Читаем без скачивания ПРЕДАТЕЛЬ ПАМЯТИ - Элизабет Джордж

— Похоже, вы ищете нас, — обратился к нему Ричард.

Мужчина обернулся.

— Мистер Дэвис?

— Да.

— Томас Линли, — представился незнакомец. — Нью-Скотленд-Ярд.

Линли давно уже взял за правило, представляясь, оценивать реакцию людей которые не ожидали увидеть полицейского. Так он поступил и сейчас, когда мужчина и женщина остановились на ступенях перед довольно потрепанным зданием у западной оконечности Корнуэл-гарденс.

Женщина, по-видимому, была довольно миниатюрной в обычных обстоятельствах, но из-за беременности все части ее тела распухли. Лодыжки размером с теннисные мячи привлекали излишнее внимание к стопам, и без того слишком большим для ее невысокого роста. Передвигалась она медленно, покачиваясь на ходу, как человек, старающийся удержать равновесие.

Отличительной чертой Дэвиса была сутулость, которая с возрастом должна была стать еще заметнее. Седина приглушила цвет его волос то ли рыжеватых, то ли русых, трудно было сказать. Дэвис небрежно зачесывал их назад, не делая никаких усилий, чтобы скрыть залысины.

Оба удивились, когда Линли представился, причем женщина в большей степени. Она посмотрела на Дэвиса и спросила:

— Скотленд-Ярд?

Она как будто искала у него защиты либо спрашивала, почему к нему наведалась полиция.

Дэвис начал говорить:

— Вы пришли по поводу… но не закончил вопрос, видимо решив, что вход в подъезд не лучшее место для разговора с полицейским. Проходите. Мы ждали агента по недвижимости. Вы удивили нас. Кстати, это моя невеста.

Затем он сообщил Линли, что ее зовут Джил Фостер. На вид ей было лет тридцать пять не красавица, но с очень хорошей кожей и короткими, чуть ниже ушей, волосами цвета черной смородины, и с первого взгляда Линли решил, что это еще один ребенок Ричарда Дэвиса или, к примеру, племянница. Он кивнул ей, обратив внимание на то, как крепко сжимает она руку Дэвиса.

Ричард Дэвис открыл дверь и повел их по лестнице на второй этаж. В квартире он пригласил Линли в гостиную, выходящую на улицу, — сумрачный прямоугольник с единственным окном, закрытым жалюзи. Дэвис направился к окну, чтобы поднять жалюзи, и на ходу сказал невесте:

— Присядь, дорогая. Приподними ноги. — А у Линли спросил: — Не хотите ли чего-нибудь выпить? Чай? Кофе? Мы ждем агента по недвижимости, как я уже говорил, так что, боюсь, в нашем распоряжении всего несколько минут.

Линли поспешил сказать, что его визит не затянется надолго и что он с удовольствием выпьет чаю. На самом деле он просто хотел выиграть немного времени и рассмотреть нагромождение вещей в гостиной. Стены были увешаны любительскими фотографическими пейзажами и бессчетными снимками гениального сына Дэвиса: над камином полукругом висели самодельные резные трости — так в шотландских замках хранят дорогое оружие. Остальная обстановка состояла из довоенной мебели, стопок газет и журналов и многочисленных сувениров, связанных с карьерой сто сына-скрипача.

Ричард не любит выбрасывать старые вещи, — сообщила инспектору- Джил Фостер, с некоторым трудом опустившись в кресло. Клочья желтоватой ваты, вылезающие из сиденья, как весенняя поросль, подтверждали ее слова. — Это еще самая приличная комната.

Линли взял в руки одну из фотографий юного скрипача. Мальчик стоял со скрипкой в руках и внимательно смотрел на лорда Менухина,[19] а тот, тоже сжимая скрипку, в свою очередь взирал на мальчика и благодушно улыбался.

— Гидеон, — сказал Линли.

— Он самый, единственный и неповторимый, — ответила Джил Фостер.

Линли взглянул на нее. Она улыбалась, вероятно чтобы смягчить неожиданно желчную интонацию.

— Радость и средоточие всей жизни Ричарда, — сказала она. — Это понятно, но иногда несколько утомляет.

— Могу себе представить. Давно ли вы знакомы с мистером Дэвисом?

Джил пробормотала:

— Черт возьми. Нет. Так не пойдет. — Она с кряхтеньем и стонами выбралась из кресла и опустилась на диван, подняла ноги и подложила под них подушку. — Господи, еще две недели! Я начинаю понимать, почему этот процесс называют «разрешением от бремени» — Вторую подушку, такую же потертую, как и первая, она пристроила себе под спину. — Мы знакомы уже три года.

— Его радует предстоящее отцовство?

В его возрасте большинство мужчин готовятся стать дедами, — заметила Джил, — но, невзирая на годы, предстоящее отцовство его радует. Линли улыбнулся.

— Моя жена тоже беременна.

