Сильно хромая, Бэтмен сделал несколько шагов — и на мгновение замер: ему показалось… нет, он точно видел, как Джокер завел Вики в церковь.
Один. С ней…
«Ну, берегись!» — Бэтмен поспешил за ними, и каждый новый его шаг был уже ровнее предыдущего. Он должен победить!
Отдых он позволит себе лишь тогда, когда Джокер будет побежден!
Внутри колокольня старой ратуши выглядела еще мрачнее, чем снаружи. Уходили вверх бесконечные лестницы, черные скамьи только подчеркивали сумрачность. В ратуше царил вечный полумрак.
Здесь была тишина, раздражавшая Джокера. В порыве злости он толкнул одну из ближайших скамей, и она повалилась, сбивая все остальные. Скамьи падали с гулким стуком, но тишина быстро пожирала звуки.
Вики молча глядела вверх.
— Пошли! — дернул ее за руку Джокер. Держать бесполезный револьвер ему надоело, он засунул его на прежнее место и потащил Вики за собой.
Из всего этого Вики помнила только одно — ей было тяжело идти наверх. Мешали туфли. В какой-то момент Вики споткнулась…
Джокер понял причину задержки. Туфля сверкнула в его руках и полетела вниз. Дальше Вики шла босиком.
Джокер притормозил, прислушиваясь к шагам, взглянул через перила и чуть не выругался: внизу мелькнули знакомый плащ и голова с рожками-ушками.
Бэтмен поднимался по лестнице все быстрее. Неожиданно прямо перед ним что-то упало, заставив его вздрогнуть. Нет, это была не бомба — всего лишь женская туфелька.
Следующий пролет он одолел, как на крыльях.
Сколько еще надо было, чтобы догнать врага? Пока он не знал ничего. Разве только то, что гонка будет утомительной, схватка — жестокой, а развязка — неизвестной.
— Здесь! — произнес кто-то, и вереница полицейских машин (их было не меньше шести, не считая отставших) остановилась у здания ратуши.
Пестрели огни мигалок. Выглядели они довольно празднично — совсем во вкусе Джокера.
Первым из машины выпрыгнул новый окружной прокурор.
— Пошли, пошли, ребята! Все — туда! — закричал он, указывая рукой на ратушу.
Рядом уже гудели машины «скорой помощи» — этим тоже предстояла работа.
Многим помощь была уже не нужна…
Когда лестница окончилась, Вики показалось, что еще секунда — и она задохнется. Бег по лестнице отнял у нее последние силы. Зато Джокер был бодр, как ни в чем не бывало.
— Здесь очаровательно, не правда ли? — указал он рукой на пыльные механизмы часов и огромный колокол, покачивающийся в проеме.
Затем художник убийства посмотрел вниз. То, что он увидел, ему очень не понравилось — если с одним Бэтменом он, возможно, и смог бы справиться (c помощью телохранителей, которые вот-вот должны были подоспеть на вертолете), то с толпой полицейских разобраться будет куда сложнее.
Фигурки в форме продвигались все выше.
Решение пришло к нему мгновенно. Толкнув колокол, чтобы тот отклонился от основной траектории падения, Джокер обрезал веревку.
Несколько тонн звенящего металла ухнуло вниз, сокрушая все на своем пути. Старая лестница разлетелась от его падения, разбивая своими осколками целые еще участки. Гул обвала заполнил здание.
Люди вопили и падали, чтобы замереть где-то внизу навсегда.
Наверное, только чудо спасло Бэтмена от верной гибели: он был к тому времени уже слишком близок к верху, и колокол нанес свой первый удар по лестнице ниже его на пролет.
— Назад! — гремел где-то внизу голос прокурора. — Назад! Туда нельзя!
Не оглядываясь в сторону обвалившихся перил, Бэтмен взбежал на пролет выше: ему оставалось только выбраться на чердак.
Прокурор наблюдал за тем, как выходят из здания уцелевшие. Нечего было и мечтать добраться до вершины ратуши — даже самая длинная из пожарных лестниц не дала бы ничего: слишком велика была высота. А внутренние лестницы разрушены.
— Пошли, — махнул он наконец рукой и понуро направился к выходу. Полицейскому комиссару было не веселей. В конце концов, это была его операция…
— Направьте прожекторы на колокольню, — скомандовал он, оказавшись под открытым небом.
По ступеням бежали санитары — крушение лестницы добавило им работы.
Притащили прожекторы. Вскоре три мощных луча обшаривали верхушку ратуши, но безрезультатно. Все происходило внутри и было надежно скрыто от посторонних глаз.
В этот момент на чердаке приоткрылся захлопнутый Джокером люк. Маска с торчащими остриями ушей появилась в его проеме. Здесь было еще темнее, несмотря на пробивающийся сквозь щели свет. Медленно двигалось зубчатое колесо механизма старинных часов.
Бэтмен вылез из люка и встал.
Джокер только покривился. Он уже слышал шум вертолета, сперва приблизившегося, а потом начавшего удаляться. В отличие от Бэтмена теперь он был не один.
— Очень печально, — процедил он сквозь зубы, — что на колокольне завелись летучие мыши.
Джокер равнодушно подхватил Вики и повлек ее в соседнее помещение.
«Так он жив… Он здесь!» — радостно забилось сердце девушки.
Во всяком случае, она могла отвлечь Джокера на какое-то время. Она надеялась, что женский инстинкт сам подскажет ей правильный выход.
Уход Джокера несколько озадачил Бэтмена. Он ожидал любой реакции, но не такой.
«Что бы это значило?» — подумал он, оглядываясь вокруг.
Он обнаружил ответ как раз вовремя. Почти бесшумно на него кувыркался какой-то каратист.
В последний момент Бэтмен успел встать в стойку.
Заметив, что противник готов к бою, каратист-гангстер переменил тактику. Он остановился, в его руках мелькнули, превращаясь в живое кольцо, цепи.
Трудно сказать, на чьей стороне был сейчас перевес. Скорее всего, их мастерство было сравнимо. Хотя Бэтмен сильно пострадал во время аварии, а внутренний резерв тоже был не бесконечен. Но его со всех сторон защищали доспехи… Так что, шансы на успех у обоих противников были равными.
Их схватка длилась недолго и по простоте мало отличались от любого учебно-показательного боя.
Каждый заботился о том, чтобы выжить.
Пока удача сопутствовала Бэтмену: довольно быстро он смог поймать противника на мелкой ошибке и сбил его с ног.
«А ведь это скверно, — подумал Вейн, отбрасывая тело, — откуда он тут взялся? И главное, один ли он?»
Бэтмен снова огляделся. Пока никого не было видно, но он не обольщался на этот счет.
Он сделал несколько осторожных шагов по чердаку. Идти сразу к Джокеру он не хотел. Прежде следовало убедиться, что клоун остался здесь без своих дружков.
Кроме того, что-то подсказывало ему, что кто-то сейчас смотрит на него с весьма враждебными намерениями — такая сверхчувствительность уже не раз спасала ему жизнь.
