Читаем без скачивания Добро Наказуемо - Анатолий Отян

– Не плачьте, она просто спит. Недавно приносили еду, так она даже покушала.

– Спасибо Вам. Просто я размякла.

– Ваша мама говорила, что вы приедете.

Женщина умолчала, что Анна говорила, что знает, что дочь приедет, но боялась, что опоздает, и они не увидятся до её смерти.

Анна не открывая глаз, начала шарить рукой и Марина взяла её руку и услыхала, как мать тихонько сказала:

– Я знала, что ты приедешь, – и открыла глаза.

Марина поцеловала мать, а та попыталась подняться.

– Лежи, мама, лежи.

– Приподыми меня чуть-чуть.

Марина взялась за подушку и сказала:

– Ты можешь взять меня за шею? – и когда мать обхватила её руками, продолжила, – Держись.

– Я и так всю жизнь за тебя держусь, дочка.

Марина сдержалась, чтобы не разрыдаться, приподняла подушку и положила на неё мать.

– Как Светочка?

– Хорошо, передавала тебе привет и поцелуй. Посмотри фото.

Анна взяла фотографию внучки, где она была одета в красивое, праздничное платье, посмотрела, и из её глаз потекли слёзы.

– Мама, ну что ты? Не плачь.

– Не волнуйся, Мара, это я от радости за Свету. От радости ещё никто не умирал.

Зашла сестра и сказала Марине, что больной нельзя много разговаривать. Марина попросила мать помолчать, а сама ей начала рассказывать о дочке, что она недавно рассказала, что она сделала, как она ест и что любит. Анна слушала и улыбалась, потом её глаза закрылись и она уснула.

Марина вышла из палаты, спросила сестру, где можно увидеть лечащего врача и та сказала, что в ординаторской. Марина постучалась и вошла в ординаторскую. На неё смотрели не с очень большим удовольствием четыре пары глаз – двое мужских и двое женских, видимо

Марина прервала их весёлую беседу.

– Извините, пожалуйста, – начала торопливо Марина, боясь, что её сейчас выставят, – мне нужен лечащий врач моей матери, – и Марина назвала фамилию.

Поднялась женщина средних лет и направилась к двери. Марина не сразу поняла, почему она вышла, но когда сообразила, достала из сумки двадцатидолларовую бумажку, протянула её врачу, и не делая паузы сказала:

– Я знаю, какие сейчас трудности в больницах, не могли бы Вы мне сказать, что от меня нужно, чтобы улучшить лечение моей матери.

Может лекарство, может нанять кого-то для ухода, потому что я круглые сутки не смогу дежурить. И я бы хотела, чтобы её перевели в меньшую палату и сменили постель.

– Что касается палаты, то это компетенция зав отделением, белья лучшего нет, принесите своё, еду тоже желательно из дому приносить.

По поводу ухода не нужно никого, потому, что наши сёстры и санитарки ревностно относятся к нанятым извне людям. Договаривайтесь с ними, они умеют и сделают всё в лучшем виде. Нужны некоторые лекарства, но их в нашей больнице нет. Нужно купить. Я вам сейчас выпишу рецепты и занесу чуть позже в палату. Я скажу сейчас заву, он к Вам выйдет.

– Спасибо большое!

Через пару минут из ординаторской вышел мужчина, Марина дала ему деньги, и он пообещал перевести больную в трёхместную палату, предназначенную для начальства. Марина побыла с матерью, вышла из больницы, взяла такси и поехала решать вопросы с бельём и лекарством. Две пары постельного белья и подушку она взяла дома, а за лекарством пришлось поездить по аптекам, так как не во всех было то, что необходимо.

Когда она приехала в больницу, мать уже лежала в трёхместной палате на кровати с колёсами, подобной или такой же, как в немецкой больнице. Марина попросила сестру сменить бельё, что та вместе с нянечкой быстро сделали. В палате, кроме Анны лежала ещё одна молодая женщина, накрашенная и в вся в золоте, как будто бы пришла на бал или в оперный театр. Марина посидела с матерью до темноты, а потом ей сказали, что она может ехать домой, за матерью обеспечат должный уход. Придя домой, Марина проветрила квартиру и свалилась в постель, не имея сил даже что-то поесть. Рано утром встала, побежала на Привоз, купила курицу, овощи и сварила матери бульон, позавтракала и поехала в больницу.

Марина приехала к матери, когда Анна ещё спала. Сестричка объяснила, что соседку по палате перевели на третий этаж, потому что она пожаловалась мужу на дискомфорт от присутствия Анны в одной с ней палате, а муж, новый предприниматель, договорился обо всём с главврачом. Понизив голос и посмотрев на дверь, сестричка сказала что та "красотка" симулянтка. Она чуть что, симулирует мужу сердечный приступ, и он везёт её в больницу. Для главврача это неплохо, да и медперсонал не обижен, но по всей вероятности муж скоро её раскусит, и они потеряют выгодную больную.

