18. Все готово
Лора сидела на террасе, удобно устроившись с ногами в плетеном кресле, взяв бумагу и ручку. Завтра нужно сдавать вариант песни для мультфильма, мелодия у нее уже была, а вот со словами пока дела шли не очень.
Радостные жизнеутверждающие тексты обычно давались ей с трудом в отличие от пронзительной лирики. Что всегда очень забавляло Макса, так как в реальной жизни Лора совсем не была склонна к рефлексии.
— Когда ты исполняешь свои п. дострадальческие сочинения, мне всегда хочется притвориться мертвым или хотя бы стечь под кресло, потому что все вокруг начинают на меня косится, думая, что я тебя бью, — выдал как-то Родэн после одного из концертов.
— Скажи спасибо, Максик, — прошипела слегка задетая Лин, — что мои п. дострадания, как ты мило выразился, выливаются в уши благодарных слушателей, а не на твою кучерявую голову.
— Спасибо, — засмеялся он, — О такой угрозе для себя я как-то не подумал.
Лора подняла голову от своих записей и сквозь стеклянные двери посмотрела на Макса, работающего за столом в комнате. Где бы они не были, их привычки и образ жизни мало менялись, мелькнуло в голове. Сколько раз они так сидели в Элии, Лора на улице в каком-нибудь удобном кресле, так как ей больше нравилось писать, уютно устроившись на свежем воздухе, подогнув под себя колени. Родэн же ценил упорядоченный комфорт, ему было жизненно необходимо все разложить перед собой ровными стопочками, организовав некую систему, поэтому без нормального удобного стола начинал беситься.
Вот и сейчас они разошлись по разным углам, лишь изредка переглядываясь через стекло. Вроде бы каждый занят своими делами, но вместе. Лора очень любила такие моменты. Любила, когда он просто был рядом, и что Макс никогда не лез в ее личное пространство, если ей нужно было побыть наедине с собой. Как впрочем и она к нему.
Прошла уже неделя с того знаменательного дня, когда Окай принес шокирующую новость, что Дита его пара. Как оказалось, на данный момент Лоре с Максом это было даже на руку. Окай целыми днями развлекал княжну, отвлекая ее от Макса, возвращаясь домой только ночевать. Оборотень словно дань каждое утро требовал с принца пакетики с кровью для своей дамы. Видимо, презентовал вместо цветочков и конфет. Лора согласилась с Родэном, пока все не закончится, не покидать деревню.
Сам же Макс сказал князю Окропину, что, так как час икс приближается, то он пока тоже переезжает в поселение оборотней, чтобы не упускать беременную рабыню из виду и, к огромной радости Лин, в тот же день явился на порог с чемоданом. Окай занял соседний номер. Чувство тревоги у Лоры нарастало с каждым днем, но она старалась гнать от себя непрошенные мысли, доверяя Родэну. Помимо самого момента перехода с кучей вампиров и оборотней, ее беспокоила связь Окая и Диты. Но Макс сказал, что волноваться не о чем, так как это как раз оборотень должен склонить вампиршу на свою сторону и заставить ее предать семейный клан, а не наоборот. Ведь только он может обратить ее, и это единственная надежда на какое-то будущее для них. Она же его способна только убить. А Окай умирать пока явно не собирался.
Как относилась к оборотню сама Дита было непонятно, но Макса это не сильно волновало. Для его плана это не имело особого значения. Главное, что она соглашалась с ним видеться, а значит заманить ее можно и с помощью Окая, и не обязательно все делать самому.
Сейчас Родэн был занят тем, что составлял соглашение между оборотнями и вампирами, закрепляющее за последними право пройти нетронутыми к источнику в назначенный день. Вчера пришел последний подписанный договор между Максом и другими вампирскими кланами. Сегодня вечером они вместе с Окаем едут к князю Окропину забрать все магические договоры, получить подпись от него самого и передать соглашение от оборотней. Там будет и Дита.
Родэн с интересом ждал этого момента, хотелось уже понаблюдать за своеобразной парочкой со стороны. Любопытно, а остальные вампиры догадаются? Дита скорее всего сделает вид, что Окая в первый раз видит, чтобы не вызвать гнев отца, но вот оборотень не был силен в сдерживании эмоций, как бы не попытался завалить свою хладнокровную возлюбленную прямо посреди шикарной чопорной гостиной.
Ну, вроде бы все нюансы учел. Макс в десятый раз перечитал соглашение. Поднял голову и увидел, как к нему подходит Лора, мягко улыбаясь и садясь на колени.
— Закончил? — спросила она, проводя мимолетным жестом по черным кудрям, обвивая шею руками. Родэн кивнул.
— Да, прочтешь? У меня уже глаз замылился.
— Макс, ты же знаешь, все эти юридические моменты совсем не мое, но давай конечно. Только мой текст тоже почитай. Мне припев не нравится. Шероховатость какая-то.
Они обменялись листами. Лора честно пыталась что-то понять, но это была для нее китайская грамота. А вот Макс взял карандаш, и стал что-то править.
— Вот, мне кажется так лучше, — он протянул Лин листок с парой зачеркнутых слов, сверху дописав свой вариант.
Она пробежалась глазами.
— Родэн, это не честно, — засмеялась она, — Почему ты владеешь моим родным языком лучше, чем я.
— Потому что я очень умный, моя сладкая заноза, — протянул Макс, довольный, что его поправки одобрили.
— Дааа, и скромный, — подсказала Лин.
— Не стоит приписывать мне несуществующие достоинства, дорогая. У меня более чем достаточно реальных, — Он хитро улыбнулся.
Лора фыркнула.
— Как же кто-то себя обожает…Иногда мне кажется, что ты закрываешься в ванной со своей собственной любимой фотографией…
— Что, тебе тоже одолжить? — рассмеялся Макс, ничуть не обидевшись.
— Ну что, птенчики? Все обнимаетесь? И как еще не натерли себе ничего, — пророкотал с порога залетевший Окай, — Родэн, готовы твои бумажки? Пошли подписывать к вождю и пора уже ехать. Не хочу опаздывать на знакомство с будущим тестем.
— Ты что, нервничаешь что ли? — Макс хитро покосился на непривычно тихого Окая, гипнотизирующего вид из окна автомобиля.
