Война ретировалась, снова растолкав всех окружающих. Ангел проводил его глазами, угрюмо потирая руки. Взгляд его, после исчезновения всадника, наткнулся на высокую, худощавую фигуру в кожаной куртке, в яркой бандане и с бутылкой виски в руках. Светлоил, увидев эту картину, не удержался и запустил в стоящую напротив него Смерть ворохом своих бумаг.
– Ты почему не по форме одет? – зашипел ангел, пытаясь ухватить всадника за воротник «косухи», но Смерть был ростом под два метра, Светлоил просто не мог до него дотянуться.
– Да завернись ты в свою форму, – лениво протянул всадник, брезгливо бросая под ноги Светлоилу черный, безразмерный балахон с капюшоном. – Почему как Войне по ушам ездить, так мы в двадцать первом веке, а как меня одевать, так Смерть всегда с косой и в мантии Гарри Поттера? Здравствуй, четырнадцатое столетие, давно не виделись!
– Необходимо строго соблюдать классический образ, – возразил ангел. – У тебя в контракте что указано? Одно представление в мрачном образе безысходности и неотвратимости гибели для всех смертных людей.
– Я от своего вида сам готов подохнуть, – всадник Смерти вытащил из кармана «косухи» сигарету, поджег ее одним взглядом и затянулся. Дым вырвался наружу, не достигнув грудной клетки, обтянутой вместо слоя кожи футболкой группы «Manowar». – Кто вам вообще сказал, товарищ ангел, что смерть – это ужас и безысходность?
– А что, нет? – удивился Пьероил, к тому времени закончив красить скакунов в розовый цвет. Теперь лошади напоминали экспонаты музея футуризма, болеющие ветрянкой. – Извините за любопытство, сам-то я никогда не отходил в мир иной…
– Сотни людей во всем мире идут к своей смерти через тяжелый рок, бухло и наркотики, которые приносят им невиданным кайф, – череп Смерти растянулся в подобии ухмылки. – Байкеры умирают на больших скоростях, рассекая темноту верхом на мотоциклах, которые они своими руками собирали и модифицировали с семнадцати лет. Кто-то находит свой конец в постели с шикарной красоткой, обсыпав ее кокаином, и даже не замечает, что его больше нет, потому что жизнь для него – это цветной сон от ЛСД. Я уже не говорю о простых обывателях, для которых смерть – отличная возможность, наконец, выспаться!
– Ты в курсе, что все слова, который были тобой только что употреблены, входят в список выражений, запрещенных к употреблению на территории Царства Небесного? – строго спросил Светлоил. – Одень балахон, Смерть, тебе уже давно не 40 лет, чтобы носить кожу и заклепки, пора одеваться по возрасту.
– Тоска смертная, – прокомментировал всадник Смерти, развернулся и зашагал туда, где стояла его лошадь, с которой розовая краска облезала на глазах, несмотря на все усилия, приложенные ранее херувимом для ее «стилизации». На ходу Смерть вытащил из кармана черный Ipod с мертвой головой на чехле и одел на голый череп большие наушники, из которых разносился мотив песни «Deathtone». Балахон, являвшийся частью сценического образа всадника Апокалипсиса, собирая пыль, тащился за Смертью, зацепившись за железный крюк на его ботинке.
Дождавшись, пока всадники покинут территорию ангельского общежития, Светлоил рухнул на скамеечку под яблоней (вокруг нее были расставлены предупредительные знаки, сигнализация, а ствол был обмотан яркой лентой, которой обычно огораживают место преступления), обхватив голову руками.
– Зачем я вообще ввязался в это дело, Пьероил? – спросил ангел, смотря себе под ноги, обутые в золотые сандалии. – Я никчемный Хранитель, не могу создать достойную жизнь даже своему подопечному. С чего же я взял, что сумею организовать приличную смерть миллионам людей?
– А у меня, вот, даже смелости не хватило выдвинуть свою работу, – признался херувим, заламывая пухлые ручки. – А ведь там была парочка хороших идей для Апокалипсиса, например, перенести финальную битву Архангела Михаила с Сатаной в студию программы «Своя игра», чтобы бой был интеллектуальный… Знаете, куда Михаил меня послал, когда услышал о моих планах?