– Видели бы Вы, как она закатывает глаза, когда ей меряют давление. А оно у неё как у Терешковой – 70 на 110.

Сестра ушла, и Марина услышала, как мать тяжело дышит. Наконец,

Анна открыла глаза, чуть улыбнулась и сказала, еле приоткрывая рот:

– Ты Мара, не уходи. Я сегодня умру, и хочу чтобы ты была со мной.

Марина еле сдерживалась, чтобы не разрыдаться.

– Мама, покушай, я бульон тебе куриный принесла.

– Всё, доченька, я ухожу.

Анна чуть вздрогнула и затихла. У Марины из горла вырвались рыдания, она старалась сдержаться, но кой-то звериный хрип прорвался наружу. В комнату забежала сестра, взяла кисть руки Анны и покачала головой. Она вышла и зашла с женщиной – лечащим врачом и заведующим отделением.

– Успокойтесь и возьмите себя в руки, – сказала врач, – я Вам дам сейчас капли, выпьете и станет легче.

Марина отрицательно покачала головой, взяла материно полотенце, принесенное из дому, приложила к лицу, посидела пару минут и попросила у сестры ножницы. Та вопросительно посмотрела на Марину.

– Хочу клок волос взять с собой.

Она отрезала у матери клочок волос, завернула в салфетку и сказала сестре и врачу:

– Сейчас соберусь с мыслями. Не соображу, что сначала нужно делать.

– Вам чуть позже дадим справку и поедете в похоронку. Вы будете её забирать домой?

– Да, конечно.

Марина поцеловала мать, она ещё была тёплая, и казалось, что спала, затем поехала домой. Не заходя к себе в квартиру, она пошла на первый этаж к пенсионеру дяде Коле, имеющему свой "Жигуль" и подрабатывающему извозом, и попросила его за плату поработать с ней по организации похорон. Дядя Коля, бывший майор, заломил такую цену, что хватило бы на оплату двух такси, но Марин не раздумывая согласилась, зашла в дом, переоделась во всё тёмное, одела чёрную косынку, взяла материн паспорт и увидела в нём записку, в которой говорилось, во что мать одеть на случай её смерти. Эти вещи лежали отдельно, и Марина опять прослезилась, беря их.

Когда Марина приехала в больницу, мать уже перевезли в морг. Она спросила, когда нужно будет забрать тело, то ей сказали, что патологоанатом должен сначала сделать вскрытие и только потом можно забрать. Пришлось Марине просить главврача, а затем и патологоанатома не производить вскрытие, и те с трудом согласились, конечно, не бесплатно. А затем началась настоящая карусель. Марине не пришлось заниматься похоронами мужа – всё тогда сделала милиция, и она не представляла себе, какая это тяжёлая работа – организовать похороны. Заказать похоронные атрибуты, организовать перевозку тела, определить место захоронения, выкопать могилу и многое другое требовало времени и сил. Всё нужно было просить, и оказывалось, что ничего нет, ни гроба, ни обивки, ни лент, ни места для могилы, ни оркестра, ни автобуса, но если Марина говорила, что заплатит сверх прейскуранта, всё чудесным образом находилось. Марина уже начала опасаться, что у неё может не хватить денег и подумала о том, что же делают люди, у которых нет средств на похороны? Обычно пожилые люди откладывали деньги специально для этой цели, но инфляция бурей пронеслась по бывшему СССР, выдула их сбережения из кошельков, сберкнижек и вихрем унесла в неизвестном направлении.

К вечеру измученная Марина привезла тело матери домой, помыла её, одела и всю ночь просидела возле неё. Спасибо соседям, которые вынесли покойницу утром во двор и поставили гроб на табуретки.

Марина за эти сутки так изменилась, что многие люди не узнавали её. Она сидела молча и кивала подошедшим знакомым. Вдруг какая-то старуха заголосила, завопила, якобы оплакивая покойницу. Марина вздрогнула и попросила сказать кликуше, чтобы та прекратила. В назначенное время приехала похоронка, автобус, гроб погрузили, автобус заполнили наполовину.

Марина не ощущала того, что навсегда расстаётся с матерью и только тогда, когда по крышке гроба захлопали как выстрелы, падающие комья земли, поняла, что это конец, и что с прошлым её ничего не связывает, дорога, по которой она шла с матерью, оборвалась этой могилой, и начинается новый путь, путь в неизвестность, где она сейчас старшая и сзади никого больше нет.

После того, как могилу забросали землёй, Марина попросила всех поехать в ресторан, где она заказала поминки. В автобус, кроме людей, приехавших из дому, набились кладбищенские завсегдатаи, которые таким образом несколько раз на день успевали пообедать с выпивкой и хорошей закуской.