калекой, которую не смогут восстановить даже лучшие маги исцеления? Тут я в их силах не уверена, но не исключаю. Тот самый случай, когда лучше перебдеть, чтобы потом не бздеть.
Между тем мы подошли к машине. Я вежливо открыл заднюю дверку, чтобы девушка смогла сесть.
— Спасибо!
Дрожащая девушка прижалась по мне, полуобняв за талию. В её действиях не было никакого эротизма, она просто выплёскивала на меня страх, неуверенность, признательность и благодарность. Через секунду она отстранилась и села в автомобиль. Бибикнув, он сорвался с места, а следом двинулись две припаркованные машины попроще. Не наврал старый, охрана была.
А я, в задумчивости, вернулся обратно на нулёвку, на территорию академии. Медленно побрёл в сторону своего дома. Девушки уже должны были вернуться с занятий.
Даже здесь приключения не обходят меня стороной. Вот почему так происходит? Может, действительно существует какая-то карма, и в прошлой жизни я жил неправильно? Так вроде нет. Бабушек через дорогу не переводил, но, в остальном, свои принципы никогда не нарушал.
— Это качели судьбы, — раздался у меня в голове голос кота. — Нормально всё.
— А подробнее? — я сел на лавочку, настраиваясь на долгий разговор.
— Да нет их, подробностей. Никто точно не знает. Выявлено несколько закономерностей. Если ты был гандоном и ушлёпком, то в следующей жизни ты будешь терпилой, которому будет доставаться от таких, каким был ты. И доставаться серьёзно. Если ты жил скучно, и это твой случай, то получишь море приключений. И так далее. Понимаешь?
— Кажется, да, — ошарашенно выдохнул я. — То есть, подобное со мной здесь на всю жизнь? Так себе перспективы. Но мне нравится. Ещё расскажешь?
— Нет, конечно, — зевнул кот. — Сам выясняй, да и никто всех подробностей мироустройства не знает. Так что, зря расселся, у тебя девочки голодные, лет восемнадцать каждая. Или, хоть поразвлеки их, они уже дома. А то развалился тут, на лавочке!
Голос кота пропал, кажется, он-таки решил поспать. Но, это не точно. А я побрёл домой. Не замечая прелести весны и пробуждающегося мира. Мысли одолевали, обо всём подряд.
Девчата и правда были дома. Почти синхронно чмокнув меня, они усадили мою тушку в кресло у стола, который уже был накрыт. Слуги расстарались, и выбор был великолепен.
— Девчат, нас Мышкин пригласил потусить с ним в местном кабаке, — выдал я. — Честно, не знаю, что это за заведение. Но, княжич сказал, что там всё на уровне. Пойдёте?
— Конечно! — практически в унисон воскликнули девчата. — Ко скольки?
— Вечером, — пожал я плечами. — Он вроде говорил про время, но я как-то не запомнил, слишком долгий день выдался. И сложный. Практика вообще чуть не убила, примерно восемнадцать миллионов раз.
Девчата вежливо хохотнули, оценив мою шутку. Вот только я не шутил. Но, нагружать их лишней информацией я не собирался. Пусть живут в неведении, всем лучше будет.
Не подумайте только, что я что-то от них скрывал, или, тем более, обманывал их. Никогда! Я любил. И оберегал. Ну, насколько хватало мозгов и короткого, как оказывается, жизненного опыта. Прямо скажем, просто крохотного, тридцать лет, и все в прошлом мире. Здесь меньше года, намного меньше.
— Ура! — гаркнули красавицы и побежали к лестнице на второй этаж, где у них находились спальни и гардеробные.
Но, на полпути Наташа остановилась и спокойно вернулась обратно. Посмотрев мне в глаза, она спросила:
— Андрюх, а ты уверен? У тебя же здесь море недоброжелателей. А тебе вообще, в принципе, везёт на всякие конфликты и вызовы на дуэли. Мы можем и дома остаться, честное слово!
— Уверен, — улыбнулся я любимой. — Во-первых, нас пригласил Мышкин. Соответственно, он первым встанет за нас горой, ситуация обязывает. А во-вторых, я уже не тот мальчик-одуванчик, да простит меня этот тотем, что был полгода назад. Я изменился, всё поменялось, понимаешь? На сегодня я не могу представить людей, кому я буду по зубам. Разве что Кречет или Владыко, но они в академии не учатся. Здесь сплошь дети, часто инфантильные и с высокой самооценкой.
— Знаю, любимый, — скромно улыбнулась Наташа. — Помню твою испуганную физиономию на первичном тестировании, хоть и сама тогда дрейфила неимоверно. Ты изменился, сильно. И я рада, что ты выбрал меня.
— Это мы друг друга выбрали, — я подошёл к девушке и прижал к себе стройное тело. — И я тоже рад.
Вскоре она упорхнула наверх. А я достал зазвонивший мобилет. Трезвонил Антон Сергеевич. Подняв трубку, я услышал:
— Андрей, твоя посылка прибыла, в полной сохранности! Будем ждать вашего прибытия!
— Спасибо, Сергеич! — успокоено выдохнул я. — С меня хороший коньяк!
— Надеюсь, из маминых запасов? — хмыкнул старый и отключился.
Да из любых, Сергеич, из любых! В этом мире обо мне по-настоящему обо мне заботятся всего два человека. Ты и твоя любимая, Аманда. И вот ради чего я должен их бросать? А девчата? Уфф, даже думать об этом не хочу.
Когда они спустились, уже вечером, я остолбенел. Нет, не подумайте. Я прекрасно осознавал, что они у меня красавицы. Но сегодня они были на недосягаемой высоте. Свои мысли и желания я озвучивать не буду, лишнее это. Поклонившись дамам, язык не поворачивался назвать их привычным «девчата», я подал им руки. И мы прогулочным шагом пошли к кафе. Или ресторану, а может и столовая вообще, пока не знаю. Хотя, судя по отзывам княжича, уровень должен был быть на высоте.
Официально заведение называлось клубом и было расположено в здании самой академии, в правом крыле, в полуподвальном помещении. Снаружи была неброская, но красиво подсвеченная вывеска, которая и указала нам нашу цель.
Охранники на входе, узнав, кто мы, тут же сняла цепочку с прохода, учтиво поклонившись. Нарисовавшийся тут же паренёк сообщил нам, что отведёт к нашему столику, где нас уже ожидал Мышкин-младший. И мы пошли по проходу.
Зал представлял из себя большую для клубов сцену, где сейчас под музыку извивались две студентки. Напротив них дёргался, как припадочный, какой-то лысый паренёк. Наверное, он так танцевал, пытаясь вызвать интерес к своей персоне. А вокруг этой сцены стояло всего с пятнадцать столиков. Все одинаковые, рассчитанные на шесть человек. Ни приватных кабинок, ничего подобного. Простенько, но со вкусом.
Княжич со своими девушками уже сидели за почти пустым столом. Из угощений были только две бутылки разного вина
