Дин пожал плечами.
- Ты получил всемогущество. В твоей власти было сделать с этой вселенной буквально всё, чего бы ты ни пожелал. Только этого нужно было по-настоящему захотеть, понимаешь? Вот захотел ты богатства – и пожалуйста. Оно перед тобой. В немыслимом масштабе. Захотел подвигов и войнушки – получите, распишитесь, - Император запрокинул голову и рассмеялся, - а нам, простым смертным, всё это расхлёбывать.
- Погоди… погоди… - прошептал Дин, - если это правда, то… почему мама не выздоровела? Я ведь хотел этого, больше всего на свете!!! – он перешёл на крик, и даже вскочил с кресла, указывая пальцем в грудь Императора.
- Ты хотел найти настоящую маму, - вздохнул Император, - а то, что у тебя получилось… она была не настоящей. Она вела себя, как кукла. Как симулякр. Ты это чувствовал. Это было мучительно. А ты не понимал, почему мучишься. Поэтому захотел, чтобы она ушла навеки. Так, хотя бы, твоя скорбь осталась бы настоящей.
Дин застыл; по его лицу катились крупные слёзы.
- Вообще, образы знакомых людей из прошлого у тебя получились не очень, - продолжал Император, - твой отец – карикатурная, обрезанная копия Большого Дэйва. Ты представил себе, что было бы, если бы этот алкоголик не был бы агрессивным и любил тебя чуть больше. Даже твои соратники по базе в Баграме. Ал и Агрина. Вспомнил их, да?
Дин вспомнил.
- Прекрати… - тихо сказал он.
- А смысл? – Император пожал плечами, - ты и сам всё поймешь. Ты ведь сделал свой выбор. Ну скажи, зачем тебе понадобилась память? Зачем ты залез сюда? Нет бы отдать мне ключ! Насколько всё было бы проще!
- Ты бы получил всемогущество, да? – спросил Дин.
Император промолчал, загадочно улыбаясь.
- Скажи лучше, какую мою часть ты представляешь? Чего ты хотел для этой вселенной? – продолжал Дин.
Император вздохнул и посмотрел Дину в глаза.
- Я представляю порядок, - ответил он, - и давай попробую объяснить, что лучше бы тебе отступить и следовать моему пути несмотря на то, что формально ты победил.
Дин выдержал паузу. В его настроении что-то неуловимо изменилось. Только что он выглядел совершенно опустошенным и раздавленными, словно заранее подчиняясь и принимая превосходство Императора, после новостей о маме. Но теперь он сжал челюсти. Расправил плечи.
- Ну попробуй, - сказал он, скрестив руки на груди.
Император стушевался; ещё секунду назад он был совершенно уверен, что его аварийный «план отчаяния» сработал. Всё шло как по маслу. Информация о матери должна была сломать Дина. Он разработал его на случай, если вдруг удача от него отвернётся и, несмотря на все усилия, первой найдёт ключ его другая половина. Он заранее, тщательно и грамотно подобрал неотразимые аргументы и выстроил логическую ловушку, прекрасно зная противника. Буквально как себя самого. Разговор должен был закончится тем, что Дин добровольно отдаст ему все ключи, вместе со всемогуществом. После чего навсегда исчезнет из его новой вселенной.
Но в эту самую секунду что-то пошло не так. И он никак не мог принять решение: то ли продолжать по заранее намеченному плану, то ли импровизировать.
- Если ты – это порядок, - продолжал Дин, воспользовавшись паузой, - то я – это ведь свобода, верно?
Император молчал; прямо на его глазах «план отчаяния» рушился. А он никак не мог придумать новый ход.
- Я даже знаю, о чём бы ты сейчас говорил, - хищно улыбнулся Дин, - я бы сам на себя поставил похожую ловушку. И знаешь что? Этот расчёт был безупречен. Безошибочен.
Император всё ещё пытался собрать осколки своего плана.
- Только знаешь что? – Дин поднялся с кресла, подошёл к кровати, и склонился над Императором, - ты забыл о главном.
