У Поддубного вновь потемнело в глазах. У него хотели забрать его заработанные потом и кровью деньги.
Началась церемония награждения. Ивану надели на шею золотую медаль – первую в его жизни, – а затем председатель оргкомитета чемпионата торжественно объявил, что денежный приз будет вручен победителю завтра.
«Значит, правда», – подумал Иван.
Солидный господин в сюртуке, галстуке-бабочке и в золотом пенсне мало походил на мошенника, но его выдавали глаза, они суетливо бегали по сторонам.
– Чемпионат закончен! – зычно объявил он. – Прошу всех к выходу!
Поддубный еще чувствовал непогасшую энергию зала. Это единственное, чем он мог еще воспользоваться, обратить ее в свою пользу.
– Э, нет, так не пойдет! Деньги на арену и мое пальто тоже. Без приза я не уйду! – крикнул он.
Зал ответил одобрительным гулом.
– Деньги на арену! Приз давай!
– Неужели вы думаете, мы вас обманем? – вскинул брови председатель.
– Именно так я и думаю. А еще мне сказали, что меня собираются убить! – без лишней дипломатии ответил Иван.
Председатель стал объяснять, что деньги находятся в банковском сейфе. А банк в такое позднее время закрыт и доставить их в цирк возможно только утром. Но зал не поддавался на провокацию. Иван стоял на арене с пальто в руках и упрямо твердил:
– Никуда без денег я не уйду. Делайте что хотите.
Назревал крупный скандал. В дело пришлось вмешаться находившемуся в зале главе петербургской полиции. Он приказал арестовать кассу цирка и взять призовые деньги из нее. Что и было сделано. Обещанные пять тысяч рублей принесли на манеж и вручили победителю.
С деньгами и золотой медалью победителя Поддубный в сопровождении толпы зрителей покидал цирк. Его встречал живой коридор почитателей, растянувшийся вдоль улиц до самого Литейного моста. Звучали крики:
– Ура!
Когда извозчик вез Ивана, он с недоумением смотрел на людей, приветствующих его с тротуаров. Махали шляпами, платками, кричали так, словно случилась победа в большой войне. Он обернулся на своего пассажира и спросил:
– Барин, скажи на милость, кто ты такой будешь?
Самое странное, он, не интересовавшийся борьбой, все же слышал фамилию Поддубного и понял-таки, в чем дело.
* * *
В том же 1905 году в Париже проходили очередные соревнования по французской борьбе на звание чемпиона мира. Естественно, пропустить такое событие Иван Максимович не мог. Все, что он делал до этого, вело его на чемпионат. И вновь он оказался в Париже. Но местная публика уже успела его забыть. Сперва практически никто не делал ставок на борца с Полтавщины. А пари здесь временами заключались на астрономические суммы. Случалось, что проигравшие даже стрелялись.
На чемпионат собралось сто сорок сильнейших борцов со всего мира. И Поддубный с первых же дней засиял в этом созвездии. Ему удавалось всех укладывать на лопатки. Игроки, делавшие ставки, тут же переключились на Ивана. Была и встреча с Раулем ле Буше. На этот раз внешне она прошла не так драматично. Поддубный уже не напоминал ему о прошлых обидах. Все на ковре происходило в рамках правил и традиций. Когда после получасовой схватки француз оказался прижатым к ковру, он прошипел Ивану в лицо:
– Ты ответишь мне за это кровью. Тебя убьют.
Тогда Иван Максимович списал это на эмоции. Мало ли что можно сказать, потерпев обидное поражение? Но зря он не придал значения этим словам. Просто не было времени подумать над ними. Впереди Поддубного ждала финальная схватка с датчанином Иессом Педерсеном. Вся пресса неизменно величала его «самым сильным человеком в Европе», и это было правдой… но только до встречи с Поддубным.
Соревнования проходили в великолепном театре «Фоли Бержер». Иесс сознательно выбрал не зрелищную, зато надежную технику оборонительного боя. Он надеялся измотать Поддубного, а потом собирался перейти в наступление. Иван сразу же раскусил его замысел. Он сделал вид, что устает, специально тяжело дышал, совершал кажущиеся ошибки. И вот Педерсен поддался на уловку, посчитал, что противник «созрел», тут он и провел свой любимый обхват. Однако Поддубный только и ждал этого момента, был к нему готов. Иван Максимович мгновенно наклонился назад и тяжестью своего тела увлек за собой датчанина. В падении он подмял Педерсена под себя и бросил на лопатки.
Бросок оказался таким сильным и неожиданным, что датчанин еще несколько минут лежал на ковре, не будучи в силах подняться самостоятельно. Пришлось ставить его на ноги. Поддубный торжественно принял призовые деньги – десять тысяч франков, диплом и ленту чемпиона мира 1905 года.
Заветная мечта сбылась. Теперь перед ним открывались все двери. Любой импресарио считал за счастье подписать с ним контракт. Ни один цирк не отказался бы от его выступления. При этом Поддубный мог диктовать свои условия.
Вернулся в гостиницу он поздно. Не успел даже раздеться, как в дверь постучали. Усталость была такой, что не хотелось никого видеть, но все же он подошел к двери и спросил:
– Кто здесь?
– Это я, – послышался тихий ответ.
Иван, хоть они и не виделись несколько лет, тут же узнал голос Матильды, сразу же открыл. Молодая женщина скользнула в номер, торопливо закрыла за собой дверь.
– Извини, я должен был сам отыскать тебя, – произнес он, обнимая свою бывшую любовницу.
– У меня мало времени, – проговорила женщина торопливо. – Я вырвалась всего на минутку. Ле Буше нанял убийц. Берегись. Тебе нельзя оставаться в Париже.
– Ты уверена?
– Я слышала это своими ушами. Он страшный человек.
Иван хотел задержать ее, но Матильда выскользнула из его рук и исчезла за дверью. Поддубный стоял и вдумывался в ее слова. Вспомнились и бешеный взгляд поверженного Рауля, и его обещание, что Иван заплатит за свою победу кровью.
– А ведь это не шутки, – решил Поддубный. И ему по-настоящему стало страшно.
Импресарио, с которым Иван уже подписал контракт на турне, почему-то даже обрадовался этому сообщению.
– Ну так и хорошо. Не станут же они гоняться за вами по всему миру. Просто не успеют за нами. Не откладывая, начинаем гастроли. Вас ждут повсюду. С чего начнем?
Так и началось продолжительное турне Ивана Максимовича. От гастролей в Северной Италии пришлось отказаться. Киллеры преследовали Поддубного по пятам. Кстати, не один только ле Буше собирался с ним поквитаться.
Пришлось ввязаться в выступления борцов в Северной Африке. Поддубный гастролировал в Бельгии, посетил Германию, где наконец-то побывал в полулегендарном для каждого настоящего циркового борца Гамбурге с его знаменитым «гамбургским счетом». Эта традиция уже ушла к тому времени в прошлое, уступив место чемпионатам мира. Пять лет странствовал Поддубный, и всюду ему сопутствовал триумф. Выступил он и в Северной Италии, даже завоевал титул чемпиона этой страны. Еще пять раз он сумел подтвердить звание чемпиона мира по французской борьбе. Теперь он был непревзойденным. Никому до этого не удавалось что-либо подобное. Теперь в газетах его называли «чемпионом чемпионов».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
