Казуки должен показать что-то серьезное, но для этого не так-то просто подготовить сцену и вполне можно перегнуть палку. Что нежелательно, так как его раскрытие планируется последним этапом. После свадьбы Норико, после объявления о наложнице. С другой стороны… Вывоз артефактов идет даже быстрее, чем мы планировали, и слухов об этом пока нет. Возможно, я просто перемудрил и все пройдет тихо и незаметно. С другой стороны, запланированные вещи в любом случае надо сделать – не сейчас, так потом. Например, долго скрывать силы Казуки не получится, и лучше раскрыть его, когда нам это будет выгодно. Наложница, по словам Атарашики, мне так или иначе потребуется, так что, опять же, почему бы и не сейчас об этом заявить? Хотя зачем тогда вообще заявлять?
Еще одна забавная ситуация произошла буквально на следующий день после заявления Цуцуи о турнире. Я тогда после школы решил заскочить к Кояма, благо точно знал, что дома не только Кагами, но и Акено. Как чуть позже выяснилось, Шина тоже уже вернулась из университета. Вот, значит, сижу я такой на кухне, слушаю рассказ Кагами о том, как Мизуки очередной раз чудила, наблюдаю, как Шина сюсюкается с Шо, и тут к нам заходит служанка и с поклоном протягивает Кагами письмо.
– От кого? – спросила она, глянув на женщину.
При этом не переставая помешивать готовящийся суп.
– Каруи-сан сказал, что из секретариата рода Чакри, – ответила Чуни.
О как. Любопытненько.
Кагами четыре секунды стояла и тупо смотрела на письмо, после чего, отложив половник и вытерев руки о передник, взяла его в руки.
– Свободна, – бросила она служанке.
Шина в этот момент тоже отвлеклась от брата и с интересом наблюдала за матерью.
– Не томи, мам, вскрывай, – проговорила она нетерпеливо.
Медленно, словно дразня дочь, Кагами раскрыла конверт и принялась читать письмо. Читала долго, явно не один раз перечитывала. При этом с таким недоуменным выражением лица, что я сам чуть не поторопил ее. Но вот она подняла голову, перевела взгляд с Шины на меня и со все той же недоуменной улыбкой на губах произнесла:
– Представляете, меня вызывают на дуэль. – Бросила еще один взгляд на бумагу в руке и добавила: – По всем правилам.
– Какая еще к демонам дуэль? – взлетели брови Шины.
– Кулинарная, – уточнила Кагами.
Помолчали.
– Кулинарная дуэль? Серьезно? – нарушила тишину Шина.
– Кто сказал «кулинарная дуэль»? – спросил Акено, заходя на кухню. – Кого с кем? Шина, ты что…
– Я тут вообще не при делах, – тут же открестилась Шина.
Тут взгляд Акено упал на бумагу в руке жены. А потом он, видимо, и ее выражение лица осознал, отчего даже серьезнее стал.
– Не пугайте меня, женщины, что здесь произошло? – спросил он.
В ответ Кагами протянула мужу письмо. Хмуриться он начал почти сразу, как принялся читать.
– Синдзи, – посмотрел он на меня. – Твои проделки?
– А че сразу я-то? – возмутился я.
– Да только ты у нас в Сукотай катался недавно, – ответил он. – Син, это серьезно. Не сама дуэль, понятно, а… – помахал он рукой, которой держал письмо. – У меня мозг плавится, пытаясь найти двойное дно. Так я даже не знаю, можно ли это, – еще один взмах бумажкой, – игнорировать. А если нельзя, то я даже не представляю, как отказать. И ладно бы, будь отправитель письма не Чакри, но… это чертов Чакри!
– Давай без подобных выражений, милый, – тут же отреагировала Кагами. – И я, кстати, не намерена отказываться от дуэли. Какой-то мужлан думает, что готовит лучше меня? Ха! Это он явно зря!
– Милая, ты же должна понимать… – начал Акено.
– Для этого у меня есть ты, – не дала ему договорить Кагами. – Работай. Син, ты что-нибудь знаешь об этом? – кивнула она на письмо в руках мужа.
– Ну… – отвел я взгляд.
– Точно знаешь, – кивнула Шина.
– Я просто сказал, что Кагами-сан готовит… не хуже. А он возьми да напрягись, – ответил я неуверенно. – Кто ж знал, что Чакри отреагирует подобным образом?
– Думаешь, дело только в этом? – спросил Акено.
– Это только мои ощущения, но да, думаю, только в этом, – ответил я.
– Мама его порвет, – кивнула Шина.
– Это слишком грубо, милая, – произнесла Кагами. – Я втопчу его в грязь.
* * *
Турнир, о котором говорил Цуцуи, проходил не в Токио. Чтобы поучаствовать в нем, нам пришлось ехать на Окинаву, в одноименный город. Городок небольшой и известен лишь тем, что считается вотчиной рода О. В городе вообще больше аристократических родов нет. Появился он лет сорок пять назад, до этого тут пара городков или даже поселков стояла, и именно с тех времен тут обосновались О. Забавный факт, но до того, как О сделали Окинаву своей резиденцией, у них, по сути, и не было вотчины. Точнее, была, но до Мэйдзи. Однако после того, как Аматэру отдали все свои неподтвержденные родовые земли, что стало началом отбора подобных территорий и у других родов, О потеряли практически все, что имели. Сорок восемь столетий, а из родовых земель – пара клочков у черта на куличках. Все это, правда, не мешает быть этому роду сильным и богатым. Он крупнейший японский игрок в сфере гражданской авиатехники. Я, собственно, у них свои самолеты и покупал.
Вот в этом городе и должен был проходить турнир. А если точнее, то за городом, в поместье рода О.
– Вы вроде говорили, что мероприятие местечковое, – произнес я, оглядываясь.
Находились мы на окраине поместья О, перед большим зданием додзё, рядом с которым располагался большой пруд с островом посередине. Причем не простым островом, а явно небольшим полигончиком, на котором можно отрабатывать не слишком масштабные техники. Но самое занимательное в том, что народа вокруг было много. Больше, чем в это самое додзё поместится.
– В прошлом году участников было гораздо меньше, – ответил Цуцуи. – Человек тридцать.
А сейчас по самым скромным прикидкам тут около ста пятидесяти.
– Быстро этот турнир не закончится, – покачал я головой.
– Тебе-то что? – хмыкнул Цуцуи. – Ты хотя бы во второй тур выйди.
– Спасибо за то, что верите в меня, учитель, – хмыкнул я в ответ.
– Всегда пожалуйста, – ответил он, наблюдая за людьми вокруг.
Компашка тут, кстати, собралась что надо, местечковым я этот турнир точно назвать не могу. Узнал я немногих, но народ в основном был одет в традиционные одежды, на которых были вышиты моны их родов, так что оценить уровень мероприятия я мог. Да, в большинстве здесь были участники не из самых важных семейств, но все же. Хаттори, Исида, Кудзё, Кавати, Ямаути. Кира – вассалы императорского рода. Тиба и Ашра из родов старше двух тысяч лет, но младше трех. Присутствовали здесь и мастодонты типа рода О, Сюнтэн и родни моего учителя. Цуцуи, правда, мастодонты только в плане
