Читаем без скачивания Мутная вода (СИ) - Крапивенцева Екатерина

— Я бы сказал, не «даже», а «особенно», — чуть ли не воодушевлённо поддержал Доктора Бочка. — Лично я знаю парочку таких личностей.

— Вы лично знакомы с зомбированными? — Простодушно удивился Док.

— Конечно, — рассмеялся сталкер. — Но зомбирует их не «Выжигатель мозгов», а разбадяженный техническим спиртом коньяк Бармена.

Доктор улыбнулся, но развивать эту тему не стал. Мы углубились в полутьму трубы и вскоре вышли к узенькой, заросшей аномальным горошком тропке.

— Фон зашкаливает, — констатировал расстроенный Эд. — Горошек всегда огибает «горячие пятна». Предлагаю аккуратно пройти по полю на основную дорогу. Док, как говорится, Ваш выход. Я не рискну вести нас по траве. А Вы чувствуете аномалии лучше других.

Доктор кивнул головой и уверенно ступил в жухлую, приземистую растительность «Янтаря». Закрыв глаза и, останавливаясь ненадолго на сомнительных участках, он уверенно вёл нас с десяток метров, пока трава не кончилась, и мы не вышли на извилистую просёлочную дорогу.

— Всё, мой друг. Я пока «пас». — Повернулся Доктор к Эдику. Руки его дрожали, словно от сильного перенапряжения. — Дальше сам.

— «Мана» кончилась, — шепнул мне на ухо восхищённый Мут. — Док тратит очень много сил на такие фокусы. Но зато чутьё его ни разу не подвело.

— Нам ровно до того пролеска, — указал в сторону деревьев Эд. — Пройдём по тропке, вдоль него, и мы у входа на Армейские Склады. Именно там нас ожидает группа.

Растрескавшееся, глинистое полотно дороги вблизи оказалось испещрённым множеством светящихся точек. Словно в прогалах грунта застряли стайки светлячков.

— Что это за хрень? — Высказал вслух мои собственные мысли всегда прямолинейный Бочка.

— Похоже на аномалию. Или споры какого-то растения. — Перебирал варианты Эд. — Док, Вы не в курсе, что это?

— Ну, я, как и прочие, не всеведущ. Данный экземпляр я встречаю впервые, — признался Доктор, и в его взоре моментально зажглись искры азарта. — Эдуард, будьте любезны, киньте болт.

Эд, отойдя на максимально большое расстояние, выполнил просьбу Доктора.

Ржавая железяка с глухим звоном упала в скопление светящихся горошин, и вверх тут же взметнулось облако мелкой, сияющей пыли.

— Думаю, неизвестный объект имеет органическую природу. — Задумчиво произнёс Доктор и выудил из кармана КПК. — Нужно дать наводку Сахарову, пока мы на "Янтаре". Ближе подходить не советую — похоже, это живое создание даёт споры, потенциально представляющие опасность для человеческих организмов.

Обогнув аномальный участок по обочине, мы вышли к зелёному, залитому полуденным солнцем лесу.

— Неожиданно. — Удивился Эд. — Я уже привык к вечной осени Зоны. А тут всё цветёт и пахнет.

— Красота, — Восхитился Бочка. — Года два не видал такой солнечной погоды… да и сочной, зелёной листвы тоже.

— А витамин D Вы принимаете? — Обеспокоенно взглянул на сталкера Док.

— Ну, естественно, — широкое, скуластое лицо Бочки сохраняло самое серьёзное выражение. — Только и думаю, болтаясь, как фантик на верёвке, между радиоактивными кучами, как бы потратить всё кровно заработанное на «бады». Ночами не сплю.

— Ну ты, Бочка, и хам, — насупился Эд.

— Ничего-ничего. — Успокоил проводника Доктор. — С первым же переломом ко мне обратится, тогда и побеседуем ещё разок о важной роли витаминов в сталкерской жизни.

— Док, а вообще, что это за место? — Перевёл тему Мут на более насущную, замедляя шаг. — Оно как-то связано с теми спорами на дороге?

— Всё возможно. — Задумался Доктор, оглядываясь по сторонам. — На всякий случай, призываю всех быть аккуратными и смотреть под ноги. Но признаюсь честно, я тут опасности не ощущаю. Как раз наоборот — редкое место в Зоне вызывает в моей душе подобное умиротворение…

— Может, где «Сон-трава» разрослась? — Задёргал носом Бочка. — Никто не чует её сладковатую вонь?

