завтра ничего с тем Царским Селом не случится. С тем и домой вернулся,… чтобы сразу же оттуда на местный рынок рвануть. Тая, оказывается, искренне надеялась, что ей ее мед принесут. Пришлось соответствовать. Нехорошо это обманывать детские ожидания, неправильно.
Из купленного горшочка с медом выдал зверенышу лишь одну ложку. Правда, большую, столовую, ложку, с верхом. А потом горшочек с оставшимся содержимым на шкаф убрал.
— Хватит тебе! От сладкого, говорят, зубы портятся.
— Р-р! «Сейчас всех покусаю, узнаете про мои зубы!» — Ярилась лисичка, но добавки в тот вечер так и не получила.
Возможно, Тая так и дальше выказывала свое дурное настроение, но Иван при том уже не присутствовал. Наступило время ему отправляться на свидание.
Настя, так звали девушку, снимала на пару со своей подругой, тоже продавщицей этого же магазина, комнату в квартире неподалеку от места, где она работала. Высокая, мрачная пятиэтажка, внутренний двор, который местные жители очень метко обзывали колодцем, и вид из окна на Неву. Девушка, увидев, Ивана в дверях своего жилища очень обрадовалась:
— Я очень боялась, что вы, Иван, не придете!
— Ну, что вы, Настенька, как я мог, не прийти к такой красавице.
— Скажете тоже! — Засмущалась девица и с преувеличенным вниманием принялась открывать коробку с пирожными, что принес с собой Иван.
Пирожные попробовали. Очень вкусные оказались. В процессе чаепития, которое проходило вместе с подругой, тоже очень недурной на внешность особой, уговорился называть девушек на «ты». Точно так же просил и к себе обращаться, но видно было, что Настя робела, постоянно на «вы» сбивалась. Выпив чай, действительно, как и намеревались, вышли с ней на прогулку. Как раз стемнело, и по небу вспыхнули первые всполохи Северного Сияния. Пока дама пребывала в романтическом настроении, попытался ее поцеловать. Мадмуазель оказалась не против. Небесная иллюминация, приправленная поцелуями, оказалась еще прекраснее, чем просто светящиеся цветные небесные разводы.
— Ой! Поздно уже! — Вдруг спохватилась девица. — Вы, Иван, далеко от меня живете?
— Для меня это не имеет особого значения. — Иван даже усы подкрутил, чтобы придать сказанному больше солидности. — Я порталом мигом доберусь.
— Никогда никуда не ходила порталом! — Оживилась любопытная дама.
— Так в чем же дело? Пошли. Заодно и как я устроился, взглянешь.
— Неудобно как-то. — Засомневалась Настя.
— Ничего в том криминального. Пошли. — И Ваня подал руку.
Тут уж девушке было неудобно отказываться. Вроде как, не доверяет кавалеру.
В доме Настеньке на глаза первым делом попалась лисица. Взглянула она на ее хитрющую мордочку и пропала. Так и тискала звереныша час напролет. Лиска сначала бурчала Ивану ментально, что не желает всяким разным приходящим в дом в руки даваться, но, задобренная очередной ложкой меда, сдалась на милость победительницы.
Под это дело и Лудильщиков времени зря не терял, всю фигурку прелестницы изучил и ощупал. На улице то сквозь толстые зимние одежки разве поймешь, что там под ними скрывается. Оказалось и на ощупь Настя ничуть не хуже, чем на вид. В конце разошелся, уже одежки потихоньку с нее снимать начал. Неизвестно, сколько бы еще эта возня продолжалась, пока Настя не спросила:
— Вы ведь, Ваня, не будете со мной грубым? — И на Ванины заверения, что ни в коей мере, сама принялась раздеваться. А Иван быстренько Таю к Родиону в комнату отнес. Нечего ей на такое смотреть, маленькая еще.
Очень это дело с Настей Ивану понравилось. С войной и сибирской эпопеей он почти и забыл, каково это, с женщиной быть. Просто неземное блаженство! Заодно постарался и своей женщине удовольствие доставить. Заклинание, женского экстаза, приобретенное когда-то у Аркаши, справилось с задачей на отлично.
А Настя после того, как все немного успокоилось, бесхитростно попросила Лудильщикова:
— Иван, а возьмите меня в содержанки!
— То есть как, в содержанки? — Опешил кавалер.
— Я ведь много и не прошу, — прояснила свою мысль дама. — Мне даже сорока рублей в месяц достаточно будет.
— Копишь на что-то?
— Мой жених хочет свою пекарню тут, в городе, открыть, а денег ему не хватает.
— Так у тебя и жених есть? — Поразился ошарашенный бывший офицер. — А если он узнает о том, каким способом ты собралась деньги зарабатывать?
— А что в этом такого? Я ведь для семьи буду стараться. — Не поняла суть претензий дева.
Иван подумал, что в чужой монастырь со своим уставом не лезут и… согласился. Если ей это вполне нормально, то кто он такой, чтобы от таких замечательных любовных вечеров отказываться.
Утром, после вкусного завтрака, приготовленного Евдокией, которая оказалась мастерицей по части приготовления разных пирогов, порталами отправил сначала свою новоявленную содержанку до места ее работы, а потом и сам — на вокзал. Родиона в этот раз решил с собой не брать: училище, город, по улицам которого когда-то с девушками гулял, воспоминания о прожитом. Не хотелось, чтобы ему кто-то в этой сладкой меланхолии мешал. От вокзала тоже порталами двинул в направлении Царского Села. Рельсы зримым ориентиром служили, так что все очень легко и просто вышло.
До Царского Села в несколько переходов доскакал. Это раньше, когда он на поезде, который под каждой сосной останавливался, добирался, это долго ему казалось. На деле же лишь немногим дольше, чем от центра до той же клиники Гинцбурга.
Хозяин Магической Лавки, когда Иван туда вошел, с порога ошарашил молодого мага:
— Иван! Здравствуйте! Вы необычайно вовремя! Варенька только вчера о вас вспоминала.
— Хм! Какое совпадение! И у меня к ней дело. — Ответил Иван. — Где я могу ее увидеть?
— Так она у меня гостит. Сейчас позову. — И дядя Франц чуть не бегом отправился за своей племянницей. Удобно это у него устроено: сам на втором этаже живет, а спустился на этаж ниже — и уже на рабочем месте. Далеко ходить не надо.
— Обещала спуститься через несколько минут. — Доложил вернувшийся торговец. — Рассказывайте, как сами живете. Я смотрю, вы в цивильном. Неужели в отставку вышли?
— Да, сподобился. Оказалось не по мне все эти команды бегом выполнять. Вспомнил, что я еще и целитель, вот и решил попробовать.
— Ну, и правильно! Исцелять людей всегда лучше, чем их убивать.
Так, слово за слово, и рассказал незаметно Лудильщиков старому своему знакомому практически всю эпопею, включая награждение орденом святого Георгия и работу полицейским. Только про то, что получил титул китайского графа, не упомянул. Решил, что такие подробности могут нарушить атмосферу дружелюбного доверия, что между ними установилась.
Вопреки всеобщему мнению, что женщины очень долго собираются, Варвара спустилась в дядину лавку необычайно быстро. И пятнадцати минут не прошло.
— Ваня!
