— Да понимаю я все! Просто эти твари…
— Твари тебя волновать не должны! — вмешался Москит. Он уже немного успокоился, остыл так же быстро, как при Пифе. Наверное, отходчивость все же была чертой его характера. И говорил он уже почти нормальным тоном, оскорбительные нотки не то чтобы совсем исчезли, но заметно поутихли. Теперь его тянуло поучать.
«Лучше бы уж орал, как прежде, — подумала Ксанта. — У Дениски терпение тоже не бесконечное. Он ведь как лучше хотел, а нарвался на ураган презрения. Если решит, что его передо мной опустили — а он обязательно так решит, — то может взорваться. Я же его знаю: сейчас парня потянет на подвиги. Вот только этого нам и не хватало».
— Раз не было команды, то и не стреляй, кто бы вокруг тебя ни прыгал, — продолжал ведущий менторским тоном. — Мутанты — они, Кузнец, разные бывают. Некоторых надо валить изо всех сил, пока ствол не перегреется, а некоторых лучше совсем не трогать, чтобы не разозлились. Да и вообще: начнешь палить на каждый подозрительный шорох — считай, засветился, как новогодняя елка. В итоге к тебе такие твари придут полюбопытствовать, кто это тут шумит, что снорки им и в подметки не годятся. Или птичка патрульная прилетит, с той же целью. Или мародеры решат тебя пощупать. Супермены у нас тут долго не живут, здесь не компьютерная игрушка, если облажаешься, начать уровень заново не получится. Хорошо, если останется что-нибудь похоронить, но даже так не всегда бывает. Здесь главное — выжить, парень, а не доказать свою крутизну. А выжить можно только в одном случае: если научишься свой страх слушать. Или ведущего, если страх слушать пока не научился. И когда кто-то из нас двоих, страх или я, скажет тебе, что надо свалить с тропы и отсидеться в кустах — прыгай в сторону. Целее будешь. А захочешь перед кем повыпендриваться, подожди, лучше потом в Киеве перед девчонками свое геройство распишешь в красках, когда вернешься. Наврешь с три короба, расскажешь, как мутантов от бедра валил пачками. Здесь же без слова ведущего геройствовать не стоит, иначе потом некому о подвигах рассказывать будет…
— Знаешь что? — продолжал заводиться Кузнец. — Возле канавы я тебя уже чуть не послушал! И в башне, когда нас осадили звери, слушал в оба уха, как дурак…
Москит опять стал багроветь, но метастазам конфликта не дал разрастись Скай. Неожиданно он вскинул автомат и почти не целясь дал две короткие очереди в сторону. Раздался жалобный звериный вой, и из зарослей прямо на них выкатился подбитый слепец. Пес обиженно выл и дергал задними лапами, но рассматривать полудохлую тварь не было времени, потому что заросли зашевелились.
— А вот теперь огонь! — рявкнул Москит. — Вали гадов! Патроны не экономим!..
Он срезал длинной очередью еще одну слепую собаку. Вокруг выли, ревели и рычали выпрыгивающие из кустов радиоактивные монстры — десяток, не меньше. Они лезли отовсюду, мешали друг другу, нарывались на пули, но на месте выбитых немедленно появлялись новые — еще более уродливые, кривобокие, смердящие гнилью. Словно сама Зона прислала их мстить за расстрелянных снорков.
Позади Ксанты, оставшейся за спинами отчаянно матерящихся и палящих во все стороны мужчин, внезапно затрещали ветви. Она развернулась на сто восемьдесят градусов и увидела в полуметре от себя высунувшуюся из зарослей гротескную морду демона, увенчанную четырьмя кривыми, торчащими в разные стороны клыками. Кричать времени уже не было, поэтому девушка прямо от бедра, даже не вздернув оружия, дала длинную очередь. «Узи» действительно повело в сторону, как и обещал Денис. Ствол оказался направлен слишком низко, поэтому первые пули из почти целиком ушедшей в кусты очереди хлестнули чудовище по ногам и груди. Кабан отчаянно взвизгнул, взбрыкнув и едва не достав Оксану страшными клыками. Москит тут же отшагнул назад и всадил очередь в оскаленную морду твари. Переполошившийся Кузнец добавил жару, и нашпигованный пулями кабан упал на передние ноги. Мутант еще некоторое время дергался, яростно пытаясь ползти вперед, без ног, с развороченной грудью — все равно, лишь бы добраться до врага и разорвать его, в то время как Денис и Ксанта продолжали рвать его свинцовым дождем, а Москит снова поддержал Ская, удерживавшего противоположное направление.
— Контролер! — выдохнул ведущий, когда звериный натиск ослаб. — Шел параллельным маршрутом, услышал выстрелы и решил, что мы напали на него. Вот и натравил на нас свое стадо…
Наверное, Кузнец сейчас должен был чувствовать себя последним идиотом. Впрочем, именно так он себя и чувствовал. Но на раскаяние и оправдания не было времени — мутанты снова начали наседать. Теперь они перли с двух сторон. Очередной слепец корчился у самых ног Ксанты с перебитой спиной, другая тварь выла в стороне, вылизывая распоротый пулями бок. Девушка стреляла не переставая и уже ощущала нешуточный азарт схватки. Да, все эти гниющие тела, смрадные пасти, изуродованная плоть вселяли страх, хоть она и видела мутантов раньше, на биостанции. Но бесконечная череда нападений и перестрелок притупили остроту ощущений, оставив лишь дикий, неконтролируемый адреналин охотника.
Это продолжалось всего несколько секунд — а может, целую вечность. Потом боек «узи» сухо щелкнул, автомат захлебнулся, и сколько Оксана ни давила на спуск, больше ей выстрелить не удалось. Во время боя она, в отличие от опытных вояк-мужиков, патроны не жалела, поэтому магазин быстро опустел. Она принялась в панике шарить по карманам бронежилета — был же, был ведь еще один! — с ужасом глядя, как на оставшегося без поддержки Дениса, тут же загородившего ее собой, с удвоившейся яростью наседают свирепые чудовища. Скай покосился назад, но с его стороны дела были еще хуже, поэтому он не решился бросить Москита, чтобы поддержать Кузнеца.
Выстрелы и вой продолжали сотрясать воздух. Так и не найдя запасного магазина, охваченная отчаянием Ксанта раскачивалась из стороны в сторону, обхватив руками гудящую голову. Она совершенно не представляла, что может сделать в сложившейся ситуации, как помочь ребятам. Голова заболела внезапно и очень сильно, словно специально дожидалась самого неподходящего момента. Мощный тревожный пульс бился в затылке. Мысль о том, что верный Дениска может погибнуть из-за нее, выворачивала сознание, заставляла Ксанту рычать от бессилия. Она готова была врукопашную броситься на хищных мутантов, душить их голыми руками и рвать зубами, но тело не подчинялось ей — казалось, все физические силы уходят на то, чтобы справиться с невыносимым, оглушительным барабанным боем внутри черепной коробки, спустя несколько мгновений окончательно заслонившим собой реальность.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