Эд с Мутом дружно замотали головами. А Доктор, присев на корточки, сделал фото для Сахарова.

Мне вдруг тоже захотелось рассмотреть поближе, а может, даже запечатлеть на память свежие, звенящие на ветру побеги неизвестной травы. Мелкие, как копеечные монеты листочки трепетали на ветру, создавая тихий шелест. Выудив из кармана ПДА, я сфотографировал это необычное, даже странное по меркам Зоны место.

— Думаю, здесь потихоньку образуется новая экосистема. — Ответил Док, разглядывая причудливые, резные стволы ближних деревьев. — Немного локальная, замкнутая, но вполне интересная для изучения. Её растения немного отличаются от общепривычных стандартов… Взять хотя бы эти молодые берёзки. — Оттянув податливую веточку вниз, Доктор продемонстрировал нам форму её листьев — серповидную, округлую, совсем не похожую ни на одно из растений, что я видел.

— Фига-се, — пробасил Бочка, бесстрашно щупая голыми пальцами сочный, салатовый лист. — Как резиновый. — Растянув его в стороны, сталкер попытался разорвать листок пополам, но к радости Дока, ничего у Бочки не вышло. — Крепкий и упругий, больше похож на латекс.

— Вот видите, — ликующе произнёс Доктор. — Зона — это не только опасности, радиация и смерть, но и новая жизнь в разнообразных, иногда непривычных, но абсолютно не враждебных для людей формах. Вы наблюдаете рождение настоящего "Оазиса" среди искажённой нечистотами пустоты. Это добрый знак.

***

Мы шли вдоль опушки, пахнущей цветами и зеленью, жадно впитывая это нежданное благоухание наставшей в Зоне весны. Тихий, влажный шелест покрытой росой травы. Жужжание комаров. Всё казалось таким близким и одновременно нереальным. Всего двадцать-тридцать метров живого, благоухающего «Оазиса» среди затхлости и серости Зоны напомнили нам о мире, который мы оставили далеко за периметром, за семью печатями ностальгической тоски.

Сознание отказывалось верить в эту хрупкую близость настоящей жизни, наполненной стрекотанием насекомых и ароматами трав. Цветение среди вечного мрака мёртвой, выжженной Выбросами земли.

— Почти уверен, что это место является палестинкой, — услышал я голос Дока и вынырнул из раздумий. — Более того, предполагаю, что скоро ветер разнесёт те споры, что мы встретили на дороге, по всей Зоне. Возможно, это попытка природы к самоисцелению… Если так, то мы наблюдаем исторический момент. Процесс, в который людям не стоит вмешиваться.

— Природа стремится к равновесию, — ответил ему Мут. — Возможно, когда-нибудь Зона преобразится. Просто чтобы получить что-то грандиозное, ей для начала приходится уничтожать всё старое и отжившее? А, Док? Что Вам ветер Зоны шепчет?

— Думаю, отчасти Вы правы, мой друг. Каждую осень наступает увядание, тление и распад. Всё вокруг искажается и умирает. Не даром осень в Зоне царит круглый год… А весной всё неизменно прорастает и жизнь начинается с чистого листа. — Доктор задумчиво вздохнул и прибавил шага. — Здесь приятно находиться, но нас ждёт группа. Нужно поторопиться, иначе не успеем на «Склады» до темноты.

— И то верно, — согласился с ним Мут. — Но так не хочется покидать это место. Будь я здесь в другой день, непременно рискнул бы тут заночевать, прямо под кронами душистых лип. Может, в этом и есть «аномальность» данного места? В отличие от многих других уголков Зоны, его решительно не хочется покидать.

За разговорами, мы дошли до развилки, у которой нас ждал взбудораженный Петренко.

— Бим только что спас нас от пары изломов, которые следили за нами из тех избушек. Эти хитрые гады подобрались достаточно близко, но не настолько, чтобы проломить нам черепа. Пёс первым их учуял и поднял шум. Карась припугнул мутантов из оружия, и они умчались в лес, не солоно хлебавши. Не думал, что когда-нибудь я испытаю чувство благодарности по отношению к Вашему Биму.

— Всё бывает впервые, полковник, — загадочно улыбнулся Доктор. — Даже слепцы при должном стечение обстоятельств могут прозреть. Не в обиду. Но Вы же и так знаете, как я отношусь к политике «Долга».

Полковник не ответил, но засопел, что-то напряжённо обдумывая.