это только своим духовным телом, а так перед вами сейчас бы сидел не обычный смертный принц, а Хранитель мира.
— Отказался от бессмертия. — Понимающе кивнул Бук.
— Мне оно ни к чему, по крайней мере сейчас. — Покачал я головой, а после кивнул на недоверчивый взгляд Талии. — Да, если бы я не использовал изменённую мною руническую печать, эта энергия изменила бы моё тело, дав помимо бессмертия ещё массу других преимуществ.
— Не совсем понимаю тебя, ты не хочешь бессмертия?
— Не хочу, да и к тому же, Малграф, бессмертия не существует. — Пожал я плечами, постепенно восстанавливая свою ауру. — Всегда найдётся рыбка покрупнее.
Бук на мой пассаж, только понимающе усмехнулся.
— В смысле не существует? — переспросил Малграф. — Вот Бук же бессмертен, да и ты…
— Нет, я не бессмертен. Я живу долго, но бессмертием не обладаю. — Покачал головой, бывший Регис Хаоса. — Понимаешь, Малграф, тебя сейчас удивили и испугали, но всё на самом деле довольно прозаично. Я убивал богов, причём как обычных, так и искусственных. Не таких, как эта личинка, а полноценных, способных взмахом руки уничтожить весь этот город. Потому, Эшарион прав — бессмертных не существует.
— Всё равно не понимаю. — Вздохнул боевой маг и опёрся на перила. — Отказываться от бессмертия и силы…
— Ты поймёшь, Малграф, пусть не сразу, но поймёшь, что навязанная роль хуже рабского ошейника. Ты соблазняешься мнимым бессмертием и силой, только ради чего? Ответь себе на этот вопрос, а потом мы продолжим этот разговор.
Немного передохнув, я взял под командование зачистку города, пришлось раз за разом отдавать всё новые и новые приказы, причём помимо всего прочего у меня скапливалась бумажная работа и в итоге под вечер, когда город оказался в наших руках, я засел во дворце и принялся перебирать бумаги, следовало назначить людей для управления городом, потому что иначе здесь начнётся голод, который выльется в бунт, а после на нарастающей и в полноценное восстание… В итоге, я сидел и утверждал людей на места.
Компетентных людей было достаточно, теперь я сидел и отбирал лучших из того что есть. Всё повторялось как всегда, более лояльных Империи отбирали и двигали повыше, а те кто не прошёл проверку времени снимали и убирали в тёмный угол. Где про них забывают, а от этого они только всё больше и больше ненавидят Империя, считая, что отдали ей всё… Да, только вот под "отдали всё" стоит понимать коррупцию и казнокрадство, а также передачу должности по наследству. В общем кумовство в чистом виде. Вот и приходится мне работать с лучшими из худших, а после придётся убирать и их, ища замену.
Сюда, а именно в герцогство Ронд придётся искать довольно лояльных управляющих, потому что им придётся разгребать всё то, что наворотила герцогская семейка почти за полвека. Даже не знаю пока кому предложить титул герцога и такую непростую провинцию.
— Эшарион, может быть отдохнёшь? — спросила Талия.
— Мне нужно закончить к рассвету. — Ответил я, не отвлекаясь от отчёта тайной стражи по поводу будущего казначея герцогства. — Если быстро не начать выправлять ситуацию, здесь всё резко станет гораздо хуже.
— Тогда не буду мешать. — Произнесла она и взбив подушку, устроилась на диванчике.
Продолжив работать, я наконец разрешил пропускать к себе просителей, потому что город несмотря на ночь не спал, сейчас по всему городу добивают пустых и пытаются помочь выжившим.
— Мы одержали победу, Наместник. Вы довольны? — именно с такими словами вошёл ко мне легат.
— Победа? Оглянись, легат Перенгар, это не победа, а катастрофа. Какой тут может быть повод для радости? Не этого я хотел, иногда действительно думаю, что лучше было бы замарать руки в крови, чем пытаться вычерпать её из лодки, которая медленно идёт ко дну посреди моря крови.
— Вы же справились…
— Только спас души, но не людей. — Покачал я головой. — Сколько сейчас пустых осталось на улицах города?
— Пустых? Мне показалось что это просто звери в человеческой оболочке.
— Из них вырвали дух и душу, остались лишь отмешки ауры, что ты и сам видишь. Кого-то я успел спасти, но многие… — устало махнул я рукой.
— Легионеры остались недовольны. Сначала мы отступили, а после вошли в уже сдавшийся город, где практически не встретили сопротивления. Только несколько больших групп дали нам бой, остальные же просто сдались.
— Им так хотелось бойни. — Вздохнул я. — Мне кажется или наши воины слишком кровожадны. Наверное, давно дорог не прокладывали, судя по практике прошлых Императоров это был действенный способ чтобы направить лишнею энергию в нужное русло.
— Мой Наместник, легионеры сейчас будут недовольны… К тому же вы запретили им взять причитающиеся трофеи.
— Скажи, мне легат, что будет если сейчас легионеры изнасилуют половину жителей этого города? Давай, мне просто интересно. Чем это обернётся для меня, тебя и легионеров?
— Это вызовет толки среди черни…
— Вот, ты граждан Империи даже за людей не считаешь. Тебе не интересен тот факт, что они живут на императорских землях, платят налоги и пусть сейчас они проиграли, ты просто хочешь усугубить положение. Хочешь своим действием и бездействием опорочить меня, как командующего не только войсками, но и управляющего Империей. Сейчас ты разрешишь им насиловать, убивать и грабить, а завтра найдутся те, кто посчитает что я слишком слаб чтобы занимать трон Наместника Империи. К тому же, не забывай, что даже здесь есть семьи легионеров, которые служат Империи, пойдёшь насиловать вместе с остальными матерей, сестёр и дочерей своих подчинённых? Продолжай, легат, мне интересно, каким ты видишь будущее, если бы всё было можно. Теперь уже для себя.
— Согласно закону Империи — виселица. — Мрачно произнёс легат Перенгар и опустился на одно колено. — Приношу свои извинения, мой Наместник.
— Да, а после и для всех легионеров, участвовавших в разбое и изнасилованиях, ждёт та же виселица. А что такое смерть легионеров? Не думал, да? А я расскажу: недовольные жёны с детьми которые остались без достатка, которые будут просить милостыню. Вновь появятся детские банды, которые будут стараться выжить, убивая и крадя. Это порочный круг, легат Перенгар. Да, легионеры недовольны, но прости, зачем вам тогда столько шлюх в обозе? Не расскажешь?
— Я всё понял, мой Наместник.
— Встань, легат Перенгар. — Произнёс я и
