- Денчик быстро тебя разочаровал, - хмыкает Зверев, - молодец, уложился в месяц.
Я тоже хмыкаю, но о том, кто кого разочаровал на самом деле, молчу. Не думать о нем не получается. Даже сейчас, когда мой дом наполнен энергетикой Егора, а сам он не сводит с меня взгляда, я думаю только о том, где и с кем встретил Новый год Денис.
Он редко бывает одинок. На моей памяти у него сменилось огромное количество девушек. Он постоянно кого-то с собой таскает, вокруг него постоянно крутятся девицы.
Судорожно вздохнув, допиваю вино.
- Подожди, - вдруг говорит парень.
Исчезает в прихожей и вскоре появляется с бархатной коробочкой в руках.
- Что?!
- Закатай губу, это не кольцо, - смеется он.
Открыв футляр, достает золотую брошь и виде свернувшегося в клубочек соболя.
- Я не возьму!
- Увидел и сразу тебя вспомнил, - не обращая внимания на мое ворчание, цепляет ее к блузке.
- Это дорого.
- Всего пять тыщ, - отмахивается он.
Егор остается еще на два часа. Говорим о работе, о том, как стартанула его идея с детейлинг-студией. Обсуждаем общих знакомых и гонки, в которых он взял все призовые места.
- Здесь тоже есть своя тусовка.
- Я знаю. Гонял на прошлой неделе.
- Зимний дрифт? На чем?
- На своем Скайлайне.
- Ты его сюда перевез?
- Ага. На автовозе.
- Круто!
- Если хочешь, на следующих выходных можешь со мной поехать, - предлагает Зверь.
- Посмотрим, - отвечаю неопределенно.
Поехать, конечно, хочется. Страшно представить, куда заведут нас с Егором совместные выходные.
Я не хочу с ним отношений.
К Караваевым я, конечно, не иду. Провожаю незваного гостя и звоню им, чтобы извиниться.
Позже, уже лежа в кровати, разбираю кучу сообщений с поздравлениями в телефоне.
От абонента «Бывший» тоже одно есть.
«С Новым Годом»
«И тебя» - печатаю в ответ и, тихонько всхлипнув, начинаю плакать.
Глава 30.
После Нового года время побежало быстрее. Наверное, после боя курантов и той сухой смс я перестала надеяться на чудо и окончательно отпустила Дена.
Потому что, как оказалось, несмотря ни на что, я ждала его. Лелеяла надежду, что придет и скажет, что не может без меня.
Не пришел и не сказал.
Зверь так же появляется в моей жизни эпизодически. Но каждый раз прямо говорит, что жаждет сделать меня своей.
Я отшучиваюсь. Отношений больше ни с кем не хочу.
К весне Матвей и Ден окончательно разделили фирму. Теперь юридически это две независимые компании.
Я плакала. Решила, что из-за меня парни бизнес делят, но Матвей смог убедить меня в обратном. Они давно к этому шли. Я здесь ни при чем, и этот раздел никак не влияет на их дружбу.
**************
- Моть, ты дома? – спрашиваю в трубку.
- Дома. Придешь?
- Сейчас буду.
Складываю в бумажный пакет немного остывшие слойки с вишней и бегу к брату. Я их почти не ем, а он любит. Захожу в его подъезд, угощаю консьержа и поднимаюсь на лифте в квартиру брата.
- Опять стряпню тащишь? – глядя на пакет в моей руке говорит он.
- Мне кажется, ты похудел…
- На себя посмотри, - подначивает меня.
Пропустив замечание мимо ушей, выкладываю слойки на плоскую тарелку и включаю чайник.
Так и живем. Готовлю у себя, а затем с кастрюльками к Моте бегу. Сама разбаловала, а теперь переживаю, как бы не пропал без меня.
В прихожей раздается трель дверного звонка, и мы синхронно поворачиваем головы на его звук.
- Кого-то ждешь? Я помешала?
- Никого, - идет в прихожую, чтобы посмотреть, кто пришел.
Я же достаю чашки, начинаю разливать чай и чувствую укол в сердце, когда слышу знакомый голос.
Это Ден.
Сердце разгоняется, а ноги наливаются свинцом.
Мы ни разу не встречались с ним последние три месяца, что очень странно, учитывая, что живем по соседству. Я даже думала, что он продал квартиру и переехал в другой район, но Матвей обмолвился, что недавно засиделся у Дена до утра.