Упрямо пытаясь сопротивляться неизбежному, Император вскинул голову, и ответил взглядом на взгляд:
- Начнёшь сейчас вещать про важность свободы воли и выбора? – произнёс он, - только какое это имеет значение, когда твоя вселенная останется средоточием мучений?
- Вовсе нет, - Дин усмехнулся, - ты забыл, что я прожил целую жизнь. Без твоей памяти. В очень странном мире, сотканном из противоположностей. И я – не тот Дин, которого ты хорошо знаешь и помнишь. И уж, конечно же, я – не ты. А что касается мучений… прелесть моего подхода в том, что ничто не вечно. А твой мир, с бессмертными созданиями, с обществом вечной гармонии, с раем и верховным божеством в твоём лице был бы просто обыкновенной тюрьмой. Которая рано или поздно бы деградировала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Ты ничего не понимаешь… - прошипел Император.
- Ты сам выйдешь? – спросил Дин, - или тебе помочь?
Император нехотя поднялся с кровати. Одёрнул парадный мундир. И, сохраняя гордую осанку, с достоинством, направился в сторону двери.
Когда он поворачивал ручку, его рука была твёрдой.
- Подожди, - Дин окликнул своего двойника в последнюю секунду; тот замер в дверном проёме, - ты можешь идти куда угодно. Главное, не лишай себя возможности всё изменить, когда придёт время.
Император, не оглядываясь, затворил за собой дверь.
![]()
Эпилог![]()
Объект был древним. Император любил старину и очень интересовался археологией. В своё время это его увлечение сильно удивляло и озадачивало его отца, Великого Объединителя человеческих миров. Тот старался воспитывать наследника в духе прагматизма, чуть ли не с самого рождения загружая его августейшую голову ценнейшими знаниями по госуправлению, совершенно необходимыми, чтобы управлять огромной звёздной Империей. Наследник даже шутил иногда, что стоило бы отменить декрет о запрете биологического бессмертия для человеческого вида, принятый его пра-пра-прадедом, просто для того, чтобы он мог, наконец, освоить всю образовательную программу.
Зеленовато-серый борт стеной вздымался почти вертикально вверх. Разумеется, ни намека на проход тут не было. Его только собирались сделать – с помощью специально установленного по такому случаю локального мезонного дестабилизатора. Обтекаемый аппарат хищной тенью навис над древним объектом, как специально обученный охотничий исектоид в угодьях Дреймоса, где Император частенько проводил время, чтобы почувствовать единение с дикой природой.
Разумеется, аппарат был многократно проверен имперской службой охраны. Равно как и любой материальный объект на площадке радиусом не менее десяти километров.
Император еще раз внимательно оглядел борт объекта, цепляясь взглядом за каждую из многочисленных оплавленных язвочек. Следов микрометеоритов было много.
- Удалось определить возраст? – спросил он нейтральным голосом, стараясь не выдать внутреннего волнения от встречи с такой древностью. Подлинные эмоции – они слишком ценны, чтобы ими можно было так просто делиться на виду у подданных.
- Да, Ваше величество, - кивнул советник по науке – полный лысый человек неопределённого возраста, - объект был создан более трех миллиардов стандартных лет назад.
Брови Императора удивленно взлетели. Три миллиарда лет… это еще до появления Первой волны Союзов!
- Локализация? – спросил он, - где это сделали?
- Структура и возраст атомов отличаются по сигме от исследованных норм нашей Галактики, - осторожно сказал советник.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- И что это должно значить?
- Вероятно, объект имеет… - советник чуть запнулся, машинально потёр подбородок (ему прощалось такое нарушение придворного этикета), - имеет внешнее происхождение.
Император блаженно улыбнулся, и на секунду прикрыл глаза.
- Мы первыми докажем обитаемость других галактик, - произнёс монарх.
- Со строго научной точки зрения, мы не можем делать такое однозначное утверждение, пока не убедились в содержимом объекта, - ответил советник.
- Так давайте поскорее убеждаться, - улыбнулся Император, - защитное поле активировано?
Эпилог