Лицо Джил тут же засияло. Связь между ними была налажена.

— Да что вы? Это ваш первенец, инспектор?

Он кивнул.

— Я бы с удовольствием перенял опыт мистера Дэвиса. Он производит впечатление заботливого отца. Джил в притворном ужасе закатила глаза.

— Да он настоящая наседка! «Не поднимайся по лестнице слишком быстро. Не пользуйся общественным транспортом. Не езди в час пик. Нет, вообще не садись за руль, дорогая. Не выходи па улицу без сопровождения. Не ней ничего, что содержит кофеин. Не забывай всегда носить с собой мобильный телефон. Избегай толпы, сигаретного дыма и консервантов». Этот список бесконечен.

Он беспокоится о вас.

— Да, и это очень трогательно, когда не хочется запереть его в чулане.

— Был ли у вас шанс поделиться впечатлениями с его первой женой? О том, как она переносила беременность?

— С Юджинией? Нет. Мы никогда не встречались. Бывшие жены и нынешние жены. В данном случае — будущая жена. Иногда лучше держать их по разным углам, во избежание конфликтов.

В этот момент к ним вернулся Ричард Дэвис, неся перед собой пластиковый поднос, на котором стояла одна чашка с блюдцем и компании молочника и сахарницы. Он обратился к невесте:

— Дорогая, может, ты тоже хотела бы чаю? Джил ответила, что нет, чаю она не хочет, и Ричард, поставив чашку для Линли на столик рядом с креслом, где только что сидела Джил, сам устроился на диване рядом с невестой и положил к себе на колени ее опухшие ноги.

— Чем могу помочь, инспектор? — спросил он. Линли достал из кармана блокнот. Вопрос Дэвиса ему показался интересным. Да и все его поведение в целом было необычно. Линли не мог припомнить, чтобы его хоть раз пригласили пить чай после того, как он неожиданно объявлялся на пороге ничего не подозревающих граждан и сообщал о роде своей деятельности. Обычной реакцией на незваный визит полиции было подозрение, нервозность и беспокойство, по возможности скрываемые, но тем не менее явные.

Словно в ответ на эти размышления Линли Дэвис произнес:

— Полагаю, вы пришли в связи с Юджинией. Вашим коллегам в Хэмпстеде я не смог оказаться полезным, когда меня попросили взглянуть… в общем, взглянуть на нее. С Юджинией мы не виделись уже много лет, да и повреждения…

Он оторвал руки от ног Джил и поднял их ладонями кверху, демонстрируя свою беспомощность.

— Вы правы, я пришел в связи с делом Юджинии Дэвис, — сказал Линли.

Тут Ричард Дэвис снова перевел взгляд на свою невесту со словами:

— Дорогая, может, тебе лучше пойти прилечь? Отдохнешь, пока не пришел агент. Я тебя позову.

— Я посижу с тобой, — отказалась она. — Мы теперь одна семья, Ричард.

Он сжал ее лодыжку, а инспектору сказал:

— Раз вы здесь, значит, это была Юджиния. Да и вообще неразумно было надеяться, что это мог быть кто-то другой, завладевший ее документами.

Действительно, мы получили подтверждение, что это мистер Дэвис, — сказал Линли. — Примите мои соболезнования.

Дэвис кивнул. Впечатления убитого горем человека он, однако, не производил.

— Прошло почти двадцать лет с тех пор, как я видел ее в последний раз. Мне жаль, что она погибла, да еще при таких ужасных обстоятельствах, но наше расставание — наш развод — дело давнее. У меня было много времени, чтобы примириться с тем, что я потерял eё, если вы меня понимаете.

Линли понимал. Неизбывная скорбь со стороны Дэвиса означала бы либо преданность, равную преданности королевы Виктории, либо нездоровое наваждение (что в принципе было почти одним и тем же). Но кое в чем Дэвис заблуждался, и Линли предстояло просветить eго.

— Боюсь, ваша бывшая жена погибла не в результате несчастного случая. Ее убили, мистер Дэвис.

Джил Фостер оторвалась от подушки, на которую опиралась спиной.

— Но разве она не… Ричард, ведь ты сказал…

Сам Ричард Дэвис почти не переменился в лице, только зрачки его расширились.

— Мне сказали, что ее сбила машина, — проговорил он.

Линли объяснил. Полиция не обладает достаточной информацией до тех пор, пока не будут получены отчеты от экспертов и патологоанатомов. Первоначальный осмотр тела погибшей женщины да и место, где оно было найдено, не давали оснований сомневаться в том, что имел место наезд и побег с места происшествия. Но более тщательный анализ показал, что на женщину наехали несколько раз, ее тело затем было передвинуто, а отпечатки шин, найденные на ее одежде и теле, указывают на то, что все повреждения нанесены одним и тем же транспортным средством. Таким образом, сбивший миссис Дэвис автомобилист оказался убийцей, а ее смерть не несчастным случаем, а, соответственно, убийством.