По мере прочтения, его брови жили собственной жизнью, то поднимаясь от удивления, то хмурясь. Не знаю, отблеск ли пламени так отразился в его глазах, но они заблестели.
Рамон закончив, перечитал письмо заново. Мы ему не мешали, а я успел его поближе рассмотреть.
Забранные в хвост седые волосы длиной примерно до лопаток, широкие плечи. Одежда очень похожа на ту, которая сейчас была на мне. Движения скупые, экономные. Взгляд открытый, живой.
Я знал от Лиэль, что её отец был наставником тех, кто стремился стать Охотником. «Новик», как их пренебрежительно называла девушка, будто сама забыла, как такой была.
В целом, Рамон мне понравился. Вроде хороший дядька, как показалось. Мне почему-то думалось, что это будет огромный мускулистый воин со шрамами во всё немаленькое боевое крещение, но вопреки моим чаяниям, увидел обычного крепкого мужика в годах. Рамона выдавала только фигура, похожая на фигуру человека, активно занимавшегося плавательным видом спорта. Широкий в плечах, с крепкими ногами, жилистый, он производил впечатление человека подвижного, несмотря на преклонный возраст, немилосердно подчёркнутый цветом волос и морщинами.
— Поляна просила передать что-то на словах? — он бережно сложил письмо.
Я кивнул.
— «Круг всегда нужно рвать!».
— Вот, значит, как…, — Рамон тяжело вздохнул и как-то разом постарел. — Ну рассказывай! Как они?
И я начал рассказывать с того момента, как мы выдвинулись из Мирта. С того момента, как отец отправил дочь в опаснейшее путешествие.
Ставр, до этого слышавший только сильно урезанную версию, даже и не думал уходить, наоборот — удобно расположился в низком кресле и тоже с интересом слушал мой рассказ. Помог Агне, называется.
Рамон старался сохранять спокойствие, когда я рассказывал о встрече с Серой Стаей, о ночёвке в Урочище, о встрече с огромным Полозом Богини, от которого мы насилу спаслись. Вот только трудно не выдать своего волнения, когда руки добела сжимают подлокотники кресла, да так, что крепкое дерево даже затрещало, когда рассказ дошел до ловушки, в которую мы угодили окружённые скелетами.
Ставр слушал с выпученными глазами, в самые волнующие моменты крепко матерясь, от избытка чувств, но тихо, чтобы не мешать рассказчику.
Когда я рассказал, как нам удалось одолеть Астора и вытащить Саргина и Лиэль, Рамон уже не скрывая нервозности, попросил прекратить повествование и вышел из комнаты.
Через время он вернулся с подносом, на котором стояла немаленькая бутылка, литра на два, три чашки и большая тарелка с кусками копченого мяса, с пластами сыра и небрежно порезанной четвертушкой каравая.
— Вот это дело, — оживился Ставр и потёр руки. — То, что требуется продрогшим путникам.
— Ты больше часа уже перед камином торчишь, — усмехнулся Рамон бросив хитрый взгляд на трактирщика, который ничуть не смутившись, уже тянул руки к караваю. — Неужто не согрелся?
— Ну я же вам такие вопросы не задаю, когда вы «греетесь» у меня? Молча беру и наливаю, — Ставр уже успел соорудить бутерброд и сейчас разливал по чашкам прозрачную жидкость.
— Это что? — я принюхался. — Надеюсь не «васш»?
Рамон удивился:
— Ты и «васш» умудрился попробовать? Какой бойкий юноша, — покачал он головой.
— Что-то не так? — заволновался я. — Что в этом такого?
— В принципе, ничего, если не считать, что это напиток, который пьют влюблённые перед тем, как… — он прокашлялся. — В общем, попробовал и ладно.
— Да нет, — я возмутился, поняв, о чём он. — Ничего такого. Просто там ситуация…
— Всё всё, Белый! Мы этих подробностей знать не желаем! — замахал руками Ставр. — На вот, держи! — он протянул мне чашку. — Нормальная гномья водка, без всяких там…травок, — он выдохнул и опрокинул чашку в себя.
Я отсалютовал своей посудиной Рамону и последовал примеру трактирщика.
Действительно, обычная водка, только с каким-то привкусом, похожим на жжёное дерево. Ничего, пить вполне можно. Я не успел закусить, как мне снова в руки сунули чашку.
