Читаем без скачивания Эпоха мертвых. Прорыв - Андрей Круз

Это прием психологический, но действенный. Когда человек точно не знает, что с ним будут делать, но он видел нож, он чувствует, как я пытаюсь добраться до его пальцев, стараясь их разжать непонятно зачем, а воображение в такой момент разыгрывается, то он пугается даже намного больше, даже если бы его начали пытать на самом деле.

Фокус сработал, тот заблажил:

– Да что вам надо-то?

– Общаться захотел, а? – заорал я ему прямо в ухо, а затем схватил за это ухо, приложил к нему лезвие ножа и чуть надрезал. Тот забился, снова закричал, и я понял, что и этот сломался. Теперь их надо растащить в разные стороны, и они начнут дополнять и поправлять друг друга. Главное – не давать им подумать, что их уже не собираются пытать.

Сергей Крамцов

20 мая, пятница, очень раннее утро

– Ну, братцы, Гвоздь и правда бесценным источником информации был, – сказал я после того, как трупы Гвоздя и Фоки с простреленными головами присоединились к остальным.

– Не поспоришь… – ответил Сергеич, закуривая сигарету. – И дислокацию противника раскрыл, и политическую обстановку. Полезно побеседовали. И брыкался недолго.

Подошла наша колонна, Леху я отправил наблюдать за дорогой, а девочек отозвал и приказал собирать трофеи. Сейчас они были бледными, а несколько луж рвоты на асфальте возле вагончиков показывали, что переворачивание разорванных гранатными осколками и их же пулями трупов для них дело не совсем привычное.

А было здесь как на бойне, но жалости я не чувствовал. Если они в отряде, то пусть делают все. Может, и неправ я в том, что из совсем молодых девчонок выращиваю каких-то монстров, но у таких шансы выживать в драках выше.

– Шмель, Магу кто исполнял? – спросил я тихонько у Мишки, отведя его в сторону.

– Пашка, – шепнул он в ответ. – Без особых проблем.

Ну… тоже прогресс. Я думал, что сам Шмель на себя возьмет, а на тебе – «молодежь в деле».

Трофеи были, «результат дали», как выразился бы мой ротный в свое время. У бандитов здесь не только по стволу было, но и целый склад всякого добра, потому как надолго расположились. Все лежало в ящиках в блокпосту, поэтому при обстреле вагончиков не пострадало. Досталось лишь трем автоматам в вагончиках, которые были всерьез повреждены пулями и осколками. Запасливый Леха все равно взял их с собой, собираясь на досуге разобрать на запчасти.

В машины улеглись пять АКМ, все с виду почти новые, но ни разу не чищенные, четыре «семьдесят четвертых», три «укорота». Пистолетов не было ни одного, зато было целых два РПГ-7, упомянутый мной ПК и одна старенькая, с фанерным цевьем, но тоже в отличном состоянии, явно со склада, СВД. В общем, считай что новая, если на год выпуска не смотреть, А если уж совсем откровенным быть, то тогда их даже лучше делали, потом качество выделки ствола сильно упало. Это не только к снайперке, это и к автоматам относится, и к пистолетам.

Такие находки мы зачисляли в «золотой фонд», их переоценить сложно. Были к СВД четыре магазина и брезентовый подсумок невероятно старого образца, я такие не застал во времена своей службы. И патронов всяких хватало. Очень много, даже снайперские, как говорил Карабас-Барабас в исполнении актера Этуша: «Это просто праздник какой-то!»

Гранатометам же мы вообще радовались как дети. Я даже примерился целиться из одного, снова почувствовал на плече обтянутую деревом расширительную камеру, посмотрел в оптический ПГО-7. Тридцать два кумулятивных выстрела ПГ-7В в четырех деревянных укупорках, все еще в разобранном виде, приставить пороховые заряды хотя бы к паре гранат для готовности к выстрелу никто не догадался. Новых осколочных, тандемных или термобарических выстрелов не было. Но ничего, нам и так классно.

Взяли гранат РГД-5 неплохой запас, что очень удивило – с этим они вполне могли блок растяжками по кустам обтянуть так, что ни одна зараза бы не проскочила, включая нас. Так нет, не стали они этого делать, привольно жили. Боялись сами напороться или не догадались? А насчет Маги, как поведали нам пленные, они подумали, что он ушел. Оказывается, перед тем как в кустики погадить пошел, он с Гвоздем сцепился чуть не до драки, что в глазах окружающих превращало его почти что в покойника. И все решили, что Мага сбежал, надеясь устроиться в другой банде. Его даже не искали толком, так, огляделись на сотню метров, и все. Повезло нам, в общем.

Самым главным же и самым трудным в использовании трофеев оказался «бардак». Соблазн взять его с собой был невероятно велик, он был тоже с мобскладов, ухоженный и малоезженый, с полным баком и полной боеукладкой в пятьсот длинных патронов Б-32[47] калибром четырнадцать с половиной миллиметров. В ящиках в блоке нашли еще тысячу патронов и запасные стволы. Обрыдаться. Две тысячи патронов к ПКТ в боеукладке дополнялись четырьмя тысячами в запасе, уже в коробках, и тоже запасным стволом. Три БК[48] на один «бардак». Мечта идиота.

