Титов.
— Вопросы ещё остались? — Всеволод Михалыч посмотрел на Бориса и тут же про него забыл, так как на льду братья Голиковы и Александр Мальцев устроили ещё один штурм ворот Геннадия Лапшенкова.
Старший из братьев Голиковых, Александр обыгрался в левом углу с младшим Владимиром и прострелил вдоль ворот «Химика». Шайба заметалась между игроками обороны и ворвавшимся на пятак Мальцевым, однако вновь была выброшена в поле. Это значило, что нужно всей пятёркой покинуть зону атаки и постараться повторно взломать плотную и вязкую оборону гостей. Вообще играть против команды, собранной Николаем Эпштейном в маленьком подмосковном Воскресенске, никто не любил. Их даже за манеру игры, завязанной на резких контратаках от обороны, называли «чехами». И не было сезона, чтобы «Химик» не отобрал очки у заведомых лидеров всего советского хоккея.
Но в этот раз, приняв шайбу на хорошей скорости в средней зоне, Александр Мальцев сольно проскочил через самый центр обороны подмосковной команды, и качнув голкипера в левую сторону, точно бросил в правый верхний угол ворот.
— Гооол! — Закричали все три тысячи человек на маловместительных трибунах спортивного дворца ЦСКА.
* * *
В раздевалке «Динамо» в перерыве после первого периода Борис Александров молча смотрел в одну точку. И ему было от чего загрустить, ведь тройка братья Голиковы и Александр Мальцев забросили ещё одну шайбу, доведя счёт до 2 : 0, отличился Голиков старший.
— Ты чего скис? — Подтолкнул его в плечо Сергей Мальцев, младший брат лидера динамовских атак. — Сегодня какой день?
— Вторник, — вяло ответил «Малыш».
— Не вторник, лапоть! Ха-ха! А день конституции СССР, официальный выходной и всенародный праздник. — Сергей, который выходил на лёд по этим самым большим праздникам ни грамма не переживал, что из игры в игру протирает хоккейными шортами лавку. — После матча в «Юности» банкет. Сусанка, Сашкина невеста, — хоккеист кивнул в сторону старшего брата, — девчонок приведёт из своего мюзик-холла, позажигаем. Расслабься и получай удовольствие.
— Слушай, Серёга, а тебе не обидно, что ты вечный запасной в команде? — Спросил Борис одноклубника. — Неужели тебе не хочется в сборную пробиться, на чемпионат Мира поехать, на Олимпиаду?
— Я считаю, что всё зависит исключительно от везения. Вон Сашка мой попал к хорошему тренеру, заметили его вовремя. Всё — лидер сборной страны, жизнь удалась.
— Удалась? — Пожал плечами «Малыш». — Что ж он чемпионат СССР ни разу не выиграл? И вообще, мне банкет в «Юности» до одного места. Я в Америку хочу на «Кубок Мира». — Борис от досады ударил клюшкой, словно Дед Мороз посохом об пол, и первым пошёл из раздевалки.
— Зазнался ты, Боря, нехорошо отрываться от коллектива! — Сказал ему в спину Мальцев младший. — Знаешь, почему одна маленькая, но гордая птичка обожгла себе крылья и упала на дно самого глубокого ущелья?
— Пить надо меньше! — Отмахнулся «Малыш», остановившись на пороге.
* * *
Всеволод Михайлович Бобров лишь вчера вечером сообразил, почему Андропов был удивлён звонку Тафгаева из Чикаго. Не мог Иван позвонить ему из США, минуя прослушку и согласования в КГБ. Это значит, что безалаберный хоккеист на свой страх и риск каким-то образом оказался в Союзе! Может быть, поэтому сегодня Бобров чувствовал себя на нервном взводе, и победа ему была нужна как воздух. Но спустя два периода нелёгкого матча, счёт на табло всё так же держался прежний — 2 : 0. «Очень скользкий счёт, — подумал Всеволод Михайлович, глядя на то, как его парни безуспешно бьются об защиту Воскресенского «Химика». — Сейчас один «дурак» в контратаке случайно залетит и в конце игры можно до победы и не дотянуть».
В подтверждении его нелёгких дум, воскресенские братья Сырцовы, Владимир и Александр, перехватив шайбу в защите, на всех порах полетели в атаку вдвоём против одного Валерия Васильева.
— Внимательней! Внимательней! — Выкрикнул Бобров, отлично понимая, что сейчас его никто не услышит и замер на месте, сжав кулаки от внутреннего напряжения.
Александр Сырцов по дальнему борту ворвался в зону атаки, катнул шайбу на своего брата, а защитник Васильев хоть и махнул клюшкой стараясь прервать опасную передачу, но промахнулся. Поэтому Владимир бросал в касание в пустой угол «динамовских» ворот уже наверняка. Щелчок и вдруг, в невероятном прыжке рыбкой на лёд, Минеев сыграл высокоподнятыми вратарскими щитками. Точнее шайба сама ударилась о задранный верх щиток голкипера бело-голубых и улетела далеко за пределы поля.
— Молодец Миней! — Гаркнул Всеволод Михалыч, и зрители на трибунах разразились бурными аплодисментами.
Бобров бросил взгляд на скамейку запасных и увидел сидящего мрачнее тучи Борю Александрова. «Забыл про парня, ёкарный бабай», — усмехнулся про себя старший тренер и скомандовал:
— Титов, Репс и Александров на лёд. Поактивней, поактивней, двигаем батонами, не спим, как говорил Тафгай! — Нервно хохотнул он и пару раз хлопнул в ладоши.
* * *
Выход в третьей тройке нападения «Малыша» немного обрадовал и в то же время огорчил. Ведь каждый хоккеист знает, если тебя перевели в третью или четвёртую тройку, то твой удел не думать о созидании, а удачно отыграть в защите или отработать в прессинге, дав тем самым передохнуть лидерам своей команды. «За что? — подумал Боря, поставив клюшку на лёд в своей зоне защиты, и ожидая, чем закончится вбрасывание, на которое встали динамовец Титов и центральный нападающий «Химика» Фролов. — Что я делал не так? И пахал на тренировках и шайбы забрасывал в важнейших матчах, почему мне снова приходится выгрызать своё место среди лучших форвардов «Динамо»? Я ведь теперь ни капли в рот не беру, куда же пропала удача?».
Московский судья Резников вбросил шайбу и её тут же у Миши Титова выиграл игрок воскресенской команды. Но Борис ловко ускользнул от своего опекуна, рванул на игрока обороны «Химика», который уже замахнулся для щелчка по воротам и присев на одно колено прикрыл левой рукой подбородок. От мощного выстрела шайбой по защите в грудь, мигом перехватило дыхание. Только одна мысль — рвать что есть силы за шайбой, не дала Боре рухнуть на лёд, скорчившись от боли. И «Малыш» полетел, ведь она, шайба, отскочила о его тела на синюю линию, где бесхозно выкатилась в среднюю зону.
— Шайбу! Шайбу! — Завелись трибуны, когда увидели, что игрок по №25 убегает от воскресенских хоккеистов один на один на ворота Лапшенкова.
— Давай «Малыш»! —