На пороге кухни появляется брат. С виду спокойный, но смотрит на меня цепко.
- Ден пришел.
Дергаю бровями, словно приятно удивлена.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Привет, - посылаю темной фигуре, что застыла за спиной Моти.
Слышу такое же «привет» в ответ и ставлю чашки с чаем на стол.
- Я не вовремя, - говорит тихо Денис, - позже зайду.
- Брось, Эля стряпню свою принесла, - проговаривает брат, а сам внимательно на меня смотрит, - выпей с нами чаю.
Я улыбаюсь. На Тюменцева не смотрю. Не могу себя заставить, словно боюсь обжечься.
- Я позже зайду, - повторяет он упрямо.
Чувствую, как по лицу расползается жар. Что это? Неужели видит мою нездоровую реакцию?
- Оставайся, - вступаю я неестественно высоким голосом, - мне пора бежать.
- Эля…
- Дела… - шепчу брату, касаясь его плеча.
Матвей хмурится, но остановить меня, Слава Богу, не пытается. Я, задержав дыхание и опустив взгляд в пол, прошмыгиваю мимо Дена в прихожую и хватаюсь за звонящий телефон, лежащий здесь же на комоде, как за спасательный круг.
Даже не глядя на имя звонившего, принимаю вызов.
- Я заеду? – спрашивает Егор в трубке.
Боже, никогда раньше я так не радовалась его звонку.
- Да, конечно!
- Эля, - зовет брат, - оставайся…
- Не могу, - в подтверждение поднимаю руку с телефоном, - Егор едет.
Вижу периферийным зрением, как поворачивается в мою сторону голова Дена.
Черт.
Не попрощавшись, пулей вылетаю из квартиры. Если сейчас Тюменцев спросит, что за Егор, Матвей юлить не станет.
А если не спросит?
Плевать. Спросит или не спросит – плевать. На прошлой неделе Юля видела его в баре с какой-то брюнеткой. Эта новость стоила мне ночи слез.
Он монахом не живет, и я не стану.
Останавливаюсь между лестничными пролетами и даю себе возможность прийти в себя. Восстанавливаю дыхание и выхожу на улицу.
Зверь догоняет меня возле подъезда. Опять с какой-то вкусняшкой. Он никогда не приходит с пустыми руками.
- У Мота была?
- Ага.
Заходим в подъезд и идем к лифту.
- У меня день рождения на следующей неделе, - говорю через плечо.
- Я помню.
- Приходи, я в кафе отмечать буду.
- Пришел бы и без приглашения.
Заходим в лифт, я забираю из его рук коробочку с пирожными. Фисташковые чизкейки, их делают только в одной кондитерской.
- Спасибо, - благодарю за угощение.
- Всегда пожалуйста, - бурчит под нос.
Заходим в квартиру, пока он разувается и моет руки, я завариваю зеленый чай. Пришлось купить специально для него, потому что он пьет только такой.
- Где пропадал неделю? – интересуюсь, сама не зная зачем.
Впервые стало интересно, почему не звонит и не пишет, а затем объявляется, как ни в чем ни бывало.
- Дела были.
Исчерпывающий ответ. Ладно, больше не спрошу. Достаю две чашки, в одну наливаю зеленый чай, в другую – кофе.
- Скучала? – раздается совсем рядом, следом на стол с двух сторон от меня опускаются его руки. Обе в татуировках, на левой – массивные спортивные часы.
- Нет. С чего? Ты мне никто.
- Верно. Вот если бы ты была моей девушкой, другое дело.
- Сядь на стул, иначе ошпарю, - проговариваю строго и, взяв в руки чашки, начинаю разворачиваться.
Зверь послушно отходит и опускается на стул. Я ставлю перед ним чай и достаю из холодильника сыр и ветчину, чтобы сделать ему бутерброд.
Не ест он сладкое. Да и делится вкусняшкой жалко.
- Нафиг мне такие отношения не сдались, Егорушка, - проговариваю, кромсая хлеб.
- Какие?
- Спасибо, сыта по горло, - продолжаю рассуждать.
- Ты меня сейчас с Деном сравниваешь, что ли?
- Все вы одинаковые, - встреча с Тюменцевым выбила меня из колеи, но сорваться хочется почему-то на Егоре.
Ответа нет. Спину и поясницу жгет как паяльной лампой.
Делаю два бутера и, положив их на тарелку, сажусь напротив Зверя. Он смотрит на меня исподлобья.