Только вот с личным составом у меня проблемы на всю эту технику. Не хватает его, личного состава-то. Точнее даже – хватает, но действовать все это будет неэффективно. И жрет бензина «бардак» ровно как три «уазика». Ну чуть-чуть меньше. Но совсем чуть-чуть. Зато того, что в нем есть, хватит еще километров на семьсот, что не так плохо, до «Шешнашки» можно дважды метнуться. Там у него в баках, если память мне не изменяет, под триста литров сейчас. Но если заправляться, то на него уйдет почти весь наш запас для «уазиков».

Я даже не заметил, что вокруг меня, стоящего, как ребенок перед новогодней елкой, перед БРДМ-2, собрался весь отряд.

– Серый, с жабой борешься? – сочувственно поинтересовался Васька.

– Ну… душит, сволочь такая, – кивнул я сокрушенно. – Не взрывать же такое добро.

– Взрывать нельзя, жаба не подпишет, – влез Леха.

– Вот и я так думаю. Ладно, давай снова карту смотреть.

Карта дала нам наводку на полузаросшую, но еще существующую просеку. Съезд на нее был, не доезжая совсем чуть-чуть до поворота на хлебозавод, где основал свою базу пресловутый Крап. Колонна наша разрослась, впереди шел «бардак», которым рулил Шмель, я сидел справа от него, в подвесном же сиденье под башней устроился Васька, время от времени орудуя рукоятками поворотных механизмов, направляя стволы пулеметов в потенциально наиболее угрожаемом направлении. Шли без огней, пользуясь ночными приборами «бардака», остальные машины ориентировались друг по другу. Двигатели держали на самых малых оборотах, внатяг, чтобы шуметь как можно меньше.

С «бардаком» я был знаком по Чечне, взвод инженерной разведки только с такими у нас и ходил по дорогам. Впечатление они оставили противоречивое, но в целом неплохое. То, что над головой у тебя КПВТ, очень радовало. Это уже даже и не пулемет, считай, почти пушка. Пули, выпущенные из него с характерным басовитым грохотом, прошивали крепкие дома насквозь, доставалось и соседям, и сараям, и чему угодно. А ранений от них не бывало, не помню такого, только наповал. В общем, с такой машиной мы можем замахиваться на задачи чуток посерьезней. Но только чуток, танком этот «бардак» так и не стал.

А вообще меня завалило мыслями. Велик был соблазн рвануть на максимально возможное расстояние от блока. Пока обнаружат разгром, пока организуют погоню, много времени пройдет. Но когда время пройдет, то погоня будет точно. Крап контролирует большую территорию, и у него, по обновленным данным, почти полторы тысячи человек. Есть техника, есть оружие, на всех дорогах блоки. И есть с блоками связь.

Если мы рванем вперед, то поведем себя предсказуемо, именно так, как и будут от нас ждать, и тогда столкновения не избежать. Или догонят, или перехватят. А вот если мы, проехав всего ничего по дороге, свернем в глухомань и там затаимся, совсем неподалеку от основной базы противника, то этого от нас ожидать не будут. Мы ведь так уже делали в Тверской области. И тогда сработало.

Выстрелы разнеслись далеко, но двадцать пять километров все же далековато для слышимости, а у нас даже гранаты в вагончиках рвались, не на улице. Но все же нас уже пару раз запрашивали по радио, а мы не ответили, так что вскоре следует ждать проверки. Удастся проскочить до поворота, не наткнувшись на встречных курсах на противника, – будет замечательно. Не удастся – долбанем из всего, что у нас есть. Тут деваться некуда, приходится рисковать. Но лучше бы не натыкаться, тогда даже наше направление движения станет для противника загадкой. Они могут подумать, что мы пришли со стороны Нижнего и туда же отступили: на асфальте следов не остается. А если догадаются хотя бы глянуть, откуда стреляли и где рассыпаны гильзы, то поймут, что и к блоку подошли со стороны Нижнего Новгорода. До блока дошли, его разгромили, но дальше по трассе не замечены. Какой вывод? Отошли к Нижнему же.

К моей великой радости, поворот в сторону просеки был заасфальтирован, асфальт закончился лишь метров через пятьсот – семьсот, после того как мы проехали мимо большого полуразваленного здания вроде коровника. Там мы тормознули, срубили два молодых деревца и привязали их за «уазиком». Невелика помощь, но могут примятую машинами траву поднять, где она есть, затереть особенно явные следы на песке. До завтра следы немного выветрятся, а послезавтра их и видно не будет, погода стоит относительно сухая, с последнего дождика два дня прошло. Ну а уж если пойдет, то нам вообще за счастье, все смоет.