неплохое место, получил свои призовые, которых, слава богу, хватило на этот автомат к котлу.
Михаил Моисеевич обладал совершенно уникальной памятью. Мы как-то заговорили о его воспоминаниях, первая часть которых была опубликована в журнале «Юность». Я говорю:
– Михаил Моисеевич, в своей книге вы написали о поездке в Англию и походе в какой-то магазин со своей тогда юной женой. Это было в тридцатые годы, во время одной из первых ваших поездок за границу. Вы пишете о том, как вы выбирали ей шляпку, и приводите с точностью до пенса, что называется, стоимость этой шляпки. Неужели действительно помните?
Он посмотрел на меня как на не вполне нормального человека и сказал:
– Что я могу поделать с собой, если я все это помню? Ну а раз помню, значит, должен об этом написать.
Характер у Михаила Моисеевича был сильный: как же иначе он мог стать чемпионом мира? Были и странности, по крайней мере, так порой казалось. Например, когда отмечали 60-летний юбилей Ботвинника, было много приветствий, задушевных поздравлений, а в газете «Советский спорт» Михаил Моисеевич своеобразно поблагодарил своих поклонников: «Не вижу особой своей заслуги в том, что вместе с Землей я шестьдесят раз обернулся вокруг Солнца».
…О незабвенном Михаиле Моисеевиче можно вспоминать и вспоминать. В 2011 году ему исполнилось бы 100 лет.
В первые годы советской власти руководство шахматами было поручено прокурору республики, близкому к Владимиру Ильичу Ленину советскому революционеру – Николаю Крыленко.
После первого же Всесоюзного шахматного съезда полосы газет и страницы документов запестрели официально признанными лозунгами: «Шахматы – орудие культурной революции», «Шахматы – мощное орудие культурного подъема масс», «Шахматы – орудие политики». Ленину приписывают слова: «Шахматы – это гимнастика ума», все это и многое другое интересное можно почерпнуть из замечательной книги Якова Дамского «Век шахмат». Вообще эта книга, как и многое в творчестве Я. Дамского, читается на одном дыхании. Проникновенно, убедительно, объективно рассказал Дамский и о Михаиле Моисеевиче Ботвиннике.
Советская шахматная организация, возглавляемая Николаем Крыленко, сделала ставку на Михаила Ботвинника как на человека, способного завоевать мировое первенство. Было очень важно показать во весь рост через личность маленького, худенького в очках мальчугана из ленинградской коммунальной квартиры то, что давала каждому гражданину страны советская власть. Ей нужны были символы, и одним из них стал Михаил Ботвинник.
Миша, особенно после переезда в Москву, был постоянно под крылом комсомола. Буквально за собой всюду водил, опекал его тогдашний генеральный секретарь ЦК ВЛКСМ Александр Васильевич Косарев. Он много сделал для того, чтобы создать условия для творчества Ботвинника, для того, чтобы ввести его в активную общественную жизнь.
Дружба комсомола с Ботвинником продолжалась. В подтверждение этому, пусть это даже будет выглядеть несколько нескромно, приведу выдержку из предисловия книги Михаила Ботвинника «У цели», где он пишет о том, например, какая тяжелая судьба была у его первой книги воспоминаний. Вообще, следует сказать, что с издательским миром, с «сильными мира сего» у Ботвинника отношения всегда складывались очень непросто. Ну, вот цитата, точнее сказать, фрагмент из книги Михаила Ботвинника «У цели»:
«…Не без трепета я отнес воспоминания секретарю ЦК ВЛКСМ Пастухову. Понимал, что если и тут буду осужден, то выхода нет…
Спустя какое-то время звонит Борис Николаевич:
– Ночью прочел книгу… залпом, все в порядке. Будем публиковать.
И по решению бюро ЦК ВЛКСМ книга была включена в план издательства «Молодая гвардия». Но там отнеслись к рукописи весьма настороженно. Раздражало прежде всего название «Пишу правду».
– Выходит, другие пишут неправду?
– За других я не отвечаю. Да и придумал не я, а Борис Полевой.
Последовало даже предложение издательства – «Алгоритм игры». Тут я взвыл:
– Позвольте, да у меня уже есть книжка «Алгоритм игры в шахматы»! Читатель вообще запутается!
И в конце концов родилось – «К достижению цели».
Но до одобрения рукописи пришлось пройти еще долгий путь. Я держался стойко.
Вызывает меня Б. Пастухов. Перед ним лежат шесть страничек, которые, по мнению издательства (а скорее всего, Главлита), непременно надо исправить. Смотрю на него укоризненно:
– Борис Николаевич, но это же комедия. Зачем это исправлять?
Пастухов смеется и пять страничек убирает.
– Но вот это, – говорит он, – прошу вас изменить.
– Борис Николаевич, изменить можно, но тогда последуют новые замечания – они ведь просто не хотят публиковать книгу.
Лицо Пастухова стало строгим.
– А вот с новыми замечаниями считаться не будем…
Все же при мне Борис Николаевич звонит заместителю начальника Главлита и спрашивает:
– Какие у вас замечания по воспоминаниям Ботвинника?
По-видимому, ясного ответа не последовало…
– Нет, какие у вас конкретные замечания?
Очевидно, и на сей раз ответ был уклончивым, Пастухов помрачнел.
– Пожалуй, мы еще не готовы издать книгу, – говорю я.
– Нет, советская молодежь должна читать это сегодня.
И книга вышла».
Глава 3. Кто мог спасти СССР
В одном интервью с журналистом комсомольского издания я говорил: «Существует немало сложных вопросов. От них не уйдешь. Вот меня спрашивают: вы не могли не видеть, что в партии и стране многое делается не так, как нужно. Почему не выступили против прежних порядков? А я вам скажу, не стесняясь: мы были воспитаны в таких строгих правилах, что, даже видя недостатки отца, мы не кричали об этом, а старались сказать деликатно, по-сыновьи. Конечно, по меркам сегодняшнего дня многое мы тогда делали не так, и грязь всякую в стране мы видели, и между собой все это обсуждали, хотя истинные масштабы застоя, догматизма и многое другое, что разъедало общество, все эти недуги во всей полноте раскрылись для нас уже потом. Но я бы никогда не смог, разговаривая с молодежью, сознательно бросить камень в партию. Это можно назвать конформизмом – что было, то было. Но кто сможет отрицать, что при этом своем конформизме комсомол сделал замечательное дело – выковал гвардию людей принципиальных и честных, которые составляли и сейчас составляют цвет нации и государства. С этим невозможно спорить. Оглянитесь, посмотрите хотя бы на президентов государств СНГ, просмотрите биографии, например, региональных лидеров России – большинство из них прошло через комсомол. Да, некоторые не хотят вспоминать об этом. Это их право. Но опять-таки – что было, то было.
Не случайно, что некоторые молодые люди, в которых комсомол вложил волю, умение работать, добились ярких результатов в бизнесе».
Простите, я отвлекся и заговорил о том, что не может не волновать меня. Но я сказал об этом потому, что пришло время рассказать о том, что было со мной