— Да погоди ты! — я поставил её на стол.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Рамон выпил, и совсем как обычный мужик из «реала» просто занюхал рукавом, проигнорировав закуску.
— Теперь можешь дальше рассказывать.
Вот так, периодически опрокидывая «за воротник» я рассказал всё, вплоть до момента, как оказался здесь. По моим ощущениям мы просидели около четырёх часов.
— Чем я могу тебе помочь, помимо того, что написала мне Лиэль?
Пожав плечами, я ответил:
— Понятия не имею, что он написала. Во-первых, мне нужны деньги, во-вторых — посмотреть подходящую экипировку на свой уровень, в-третьих…, — я замялся. — Вроде всё. С остальным я сам справлюсь.
— Скромно, — мужчина хмыкнул. — Поступим так: возвращайтесь в трактир, утром я туда принесу, всё, что тебе требуется. Дождёшься меня, а потом пойдёшь к гному. Есть у меня пару мыслей, как упростить вам задачу хоть ненамного. Как раз передашь им кое-что.
— Договорились!
Мы вышли во двор, где наконец-то прекратился этот премерзкий дождь. Солнце ещё не думало вставать, но на улице неуловимо пахло утренним воздухом. Когда ты не знаешь, который час, но чувствуешь, что рассвет уже скоро. Хорошо мы засиделись.
Несмотря на приличное количество выпитого, голова была ясной. Наверное, сказались нервы в последние дни. От следующей мысли я непроизвольно хохотнул. А когда в этой игре были не нервные дни? Что-то не помню я такого.
Дворик был небольшим и неприметная калитка, за которой виднелись очертания каких-то непонятных конструкций, привлекли моё внимание.
— А там что?
— Полоса там, — односложный ответ Рамона только раззадорил моё любопытство.
— Какая полоса?
— Большая и Малая.
— Ну я серьёзно, — я понял, что надо мной нехитро прикалываются.
— Полоса препятствий для тренировки «новиков», — Рамон подошёл к калитке и завозился с засовом. — Было бы у нас времени куча, я бы тебя на ней столько гонял, сколько потребовалось, для того, чтобы ты хоть отдалённо стал похож на охотника. Конечно не Мастера, но уровень обычного охотника тебе взять не помешало бы, прежде чем вообще нос казать за ворота.
— Да вы сговорились с Поляной! — похоже меня сейчас будут снова поучать.
— Ты вот что, парень, — Рамон посмотрел на меня совершенно трезвыми глазами. — Кого-кого, а Поланею не слушать — большой глупостью нужно обладать, не в обиду тебе сказано будет. Она своими советами нас из таких передряг вытаскивала, что только благодаря ей мы сейчас с тобой общаемся. У неё опыта поболее будет, чем у нас вместе взятых. Так что прислушайся. Не пожалеешь.
— Рамон, кто она такая?
— Придёт время — сама скажет, раз пока не знаешь. Хотелось, конечно, чтобы оно никогда не наступало, но видать не получится. Лиэль ещё усугубила, — Рамон распахнул калитку. — Смотри, раз спросил, что такое Полоса.
Подобное я видел только в фильмах про спецназ, наблюдая на экране, как маленькие фигурки в форме проходили аналог полосы препятствий, ползая, прыгая и балансируя.
Но то, что сейчас предстало передо мной, не походило ни на один ранее виденный тренировочный полигон. Это была не Полоса, а целый мини-город, ощетинившийся таким количеством разнообразных непонятных сооружений, что о их предназначении можно было только догадываться интуитивно.
Интересно, насколько можно поднять характеристики, просто научившись преодолевать Малый круг (разницу между Большим и Малым мне Рамон уже объяснил) в заданный промежуток времени?
— А Лиэль тоже здесь тренировалась?
Он улыбнулся.
— У Лиэль практически лучшие показатели по всем кругам. Она Полосу знает, как свои пять пальцев. Так, как не знаю даже я, хоть я и изобрёл её.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Теперь понятно, откуда у неё такие навыки вкупе с дьявольской ловкостью.
Хочу.
Хочу уметь так же, а не то, что вы подумали. Главное выделить время на все это.
Я поразмыслил и решился:
— Рамон, возьмёшь меня «новиком»?
Он смерил меня долгим взглядом, а потом просто ответил:
