Падре Вальверде говорил долго и горячо. Когда он ушел, у Пизарро горели глаза, и от недавней робости не осталось и следа. Рано утром он созвал солдат и обратился к ним с пламенной речью.
— Будьте смелыми, идите вперед, — убеждал он. — Бог вступится за нас. Он предаст в наши руки язычников. Недаром видел я сегодня во сне огненный меч вон над этими высотами. Туда нам и надо итти. Там — победа, золото, отдых.
По узкой, опасной дороге тронулся испанский отряд к Кахамальке, поблескивая на солнце латами, шлемами, копьями. Раскаленная сталь жгла плечи. Спина ныла под тяжестью вооружения. Яркий свет отвесных лучей резал воспаленные глаза. В разреженном горном воздухе сердце билось прерывисто и учащенно, но люди были полны решимости, и в мерном гулком шаге их как будто звучал неумолимый приговор судьбы.
Перуанские лазутчики донесли начальству: «Белые колдуны полезли в горы».
XXIII
Необыкновенна, величественна страна, в которую вступил теперь маленький отряд! Если бы можно было взлететь выше, чем летает кондор, глаз увидел бы вот что.
Горная цепь, высящаяся в двадцати-тридцати милях от берега, тянется далеко на юг, почти до самого конца континента. Непрерывной чередой следуют друг за другом каменные гиганты, один другого выше и торжественнее. Суровой мощью веет от Чимборазо, белая шапка которого никогда не тает и высоко вздымается над линией облаков; жуткая ярость подземных стихий, притаившихся, но не успокоившихся, черным облаком окутала кратер вулкана Котопахи; кажется, вот-вот засверкают там молнии и лава, пепел, огонь вырвутся из дремлющего жерла; ослепительно сверкают склоны далеких ледников; гордо врезаются в небо неприступные пики, которых никогда не касалась человеческая нога. Чем дальше к югу, тем выше. На семнадцатом градусе этот взлет могучих каменных глыб достигает предела: Невада-де-Сорато поднялся над землей почти на семь километров; немногим, всего несколькими сотнями метров, уступает ему его соперник — Иламини. Потом горная цепь постепенно суживается и понижается, но и на крайнем юге вершины ее могли бы поспорить с высочайшими хребтами Европы.
Но в шестнадцатом веке люди не летали, а ползали. В шестнадцатом веке люди не знали географии. И когда они добрались до середины этого гранитного лабиринта, казалось им, что не будет конца этим отвесным стенам, этим пропастям, этим ущельям, этим острым скалам — страшным памятникам земных катастроф. Маленьким, и слабым чувствовал себя человек, когда он всползал, как муравей, по едва приметным тропинкам, ежеминутно рискуя сорваться в бездонные пропасти. Но еще меньше, еще слабее ощущал себя он, когда где-то глубоко в недрах гор раздавался не то стон, не то глухое урчанье, и почва тряслась под ногами, и с грохотом проносились над головой обломки скал, летевшие в пропасть. В Андах, что значит по-перуански «Медные горы», земля утыкана вулканами, как чертополох шипами, и редкий месяц не лихорадит ее от внутреннего жара.!
А все-таки и здесь человек боролся с природой. Он хотел одолеть эти мрачные громады, голые камни одеть зеленью, бесплодные откосы оживотворить влагой. Наперекор землетрясениям, дневному зною, ночному холоду, обвалам, трудностям путешествий он забрался в самое сердце горных массивов и всюду, где можно, — на широких плато, в узких долинах, по склонам гор, на маленьких площадках, прилепившихся, словно птичьи гнезда, к обрывистым скалам, — разбросал хижины, деревушки, каналы, водопроводы. В корзинах, на спине, он носил из долин плодородную землю и насыпал ее на камни. Чтобы ее не унесло дождем, он возводил около искусственных участков каменные стены; чтобы удобрить почву, собирал гнилушки и птичий помет. На новый участок нужно потратить лет десять упорного труда, прежде чем он начнет давать урожай. И все-таки человек изо дня в день дробил киркой горные породы, носил ил, ветви, сухие листья — и так от рождения до смерти.
Несчитанные века прошли, прежде чем человек одолел природу. Но зато и природа щедро вознаградила его за труды. Ведь в Андах можно одновременно застать все времена года: в самом низу царит вечное лето, повыше — теплая весна, еще повыше — прохладная осень, еще выше — вечная зима с ее холодом, льдами и снежными бурями. И потому на небольшой сравнительно территории там можно встретить самые разнообразные растения: в равнинах растет какао, не выдерживающее даже легких заморозков, и бананы экваториальных широт; на высоких плато — плодовые деревья и злаки умеренного климата, а между этими двумя полосами размещается богатейшая растительность тропиков и субтропиков. Когда к теплу и свету, в изобилии данным природой, присоединяется вода, проведенная рукой человека, земля родит обильно. На необитаемых дотоле пространствах возникает сложная общественная жизнь, из маленьких племен складывается могучее, прекрасно организованное государство.
Постройки времен инков.
Когда оно зародилось? Завоеватели этим не интересовались, да и сами перуанцы не много могли бы рассказать об этом. У перуанцев не было письменности, и узелки квипуса, хранящиеся в храмах, очень неясно передают прошедшую историю. Пятьдесят или шестьдесят лет прошло, прежде чем ученые монахи исследовали развалины древних храмов и дали первые сведения о предшественниках народа квичуа. И только лет через триста европейские ученые после многочисленных раскопок и долгих изысканий смогли более или менее точно выяснить, как образовалось государство инков.
За триста пятьдесят или четыреста лет до появления испанцев на горных плато Анд жил народ аймары. Судя по древним памятникам, аймары прожили здесь больше полутора тысяч лет и за это долгое время достигли довольно высокого уровня цивилизации. Они строили огромные храмы в форме ступенчатых пирамид, умели обрабатывать медь, изготовляли прекрасную глиняную утварь с изящными и яркими рисунками, ткали шерсть и хлопок. В их гробницах находили множество музыкальных инструментов. По-видимому, это был трудолюбивый и мирный народ, любивший веселье и развлечения и мало склонный к завоевательным войнам. От соседей его ограждали горы и море, и потому об обороне ему редко приходилось думать. Богатый народ, избалованный приятным климатом и спокойной жизнью, стал легкой добычей для воинственных племен, обитавших в северо-восточной части Южной Америки.
Из этих племен самым многочисленным и наиболее хорошо организованным было племя, или, вернее, народ, квичуа. Наиболее влиятельным родом среди квичуа были инки, которые мало-помалу и стали правящим сословием. Инками руководил родовой вождь, Приобретавший постепенно все больше и больше влияния и сделавшийся наконец наследственным монархом. Слово «инка» (в переводе — «сын Солнца»), обозначавшее раньше целый род, стало тогда применяться только к монарху. Народ квичуа, в противоположность аймарам, вел непрерывные войны с соседями и на протяжении долгих столетий приобрел военные навыки и развил в себе все те свойства, которые необходимы для воина: храбрость, сметливость, выносливость, дисциплину.
