По губам эльфа скользнула неожиданно-жестокая улыбка, и я внутренне содрогнулся от столько резкой перемены. Отчего-то мне ясно представились багровые потеки на белоснежной стене и безжизненные тела сородичей Селены, небрежно сваленные в одну груду на земле. Я посмотрел на эльфа, он ответил мне странно-напряженным взглядом, и я понял, что картина, возникшая в моем мозгу, его рук дело.
– Это прошлое, – медленно произнес он. – Когда-то все было не так. Не было этого города и тем более стен. Мы жили намного скромнее, но уже тогда бок о бок с этими… – он пренебрежительно скривил губы. – А потом начались распри, пролилась первая кровь. Вот когда мы поняли, что не нужно больше полагаться только на защиту леса, хотя он как может предупреждает нас, а то и ограждает. Конечно, теперь подобраться к нам и при этом остаться незамеченным очень трудно. Все подступы к лесу хорошо просматриваются и охраняются. Но то, что ты видел, было задолго до этого. Они тогда вновь попытались напасть, многих потеряли, но до города добрались. И совершенно неожиданно для себя напоролись на наши стены.
– И что? – осторожно спросил я.
– Больше они таких попыток не предпринимали.
Он холодно улыбался, а его травянистые глаза отстраненно глядели куда-то вдаль, сквозь деревья.
– А я слышал, что они довольно мирные существа и даже больше того, абсолютно безобидные по натуре, – как можно небрежней обронил я.
Шедший сзади Этан краем уха прислушивался к нашей беседе и при этих моих словах обидно рассмеялся.
– Безобидные, – повторил он. – Это, случаем, не они тебе так сказали? А что еще? Что мы в противовес им злобные и жестокие?
Я предпочел не отвечать. Вместо этого спросил:
– А куда мы идем?
Танаил неодобрительно покосился на меня – слишком много болтаю, за такое можно и схлопотать, и промолчал.
Больше лезть с расспросами я не посмел, тем более что за Этаном в некотором отдалении шагает Раэль. А этот вообще на меня зуб заимел такой величины, что только с Веландом и сравнится, так что лучше вести себя тише воды и ниже травы. Семенившая позади него парочка, которую я так и не знал, к кому отнести, замыкала шествие. Я невольно порадовался, что меня от них отделяет вполне приличное расстояние. Не понравились они мне с первого взгляда. Низкорослые, мне где-то до середины груди, космы длиннющие цвета болотной тины, руки-крюки и глаза вытаращенные смотрят так, что сразу не по себе становится. Я пожалел, что рядом нет верного гулона, но его Танаил удачно сплавил какому-то неизвестному мне эльфу, и зверь послушно пошел за ним. Я попытался было воспротивиться, крикнув: "Эй! Куда?! Оставьте зверя", но меня проигнорировали. Дальше было только два пути – драться или молча проглотить расставание с гулоном. Лезть в драку я посчитал безумием, учитывая, что о моей магии теперь можно лишь мечтать, а на все остальное я и вовсе небольшой умелец. Так что пришлось довольствоваться вторым. Да и не дали мне особо времени на раздумья, толкнули в спину. Танаил подбородком указал направление, вот я и пошагал.
Брели мы, на мой взгляд, довольно долго. Точнее, брел-то я один, то и дело спотыкаясь то о кочки, то о корни, будто специально поднимающиеся из-под земли при моем приближении. Остальные шли как по широкой утоптанной дороге. Им ничего не мешало, а вот меня то и дело хлестали по лицу ветки, стоило мне лишь посмотреть себе под ноги. Я внутренне злился. Мне начинало казаться, что лес настроен против меня, вот и занимается мелкими гадостями. Я вообще не мог понять, как можно идти там, где идем мы. Ни тебе тропинки, ни даже намека на нее. Так, ломимся сквозь лес невесть куда. Особенно это касалось меня. Столько шума, сколько производил я, этот лес, наверное, еще не слышал. Вон вокруг тишина стоит на версту вперед. Это все живое заранее разбежалось.
Раэль, доселе шедший молча, неожиданно вполголоса заговорил с неизвестной парочкой, которую я молча окрестил карликами. Я сразу же насторожился, навострил уши, надеясь уловить хоть пару слов – вдруг да про меня! – но мне сегодня явно не везло. Все, что до меня долетало, было произнесено не только очень тихо, но и на непонятном мне языке. Помнится, в детстве отец не единожды пытался научить меня тем крохам эльфьего языка, которыми владел сам, как он выражался, на всякий случай. Я даже добросовестно делал вид, что пытаюсь вникнуть во все, что он произносил, но то ли плохо вникал, то ли язык этих эльфов разительно отличался от того, коим владел мой отец. В любом случае я не понял ни слова, но зато так увлекся процессом подслушивания, что совершенно перестал глядеть себе под ноги, чем мгновенно воспользовался зловредный лес. Толстый корень незаметно выполз передо мной из-под земли и выгнулся, чтоб мне удобнее было споткнуться. Я сделал несколько неосторожных шагов, а на следующем зацепился за него носком сапога, покачнулся, нелепо взмахнул руками и понял, что падаю прямо мордой в муравейник. В отчаянии я с удвоенной энергией попытался если уж не сохранить равновесие, так упасть на что-нибудь другое. Этим "чем-нибудь" оказался Танаил. Я навалился на задумавшегося эльфа, который даже не успел удивиться и тем более чем-либо мне помочь, и повалил его на землю.
Этан, не ожидавший такого поворота дел, сам невольно прислушивался к ведущейся за спиной беседе и совершенно не обращал внимания на то, что творилось прямо перед его носом, а потому в свою очередь споткнулся об нас, при этом больно пнув меня ногой в бок, и свалился сверху. Я порадовался, что внизу оказался Танаил, а не я. Это эльфы только с виду кажутся совершенно невесомыми, а вот когда этот Этан лежит на тебе, понимаешь, что все это лишь видимость.
Обалдевший Раэль резко оборвал разговор со спутниками и кинулся подымать товарища. Понимая, что мне такая честь вряд ли будет оказана, я предпочел слезть с Танаила сам. Эльф, который под нашим весом даже вздохнуть не мог, выглядел бледновато, но от моей помощи отказался, поднялся сам.
Раэль, придерживая его за плечо, смотрел на меня так, словно я специально подстроил падение, чтобы сбежать от них. Тонкая рука эльфа так и тянулась к кинжалу.
Я оскорбленно выпрямился и взглядом дал ему понять, что если он вот прямо сейчас не уберет от ножа руку – без всякой магии порву его на кусочки. Он в свою очередь взглядом ответил, что прежде успеет меня зарезать. Не даром же эльф, умеет быть быстрым как ветер, а если сильно надо – то даже еще быстрее.
– Нельзя людей в лес пускать, – пробормотал Этан, отряхивая одежду от налипших травинок и еловых иголок, – ведут себя хуже зверей, все срубят, поломают…
– Особенно, если помогут, – огрызнулся я. – Это ваш лес все подстроил, так что не надо в меня пальцем тыкать. Я спокойно шел, никого не трогал, а он как нарочно норовил меня то веткой по роже хлестнуть, то корень под ноги подставить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
