— Вы всё собрали в дорогу? — проверяла она содержимое сумок и рюкзаков. — Завтра в шесть утра отправится автобус с вокзала.
— Бабушка, ты это говорила уже раз пять! — Мишка сердился.
— Лучше один раз сказать, чем пять раз перекладывать вещи! Не хотите молока, ребята?
— Я точно нет. — Отрезал Кирилл, вылупив глаза. — Каждый день молоко — это слишком.
— А если молоко с шоколадом? — не успокаивалась старушка.
— Я тоже не буду, — покрутил головой Мишка.
— А если чай с молоком? Или молоко с вареньем сливовым? Или молоко с ослятиной?
— Эээ… — подняли голову ребята.
— Я пошутила. Пойду, покурю, — старушка сняла тапочки и босиком отправилась на кухню за сигарой в виде большого указательного пальца басс-гитариста известной российской группы.
Приближалось время обеда. Друзья дважды пересмотрели свои вещи, после чего пошли на прокуренную кухню, где бабушка успела приготовить свой фирменным суп… на молоке. «Чудом» она его назвала.
Новая порция волшебного снадобья силой запихало мысли о колдовстве в самую глубь сознания Кирилла. Мишка, также ничего не подозревая, глотал куриное мясо, не жуя.
Погода стояла прекрасная. И ребята не отказали себе в том, чтобы последний день пребывания в деревне повести на озере. Взяв с собой только сменные трусы и полотенца, они попрощались с бабушкой и двинулись в пятикилометровый путь.
На этот раз тучи не закрывали небо, и солнечные лучи обжигали сухую траву от давно не проходящих дождей.
Как же прекрасно лежать на солнышке в полной тишине.
— Меня зовут гном Диги-диги-дон. Господа, я извиняюсь, конечно, — на острый камень забрался маленький голозадый дед. — Вы легли на мои плавочки, которые сама лично шила миссис гном Диги-диги-дон.
Мишка удивлённо пожал плечами, приподнимаясь, пока гном искал свою одежду. Тот долго не задержался. Как только в его руках оказалось то, что он хотел, гном немедленно убежал в кусты.
— Это кто был? — Миша смотрел на то место, где только что стоял гном.
— Диги-диги-дон, — захихикал Кирилл, с разбегу прыгнув в воду.
Холодная вода приятно освежала. Несмотря на несносную жару, она оставалась взбадривающей и оживляющей. Парень всё плыл и плыл, пока не оказался на середине озера. Обернулся, увидев только Мишку, сидящего на одном берегу, и компанию подростков — на другом. Приятное одиночество. Кирилл расслабился и, закрыв глаза, разлёгся на глади озера. Его тёмные волосы легонько покачивало.
Под парнем что-то проплыло, задев его за левую руку. Послышался крик Мишки, прыгающего в воду. Друг как раз направлялся к нему, плывя по-собачьи.
— Только не брызгайся, — Мишка подплыл совсем близко. — Чем занимаешься тут?
— Да вот, покупаться решил. А ты? — Кирилл заржал.
— Нет, ну я серьёзно. Ты тут уже полчаса торчишь. Мне, между прочим, скучно там!
— Говоришь, как девочка, — парень снова погрузился в воду, а затем, расслабившись, лёг на спину. Также поступил и Мишка. Но не существа, следящие за всем этим из глубин озера. Убедившись, что ребята не двигаются, они подплыли ближе.
— Перестань щекотаться. На озере игры запрещены, — медленно говорил Мишка, боясь, что вода наберётся в рот. — Хватит!
Кирилл не слышал. Но неизвестно откуда он почувствовал страх. Парень даже не замечал, как Мишку эти существа куда-то уносят. Странно, но вместе с ним этот страх уходил. А затем неожиданно что-то знакомо кольнуло в груди, и вокруг Кирилла будто лопнул гигантский шар, разнося вокруг воду и водящуюся в ней рыбу. Затем произошёл ещё один сильный взрыв, образовав вокруг парня воронку, в центре которой, опустившись вглубь озера, Кирилл и оказался. Взрывы продолжались, а парень опускался всё ниже, пока не оказался на самом дне, сидя на грязном иле. Он будто находился в огромном круглом аквариуме, наполненном воздухом. Вода была повсюду.
Парень не сразу увидел глядящие на него из-под воды лица. Ясность пришла, только когда песок опустился на дно, и вода стала прозрачной. Волнения и переживания, изживающие его душу изнутри, терзали и душили с новыми силами. Ноги втягивало в мерзкий ил, но юноша старался держать равновесие. Кирилл не ошибся — на него смотрели десятки людей. Но смотрели они на него… невидящими глазами. Белые и загноившиеся, они были готовы выдрать у парня частичку его плоти.
Вода разъедала тела подростков. Во многих разглядеть лица уже было невозможно. Было видно, что некоторые из них пролежали здесь много месяцев.
Ближе всех подплыла девушка, из груди которой торчало острое лезвие ножа. Кирилл чувствовал боль каждого из утопленников. Он знал, что они хотят ему что-то сказать. Страх, поглощающий его изнутри, не проходил. Его тянуло куда-то назад, в ушах гремела музыка. Терялось сознание. Его будто вытягивало из тела.
«Чем больше колдовства, тем быстрее вернёшься домой». В его голове мысленно пробежала фраза. Кирилл ещё не мог вспомнить, кому она принадлежала. Быстро собравшись с силами, он что-то пробормотал под нос. Дивное свечение вмиг охватило парня. Воду больше ничего не сдерживало и она, медленно протекая, будто через маленькие дырочки дуршлага, заполнила всё пространство. Парень остался один на один с мертвецами, которые так и не смогли найти покой. Воздуха уже не хватало. Утопленники подплывали ближе. Наступила паника, одолевающая Кирилла, но он сдерживался, чтобы не поддаться возможности прибегнуть к магии.
Он уже терял возможность видеть — в глазах темнело, а давление оказывало неимоверную силу. Он чувствовал, как его схватили за ногу, чувствовал, как несут куда-то вдаль. Но он знал, что никто не может ему причинить вред. И было бессмысленно сопротивляться.
Юный волшебник лежал на чём-то твёрдом и остром. Слышал, как где-то вдалеке падают капли, будто в каком-то кувшине усиливая звук, разлетаясь эхом. Он слышал хрипы и посапывания со всех сторон. Кирилл вытер глаза, убедившись, что открыл их. Но не видел ничего.
Дважды щёлкнул пальцами, сразу же пожалев об этом. За две секунды, пока небольшая иска осветила пещеру, перед его глазами застыла ужасающая картина. Даже сейчас, когда он снова погрузился во мрак, его чувства обострились. Стоял отвратный запах мертвечины. Вокруг него сидели утопленники. Многие из них имели обезображенный вид.
Ещё один щелчок пальцами. Ещё одна секундная искра. Утопленники подходили ближе, обнюхивая Кирилла, как голодные гиены. Он ощущал на себе их зловонные дыхания. Но слишком близко они подойти не смогли. Как ни старался Кирилл, но сдержать себя так и не удалось. Лазурное сияние начало исходило из него, разбросившись по всей пещере. Пусть и на какое-то время, но утопленники обрели свой прижизненный вид, и стало уже не так жутко. Чувство дежавю почувствовал парень. А в его голове снова заиграла музыка. И вновь тянуло куда-то вдаль.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
