Если позволят обстоятельства, операция “Удар грома” должна непосредственно следовать за наступлением “Зимняя гроза”. Снабжение воздушным путем должно быть текущим, без создания значительных запасов. Важно как можно дольше удержать аэродром у Питомника».
Фон Манштейн приказал взять с собой всю технику и артиллерию, способную самостоятельно передвигаться. Особое внимание требовалось уделить тем орудиям, которые имели боеприпасы.
Для претворения в жизнь этого решения необходимо было попытаться добиться от Гитлера отмены приказа, требовавшего от 6-й армии удерживать Сталинград при любых условиях. Фюрер одобрил решение фон Манштейна о прорыве 6-й армии на юго-запад, но потребовал от нее удерживать восточный, северный и западный участки в районе Сталинграда. Гитлер все еще надеялся, что удастся пробить «коридор», через который можно будет снабжать армию под Сталинградом всем необходимым в течение длительного времени. Фон Манштейн, несмотря на категорическое требование Гитлера, приказал 6-й армии как можно скорее подготовиться к прорыву на юго-запад. Однако командующий армией генерал Ф. фон Паулюс отказался выполнить этот приказ.
Обстановка на фронте постоянно менялась. Особенно сложной она стала на ростовском направлении. 20 декабря танковые корпуса Юго-Западного фронта при поддержке артиллерии и авиации прорвали оборону итальянской 8-й армии. Фон Манштейн, получив известие об этом, немедленно направил Главнокомандующему Сухопутными войсками телеграмму, в которой отметил, что войска Юго-Западного фронта после прорыва обороны итальянцев, возможно, развернут наступление на Ростов, чтобы добиться решающего успеха в сражении против групп армий «Дон» и «А». Однако начальник Генерального штаба Сухопутных войск не смог сразу доложить эту телеграмму Гитлеру, так как последний вел переговоры с итальянской делегацией. И только 22 декабря штаб группы армий «Дон» получил от Главного командования Сухопутных войск указание о том, какой рубеж должна удерживать армейская группа генерала Холлидта. Однако этот рубеж уже был оставлен ее войсками. Просьба фон Манштейна передать для организации непосредственной обороны Ростова одну пехотную дивизию из состава группы армий «А» осталась без внимания.
Тем временем обстановка в полосе группы армий «Дон» становилась все более угрожающей. Во второй половине дня 23 декабря фон Манштейн, стремясь выправить положение на левом крыле группы армий «Дон», вынужден был перебросить туда часть своих сил. Он приказал командующему румынской 3-й армией, оборонявшейся по нижнему течению р. Чир, перегруппировать на левый фланг штаб 48-го танкового корпуса с 11-й танковой дивизией. Из состава 4-й танковой армии предписывалось выделить одну танковую дивизию для занятия обороны на нижнем Чиру.
Фон Манштейн, принимая меры по стабилизации положения, чувствовал, что инициатива ускользает из его рук. 24 декабря танковые корпуса Юго-Западного фронта, продвинувшись за восемь дней на 100–200 км, овладели станцией Тацинская, которая имела решающее значение для снабжения 6-й армии. Один из танковых корпусов (8-й) вышел в тыл армейской группе генерала Холлидта, продолжавшей вести бои на среднем и верхнем Чиру. Одновременно в наступление перешли войска 2-й гвардейской и 51-й армий при содействии части сил 5-й ударной армии. Главный удар наносила 2-я гвардейская армия с севера, 51-я армия наступала с северо-востока, а ее 13-й танковый и 3-й гвардейский механизированный корпуса осуществляли глубокий охват противника с юга. В первый день наступления советские войска прорвали оборону 57-го танкового корпуса и овладели в полосе 2-й гвардейской армии переправами на р. Мышкова. Введенные в сражение ее подвижные части стремительно продвигались вперед.
В результате были созданы благоприятные условия для окончательного разгрома группировки противника в районе Тормосина, находившейся в опасной близости от окруженных войск 6-й армии. В этой связи генерал Василевский предложил Сталину передать 5-ю ударную армию с 3-м гвардейским кавалерийским корпусом из Сталинградского фронта в состав Юго-Западного фронта. Силами 5-й ударной и 5-й танковой армий, включив в состав последней 23-й танковый корпус, Юго-Западный фронт должен был ликвидировать противника южнее Суровикина, чтобы спрямить линию фронта и отбросить вражеские войска от Чира к р. Россошь [240]. Сталин принял предложение генерала Василевского. В соответствии с директивой № 170715 Ставки ВГК 5-я ударная армия 26 декабря с 12 часов была включена в состав Юго-Западного фронта [241].
Командующий 6-й армией генерал фон Паулюс, ожидая помощи от деблокирующей группировки, 26 декабря направил в штаб группы армий «Дон» донесение, которое было немедленно передано Главному командованию Сухопутных войск. В донесении говорилось:
«Тяжелые потери, мороз и недостаточное снабжение в последнее время значительно снизили боеспособность дивизий. Я вынужден поэтому доложить о нижеследующем:
1. Армия сможет и впредь отбивать атаки небольших сил противника и в течение некоторого времени ликвидировать критические положения на отдельных участках. Необходимой предпосылкой для этого является улучшение снабжения и переброска по воздуху пополнения.
2. Если русские снимут с фронта генерала Гота крупные силы и с помощью этих и других сил предпримут массированный удар по укрепленному району, то удержать его в течение длительного времени не окажется возможным.
3. Прорыв армии неосуществим, если до этого не будет пробит коридор и не будут пополнены личный состав и запасы армии.
Поэтому я прошу вашего ходатайства перед Главным командованием о том, чтобы были предприняты энергичные меры для деблокирования армии, если только общая оперативная обстановка не требует пожертвовать ею. Само собой разумеется, что армия будет держаться до последней возможности» [242].
Фон Манштейн, получив донесение командующего 6-й армией, искренне стремился ей помочь. Но его тревожила, в первую очередь, угроза прорыва войск Юго-Западного фронта на Ростов на левом крыле группы армий «Дон». Надо было срочно принимать меры для его укрепления. С этой целью фон Манштейн просил Главное командование Сухопутных войск возможно скорее перебросить на фронт армейскую группу, сосредоточение которой уже началось в районе Миллерово, то есть за правым крылом группы армий «Б». Кроме того, фон Манштейн считал необходимым немедленно перебросить из состава 17-й армии группы армий «А» одну дивизию под Ростов, чтобы обеспечить оборону города на его ближних подступах. Наряду с этим предлагалось на левом крыле группы армий «Дон» использовать 7-ю танковую дивизию. В центре оперативного построения группы армий «Дон» намечалось отойти на рубеж рек Дон и Северский Донец. Одновременно фон Манштейн считал необходимым немедленно передать ему для усиления 4-й танковой армии из состава 1-й танковой армии 3-й танковый корпус и одну пехотную дивизию, которые предполагалось использовать для разгрома советских войск, преследующих 4-ю танковую армию. По мнению фон Манштейна, этих сил и 16-й моторизованной дивизии, переброску которой следовало ускорить, было достаточно для того, чтобы начать новое наступление 4-й танковой армии на Сталинград. Командующий группой армий «Дон» полагал, что все эти силы могли прибыть в его распоряжение через шесть дней. Этого времени хватило бы для переброски 6-й армии по воздуху крайне необходимых ей 1 тыс. тонн горючего и 500 тонн продовольствия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
