Читаем без скачивания Куда уходит вчера - Константин Бояндин

Генерал снял шлем и вытер вспотевший лоб. Ждём. Время ещё есть. Он взглянул на командиров отрядов и понял, что те готовы на всё. Не ради него. Ради Меорна, ради самих себя… даже ради этой странной троицы, что взялась из ниоткуда.

Дверь оказалась незапертой. То ли из суеверия, то ли по иной причине. За дверью — тёмный мрачный коридор и новая дверь, шагах в ста от первой. Оттуда доносились голоса. Шалириты. Их выговор.

Фиар молча взяла в руку Чёрный Дождь; Ривллим вооружился Солнечным Листом. Тоже молча. Их оружие продолжало «разговаривать»: клубились ленточки света и тени и, встречаясь, вскипали россыпью искр. Занятно. Воин обнаружил, что Солнечный Лист не желает приближаться к зачарованной булаве. Ривллим потрогал шишку, которую набил там, в сокровищнице, и усмехнулся

Следующая дверь также не была заперта. Ну и охрана, подумал Ривллим разочарованно. Странно, что путь в арсенал начинается так просто. Не к добру. Хорошо бы вернуться живым, подумал Ривллим и приготовился ударить первого, кто попадётся на глаза. Внутри крепости друзей нет.

Фиар отворила бесшумно дверь и прижалась к левой стене.

Ривллим встал у правой, аккуратно прикрыл массивную дверь. Ну надо же, петли смазаны. Очень кстати, приятели шалириты, очень кстати.

Голоса.

Двое стражников бредут по коридору. Недовольны — их товарищи сейчас раздавят возомнивших о себе южан, а им нести вахту возле никому не нужного прохода…

Начинается, подумал Ривллим и медленно занёс меч для удара. Встретился взглядом с Фиар. Она взглядом указала налево. Воин кивнул.

Ещё один шаг.

Двое вышли и остановились прямо перед Ривллимом и Фиар.

Воин едва не вскрикнул от неожиданности. Оба стражника скользнули взглядом по двери (подходить к которой не торопились) и… пошли дальше.

Они нас не видят?!

Похоже, что так. Ривллим улыбнулся Фиар и кивком указал налево, вниз по коридору. Девушка улыбнулась в ответ и кивнула. Держа оружие наготове, они скользнули дальше по проходу. Приостановились.

Шаги удаляются. Превосходно; коридоры широкие — разойдёмся в случае чего.

Так и сделали. Двое стражников шли, громыхая и лязгая, обсуждая свои дела. За ними следовали две тени. Впрочем, и теней — то не было: Ривллим опустил как — то раз глаза на пол, чтобы убедиться в этом.

Интересно, отчего это? Оттого, что с ними Чёрный Дождь, оттого, что Солнечный Лист, или оттого, что они оба здесь?

Место было довольно глубоким: никаких признаков жизни, что кипела наверху. Вскоре показались массивные двери, ведущие в оружейный склад, и Фиар даже протянула к ним руку… Но вдруг вздрогнула, повертела головой и, прижав палец к губам, молча поманила Ривллима за собой, в соседний проход. Куда это она?

Они шли довольно долго по подземелью, источавшему смрад гнили, смешанный с тяжёлым чадом. От чего может быть такой чад?..

Вскоре Ривллим понял — от чего. Фиар толкнула плечом ничем не примечательную часть стены, и та повернулась на незаметных до того петлях.

Жаркий воздух, насыщенный мерзкими запахами, ударил в лицо. Воин с трудом сдерживал рвотные позывы. И встретился глазами с огромным и злым лицом.

Лицо принадлежало Шалир, Тёмной, легендарной прародительнице современных вождей всех родов, что подчинились Шамульезу.

Прямо перед изваянием стоял тёмный алтарь, на котором и курилось нечто, источавшее смрад. Человек в чёрном стоял перед алтарём. Едва Фиар закрыла за собой дверь, он вскочил и обернулся. Долгое время смотрел сквозь пришедших, часто мигая. И, наконец, увидел их — так понял Ривллим.

Человек принял важный вид и извлёк из складок мантии чёрно — белый жезл. Белая и чёрная спираль, венчающиеся небольшими резными изображениями черепов.

— Итак, вы принесли его, — и он улыбнулся, показав ослепительно белые зубы. — Чёрный Дождь пришёл к своей законной владелице. Ну что, незваные гости? Что мне сделать с вами сначала? Отдать вас моей Повелительнице — поклон в сторону статуи — или сначала поговорить немного?

— Некогда говорить, — Фиар пренебрежительно опустила булаву и подняла левую ладонь. Она узнала жреца: он будет одним из тех, кто едва не сровняет Меорн с землёй. Самое время изменить расстановку сил…

На шее её вновь проступила на короткий миг вспыхнувшая белым тонкая цепочка.

Засов на двери сам собой сдвинулся, защищая святилище от вторжения. Ривллим бросил беглый взгляд на дверь. Да, выломать сразу не удастся. Осталась сущая мелочь: выжить.

— Ты?! — с человека разом слетело самодовольство. Он уставился на девушку широко раскрытыми глазами, едва не выронив жезл. — Ты нарушаешь законы! — завопил жрец, указывая жезлом на нехорошо улыбающуюся Фиар. — Ты не имеешь права вмешиваться!

— Я и не буду, — улыбнулась та. — Моё оружие не тронет ваших воинов, клянусь! — и вновь цепочка проявилась и канула в невидимость. — Но я снесу голову этому мерзкому чудовищу! — неожиданно выкрикнула она, указывая ладонью на изваяние, и глаза статуи тускло засветились багровым свечением.

— Ты не посмеешь, — холодно возразил пришедший в себя жрец. — Посмотрим, насколько силён твой бог там, где правит Она, — и жрец произнёс несколько слов. Огонь на алтаре вспыхнул ярче, Фиар попятилась, заслоняя ладонью лицо. Жрец захохотал.

— Ну что, дорогая моя? Чёрный Дождь не повредит слугам Владычицы. Скоро они найдут тебя. — Он поднял руку, указывая на Фиар жезлом, и тут словно прошёл паралич, сковавший Ривллима. Он подскочил к жрецу, приставил лезвие Листа к его горлу и тихо произнёс:

— Более ни слова.

Жрец не испугался и лишь улыбнулся, чуть шевельнув жезлом. Ривллима подняло в воздух и понесло куда — то… он отчаянно сопротивлялся, но тщетно. Его стукнуло о стену комнаты с такой силой, что свет померк в глазах.

Жрец поднял жезл и принялся читать что — то нараспев. Двухголосое эхо вторило ему; Фиар по — прежнему пятилась, не смея поднять лицо, сжимая в руках переставшую светиться булаву. Ривллим схватился за рукоять Листа обеими руками, и наваждение схлынуло.

Он вскочил с пола и, стараясь не думать, не сосредотачиваться, не оглядываться, прыгнул в сторону жреца. Взмахнул ослепительно сверкнувшим Листом…

Жезл в руках жреца раскололся надвое.

— Ещё одно слово, и ты покойник, — холодно повторил воин. Жрец прижался лицом к стене, ошарашенно глядя на дымящиеся обломки жезла. — Считай, что…

Что — то отбросило его в сторону; Ривллим перекатился, уклоняясь от удара. Поднявшись, он увидел Фиар, со свирепым выражением лица склонившуюся над телом жреца. Именно над телом. Человек с такой вмятиной на груди не может быть жив.