радикального ислама, пытающиеся использовать этот кризис в антизападных целях. В этих оценках есть доля истины. Однако при этом Запад почему-то не замечает собственного идейного экстремизма и собственного демократического фундаментализма. Вот французский философ Андре Глюксман обвиняет протестующих мусульман в фанатизме и настаивает: «Право на свободу слова не обсуждается. Это основа западной демократии!» Однако разве из права на свободу слова вытекает право на оскорбление чужой религии? И еще: когда что-то не обсуждается, когда что-то объявляется табу, это уже не демократия, а идейная диктатура, пусть и прикрытая знаменем демократии.

Западный мир в замешательстве. Из западных стран звучат в эти дни и разумные слова. США — твердые приверженцы свободы слова, — заявила, например, Кондолиза Райе, — но эта свобода подразумевает и «определенную ответственность». Против публикации оскорбительных карикатур выступил и Ватикан, который заявил, что свобода слова не позволяет оскорблять религиозные убеждения. Однако слишком громко в общей реакции Запада звучали и другие голоса, требующие довести свободу слова до абсурда и отвергающие принцип ответственности за высказанное слово. Эти голоса, увы, нередко замешаны на ненависти к мусульманскому миру.

И если конфликт цивилизаций все же станет реальностью, то это произойдет не только из-за мусульманских фундаменталистов. Но и благодаря идейным экстремистам с Запада, которые со своей стороны изо всех сил разжигают огонь этого конфликта.

11. 02. 2006

Когда мы нужны Америке, мы должны ей помогать

Америка не хочет воевать с Ираном. Великая, могучая, несокрушимая Америка настолько психологически подорвана трехлетней оккупацией Ирака, что второй войны она просто не потянет. «Извините, г-н президент, но мы устали. Мы не можем вести более одной войны за раз», — суммировал настроения американцев обозреватель «Нью-Йорк таймс» Томас Фридман. Ирак не стал для США кровавой баней — нет. И дыхание этой далекой войны неощутимо в, апрельском цветущем Вашингтоне. На начало минувшей недели в Ираке погибли всего 2338 американцев. Ирак — это, конечно, не вьетнамская война. Но тем не менее, он стал пусть небольшой, но постоянно кровоточащей раной, которая подрывает готовность Америки к новым войнам.

В отличие от ситуации вокруг Ирака, когда администрация Буша рвалась в бой во что бы то ни стало, на ходу придумывая поводы для атаки, с Ираном США хотели бы решить все миром. А потому основная ставка делается на дипломатию. Но Тегеран — крепкий орешек. Простыми уговорами отказаться от ядерной программы его не сломить. А потому в Америке убеждены: шанс не допустить Иран к ядерной бомбе появится, лишь если такие центры силы, как США, Россия, Евросоюз, Китай и Индия, объединятся в своем давлении на непокорных иранцев. И в этом администрация Буша ждет полной и всемерной поддержки от России.

Однако пока, считают в Вашингтоне, такой поддержки нет. Откровенные наши враги, такие как сенатор Маккейн, просто обвиняют нас в том, что мы якобы не сотрудничаем с США по Ирану. Те же, кто нам симпатизирует, упрекают нас в том, что Россия не хочет однозначно встать на сторону Америки и поддержать жесткие санкции против Ирана.

Что ж, нам, как и американцам, не нужен ядерный Иран. На взрывоопасном Среднем Востоке появление исламской страны, вооруженной ядерной бомбой, чревато немалыми рисками. Но означает ли это, что Америка вправе ждать полной и безоговорочной поддержки от России — в условиях, когда она не только мало считается с нашими интересами во внешнем мире, но постоянно действует вопреки нашим интересам? Разве не Америка своими маневрами сорвала осенью 2003-го так называемый план Козака, а на деле план Путина по Приднестровью? Разве не Америка с упоением поддерживала Ющенко — и именно потому, что он — жесткий противник сближения с Россией? Разве не Америка теперь стремится затащить Украину в НАТО, отлично зная, что это противоречит интересам России? Разве не Америка поддерживает в Грузии Михаила Саакашвили, который не стесняется открыто называть Россию своим врагом? И разве не Америка постоянно ставит перед нами столь жесткие и невыгодные нам условия вступления в ВТО, что недавно возмутила даже весьма сдержанного Путина?

И странная выходит картина: получается так, что, когда мы нужны Америке, мы должны ей помогать. Но когда речь заходит о России, то в Вашингтоне слишком часто предпочитают действовать вразрез с ее интересами.

Вот о чем следовало бы задуматься вашингтонским стратегам, прежде чем выдвигать претензии к России по Ирану. Если нас хотят там видеть реальным партнером, то должны и сами вести себя как партнеры, а не как циничные манипуляторы, преследующие всегда и во всем только свой собственный интерес.

08. 04. 2006

«Хладнокровный расчет»

Могут ли США нанести ядерный удар по Ирану? Сам Джордж Буш называет это «дикими домыслами». Однако известный американский журналист Сеймур Херш уверен: такой сценарий вполне возможен. По информации Херша, Пентагон прорабатывает возможность использования тактических ядерных боезарядов для нанесения ударов по иранским объектам, где предположительно идет работа над иранской ядерной бомбой. Херш утверждает, что эту информацию он получил непосредственно из Пентагона.

При этом Сеймур Херш — не кто-нибудь, а лауреат Пулитцеровской премии и один из наиболее известных американских журналистов. Именно он еще в 70-е годы первым раскрыл правду о вьетнамской деревне Май-Лай, сожженной из огнеметов американской морской пехотой. И именно он раскопал информацию о пытках и издевательствах над иракцами в ставшей с тех пор печально знаменитой тюрьме Абу-Граиб. Да, Херш склонен к сенсационности, но кому-кому, а ему в Америке многие верят — и никто не считает, что он высосал все это из пальца.

Версия о подготовке США к ядерным ударам, несмотря на все опровержения со стороны Белого дома, выглядит вероятной и потому, что перед лицом иранской проблемы США находятся в полном тупике. Наземное вторжение в условиях все менее популярной войны в Ираке практически невозможно: ведь Иран — намного больше Ирака по территории и намного сильней его в военном отношении. По оценке генерала Энтони Зини, бывшего главы Центрального командования США, оккупация Ирана потребует от США не менее одного миллиона солдат, что делает ее нереальной.

Хирургические ракетно-бомбовые удары, даже с использованием противобункерных боеголовок, также, скорее всего, не решат проблемы. Иранские объекты, где, вероятно, идет работа над ядерным оружием, многочисленны, в ряде случаев размещены глубоко под землей и разбросаны по обширной территории. По некоторым данным, у США есть точные данные о местоположении только 8 таких объектов, однако их намного больше. По оценкам бывших сотрудников ЦРУ, для того, чтобы нанести заметный ущерб иранской ядерной программе, понадобится более тысячи вылетов бомбардировщиков и ударов крылатых ракет. И даже в этом случае останется неизвестным, будет ли решена задача.

В этой ситуации кажущаяся действительно дикой версия об использовании ядерного оружия выглядит достаточно правдоподобной. Тем более что сам Джордж Буш уже не раз называл Иран угрозой номер один для США. А принятая его администрацией доктрина превентивного нанесения ударов по террористам и государствам «оси зла», к которой относится Иран, допускает использование тактических ядерных боезарядов.