– Знаю, – сочувственно покивал Светлоил. – Скандал был тот еще, Михаила простили только потому, что он десантник-вояка, а они все немного грубоваты.
– А вы, я считаю, большой молодец. В трудное время приходится работать: что не сделаешь, все обернется цирком абсурда. Нашлешь на китайцев саранчу, так они, вместо того чтобы бояться, радуются, мол, запас еды на год вперед на них свалился. Туристам сушеных насекомых как деликатес продают и при этом еще кучу денег зарабатывают. Или явится людям Ангел, чтобы возвестить о падении Вавилона, а смертные думают, что это то ли банк, то ли торговый центр, и бегут проверять, можно ли что-то украсть, пока полиция не приехала. Нет, друг Светлоил, оригинальная версия Апокалипсиса в любом случае в наше время не пройдет. Ваш вариант имеет хоть какой-то шанс на успех!
Ангел со слезами умиления на глазах бросился жать херувиму руку, как вдруг двор ангельского общежития затрясся, и над ним прогремел Глас Господень.
– Светлоил! – пробасил Глас. – Господь желает рассмотреть проекты Апокалипсиса раньше обещанного срока. Готов ли ты представить свою работу прямо сейчас????
– Еп… архия моя дорогая! – ангел в ужасе запутался в собственной тунике и свалился со скамеечки, на которой сидел. – Господи Боже, да как же это? У меня же не готово ничего! У меня вавилонская блудница еще не все образовательные книжки перечитала, опыта не набралась, не знает, как работать! Я ей фильм обучающий сегодня собирался показывать! Да как же я…
– Вперед, Светлоил, я в вас верю! – одобряюще похлопал его по плечу херувим.
– ГОТОВ ИЛИ НЕТ? – заорал невидимый Глас.
– Хорошо! Иду! – зажмурился, поверил в себя и закивал ангел.
Выступление Ангела-Хранителя Светлоила у Трона Господня заслушали двадцать четыре старца в белых одеждах и четверо животных, непрестанно поклонявшихся Богу. В презентации приняли участие всадники Апокалипсиса на пони, не было пролито ни капли крови, зато экономика Китая сильно выиграла от оптового заказа красных линяющих в горячей воде футболок. Светлоил представлял свой проект в течение двадцати минут, используя последние технические программы воспроизведения – «HolyWORD» и «God’sPowerPoint».
Презентация была признана Престолами и старцами как неплохая, соответствующая современным тенденциям и достаточно креативная, вот только после презентации в Раю было принято вообще отменить Апокалипсис. Светлоил вернулся к работе ангелом-Хранителем, но до сих пор недоумевает, что же он сделал не так.
Владимир Аренев
Глобальное вымирание
– Па, скоро пустят динозавров? – Дим-Димыч протяжно вздохнул и почесал сбитую коленку. Покосился в небо – там наматывала круги какая-то птица.
«Для своих пяти он еще неплохо держится», – подумал Веревкин.
– Скоро. Ты посиди пока с дядей Мишей, я куплю тебе воды и что-нибудь перекусить, лады?
Камеру они уже установили, сделали одно включение, теперь ждали. Трибуны были полны – зрители громко переговаривались, ели-пили, фотографировались, повернувшись спиной к исполинским П-образным вратам. Вокруг Врат – времено́го портала – суетился персонал. Что-то там у них не заладилось.
Справа, защищенный пуленепробиваемым стеклом и двойным кольцом охраны, сверкал на солнце диспетчерский пункт.
Точно такие же площадки были оборудованы еще в полутора десятках точек по всей Земле. По сути, как объяснил Веревкину местное светило, это единая система, – и в час Ч все врата синхронно включатся…
Если бы Надя не уехала к теще, Веревкин оставил бы сына с ней. Им с оператором и без Дим-Димыча хватало хлопот: от коллег здесь было не протолкнуться, охрана умаялась сдерживать самых нетерпеливых. И сигнал шел плохо, с помехами.
Веревкин купил наконец лимонад и бутерброды, когда динамик прозвенел:
– Господа, внимание! Начинаем!
Мишка с Дим-Димычем уже были возле камеры.
– От меня ни шагу! Вот сбоку стой, в кадр не лезь! – он понимал, что непоследователен, но… Включил рабочую улыбочку и:
