— Есть небольшая вероятность, что ты можешь вернуть свой дар! — Сказав это, старуха вытолкнула меня за дверь.
Это ее предположение мешало мне спать, а в сочетании с тем, что печать Никаэласа — его сила и его же погибель, стало причиной бессонницы на несколько ближайших дней. Что я могла сделать отсюда? Как я могла использовать эти знания? Хотя, сложно представить, что я могла бы сделать с ними и на свободе.
Некоторое время я не видела Ямину, продолжала работать на болотах и старалась не пасть духом окончательно, а это было непросто. Маги умирали здесь, каждый день. Умирали долго, мучительно. То, что я видела в Картуше каждый день, причиняло неимоверную боль. Это не тот Ильмас, не тот дом, что я хранила в своем сердце. Я видела не тех магов, которые смеялись на улицах моего города.
Прежде, мой родной город развивался и процветал, дарил ощущение покоя, уюта и счастья. Правитель Равий Ледоуст любил свой народ, устраивал масштабные празднования, на которых маги разных категорий могли продемонстрировать свое мастерство. Девчонкой я любила эти представления. Маги воды создавали на городской площади огромные водопады, погружали нас всех в подводный мир, изображая его обитателей, или же соревновались в постройке фонтанов. С детства в моей голове это отпечаталось еще и как возможность увидеть множество радуг, неизменно сопровождавших это зрелище. Маги огня выдували пламя, которое плясало на стенах города, стелилось у их ног и взмывало в ночное небо. Маги воздуха подвешивали над нашими головами тысячи цветов и воздушных пузырей, с помещенными в них бабочками. Маги земли выращивали все новые и новые виды цветов, деревьев. Создавали даже наряды для девочек и девушек. Всего и не упомнишь. Но в моей голове все еще звучали детский смех и восторженные возгласы удивленных взрослых. Жители Ильмаса всегда были искренними и благодарными зрителями.
Члены моей семьи тоже иногда участвовали в этих демонстрациях возможностей. Редкий раз, когда родители были дома, соседские ребятишки, во главе со мной просили их поучаствовать и всегда с замиранием сердца ждали их очереди.
Мое сердце замирало, когда мама и папа выходили на площадь, держась за руки. Они всегда действовали в паре, прекрасно чувствуя и сочетая магию друг друга. Они словно танцевали, показывая сказки, каждый раз придумывая новую историю и преобразуя ее в интересное повествование о том, что видели в других странах. Я росла и взрослела в атмосфере любви и заботы. Никаэлас разрушил всё, то я любила, уничтожил все, что грело нас и придавало сил. Войдя в город, я увидела уже не тот мир, не тех ильмассцев. Угнетенные, смиренные, глубоко несчастные.
Здесь, на болотах, я все чаще ловила себя на мысли о том, что же руководило Никаэласом. Что его побудило? Чего он добивался? Власть? И только? Должна же быть причина всему этому. Проблемой было и то, что все мы мало знали о нем. Он просто однажды появился в жизни Равия и прочно там обосновался. Но вот, кто он и откуда? В один миг, мы просто привыкли видеть его с нашим правителем и стали воспринимать, как нечто само собой разумеющееся. А он в это время готовил свой коварный план, набирался сил. До сих пор никто из магов не знает, как Никаэласу удалось убить Равия.
Еще две с половиной недели протянулись невообразимо медленно. Ядовитые пары проникали в легкие, вызывая жуткий кашель, раздирая горло. Зудящая корочка на руках сводила с ума. Удивляюсь, как кожа не сползала с пальцев, в те моменты, когда я погружала их в мутную зловонную воду, чтобы добраться до Барлины.
В один из дней, придя на болота, я почти сразу ощутила всеобщее напряжение. Маги переглядывались, а потом резко опускали глаза, внимательно следили за стражами, изредка шептались, нервируя охрану. Надо отметить, что работы всегда проходили в тишине, поскольку каждый из нас старался быть предельно внимательным и сосредоточенным, чтобы не навредить себе еще больше. Как ни странно все, кто был в доме Ямины, да и она сама, оказались поблизости, впервые. Я бросила вопросительный взгляд на Камэла, но он лишь едва заметно кивнул и прикрыл глаза, словно успокаивая мою тревогу. Но это не помогло, напряжение росло, общая нервозность передалась и мне. Что-то должно было произойти, уже совсем скоро. Переживая, я почти не справлялась с работой, отвлекаясь на что-то скрывающих магов. Несколько раз чуть было не утерла лицо мокрыми руками. Время тянулось бесконечно долго. Сердце замирало от тревоги. Не люблю не понимать, что происходит.
Внезапная вспышка привлекла всеобщее внимание. В воздухе, в уже сгустившихся сумерках вспыхнул огонек, от которого посыпались искры. Вспыхнул и тут же погас. Потом снова. Все вокруг застыли. Еще вспышка… и еще…
— Пора! — услышали мы властный голос Ямины и болота пришли в движение.
Маги рассредоточились. Ямина вышла из воды с расставленными в разные стороны руками. Ее сухие пальцы напряженно скрючились, а гневный взгляд вызывал мурашки. Не сразу я осознала, что она удерживает стражу, а когда догадалась, растерялась, окончательно не понимая, что именно здесь происходило.
— Давай! — бросила старуха короткую фразу, которая далась ей с трудом.
Девушка, которую она называла Жизэ, встала точно под тем местом, где снова возникли искры. Она резко опустила руки и оторвалась от земли, а потом собрала губы трубочкой и стала, словно задувать эти искры. Я так и стояла в воде, с чуть приоткрытым ртом. Возле каждого стража уже стояли маги, помогая Ямине удерживать их, остатками своей ничтожной магии. Картуш сам по себе подавлял наши силы, от того все мы чувствовали будто заперты в каком-то малюсеньком пространстве, с узкими стенами и низкой крышей. Это было похоже не защитный купол, который создали Марон и Камилла в Мираносе, только этот нас не защищал, а угнетал.
— Скорее, Жизэ! — с трудом произнесла Ямина. По ее лицу стекал пот.
Я словно очнулась, выскочила из воды, встала у нее за спиной. Моя сила сейчас, как и у всех ничтожна, но я могу ею поделиться. Схватив женщину за плечи, я прикрыла глаза и вытолкнула остатки магии, питая Ямину, даруя ей еще хотя бы несколько мгновений. Тем временем, девушка ускорилась. Теперь искры летали по кругу, образуя брешь в пространстве. Портал! Ей Богу, она создает портал! Но как такое возможно?! Ни чьих сил здесь не хватило бы на такое колдовство. Портал ширился, спускался к земле, девушка снижалась. Я чувствовала, как слабеет Ямина. Стражи начинали шевелиться.
— Скорее, девочка! — сквозь зубы сказала она, ее ноги уже подкашивались.
Еще одно мгновение и портал будто взорвался, но не с нашей стороны — с противоположной. В Картуш ворвался Буран, а за ним светлый, чистый, благоговейный воздух, освободивший нас. Жизэ откинула голову, впитывая магию, которая возвращалась вместе с чистым дыханием. На ее глазах выступили слезы, она словно возродилась, как и все мы. Мужчина, вторгшийся в топи не терял времени даром. Мощный рывком он откинул стражей, что были поблизости и расширил портал.
— Быстро! — скомандовал он, призывая магов.
Отовсюду сбегалась стража, но остановить, обновившихся магов им уже было не под силу. Мне пришлось поддержать Ямину за плечи, ибо ее магия возвращалась в усталое тело слишком медленно. Маги ринулись к порталу так быстро, как смогли. Некоторые не смогли сдержать слез, не веря собственному счастью. Те, что посильнее помогали Бурану удерживать портал и отбиваться от стражей. В какой-то момент портал начал сужаться, что вызвало испуганные возгласы и чуть было не зародило общую истерию. Я передала Ямину Камэлу и кивнула Бурану, давая понять, что займусь стражей. Исполин сразу понял, встал в проходе портала и в буквальном смысле подпер его плечами, а так же расширил, расставленными в разные стороны, руками, не давая спасительному выходу закрыться. Это выглядело весьма странно, будто портал был мягким, податливым. На какое-то время у прохода образовалась давка, но громкий бас Бурана быстро это прекратил. Я оставалась бок о бок с ним до тех пор, пока спина последнего мага не исчезла на той стороне. Магия бурлила в крови, заставляя меня улыбаться и торжествовать. Это выходило само собой, наша сила наполняет нас жизненной энергией и неконтролируемым восторгом.
