заметил странные вещи, но по понятным причинам все мои перемещения на АЭС были строго ограничены лишь административным корпусом, где не происходило ничего.
Отец наконец-то уволился со станции, но переезжать из Припяти я их с мамой пока отговорил. Пришлось привести массу доводов, но по итогу, они решили повременить с этим. После этого отец устроился на завод «Юпитер» — второе после ЧАЭС крупнейшее предприятие в городе. Конечно, зарплата была немного ниже, да и должность ему не очень нравилась, зато я был уверен, что уж там-то точно ничего не взорвется.
Я продолжал выходить на свою работу помощника инженера, производя настройку электронно-вычислительных машин, которые постоянно ломались и выходили из строя. Сама по себе работа была несложной, но жутко занудной. Сделал для себя окончательный вывод, что для меня никакого интереса в этой области не было в принципе. Подсознание реципиента не в счет, тот явно любил копаться в компьютерах, хотя дома ничего подобного не было. Даже странно получалось…
В один из дней мне удалось прихватить с работы три комплекта белой униформы и вынести их с территории электростанции, под предлогом того, что забираю их в химчистку. Это было вовсе не обязательно, ведь рядом с раздевалкой имелась своя прачечная, но некоторые все равно забирали одежду домой. Ее я намеревался использовать в тот момент, когда мы проникнем на территорию станции, чтобы не привлекать ненужное внимание.
Еще нам предстояло сделать маски, чтобы нас никто не мог узнать. Григорий предложил использовать обычные противогазы, но мы с Виктором дружно отмели эту идею и на то было несколько причин. Во-первых, в них тяжело дышать, а учитывая обстановку, время и уровень стресса, несложно себе представить, что из этого получится. Во-вторых, в них крайне ограниченный обзор, что только помешало бы нам. Ну и в-третьих, в них было очень жарко. Гриша покрылся седьмым потом, хотя провел в нем всего пятнадцать минут и это при том, что в квартире было не жарко.
Виктор сослался на маски-респираторы «Лепестки», но и они меня тоже не устраивали. Они намокали, соскакивали с лиц и вообще держались на лицах на честном слове. Если придется побегать, толку от них не будет. Нам определенно нужно что-то легкое, простое и надежное в использовании. Чувствую, тут тоже придется поработать ручками. Я вспомнил, что в будущем на вооружение поступят комплекты ВКПО, в составе которых есть маски-балаклавы. Вот их-то я и собирался взять за основу. Для этого пришлось обратиться в ателье, а объяснил я все тем, что готовим их для театрального представления, сославшись на фильм «Пираты XX века». Прокатило, удобные и тонкие маски по моим наброскам были готовы уже через три дня.
Еще несколько раз мы встречались с Юлей. Ее отца дома не было — командировка затянулась аж на месяц, поэтому квартира была полностью в нашем распоряжении. Ее искренне радовал тот факт, что я завязал с военной службой и теперь мы могли видеться когда угодно. Она даже потащила меня с собой в Киев, показать свой университет и общежитие. В итоге еще два дня выпало из жизни.
Во время прогулок по крупному городу, я увидел военторг, где и приобрел недорогой бинокль. Юля предлагала мне взять бинокль у отца, но я отказался. Сослался на то, что готовлю его в качестве подарка для одного из своих сослуживцев, который любит наблюдать за птицами. А их в окрестностях «Дуги-1» действительно хватало, особенно в осеннее время.
Врать своей девушке мне совершенно не хотелось, но тут была вынужденная ложь. Не скажу же я, для чего он мне реально нужен?! Я и так очень нервничал — мало того, что ситуация с Андреем напрягала, я решился делать предложение…
Согласен, может и не самое удачное для этого время, но больше ждать я не мог. На каждом свидании, на каждой нашей встрече чувствовалось, девушка ждет от меня решительных действий. Ведь раньше нас тормозила моя служба, а сейчас никаких преград не было. По крайней мере, с ее стороны точно. Вот я и решился, правда, при этом чуть не спалился перед любопытной Настей. К счастью пронесло, иначе уже завтра бы об этом знали не только родители, но и все соседи.
Часть денег позаимствовал у Григория из тех средств, что остались после «покупки» оружия у барыг. Тот не возражал, особенно когда узнал, для чего мне эти деньги. К общей сумме добавил часть из своей первой, пусть и не полной зарплаты.
Решил не тянуть и брать кольцо в ювелирном магазине, а не через талоны. И выбрал-таки, правда, перед этим отсеял чуть ли не весь имеющийся ассортимент. Остановился на классическом золоте пятьсот восемьдесят пятой пробы, с угловатой каемкой в верхней части и небольшим, но очень красивым рубином. Довольно нестандартное, но мне оно сразу понравилось. Цену называть не буду, из этических соображений.
Пригласить Юлю в ресторан, где проходил наш выпускной и сделать предложение там, было бы оригинальным для восьмидесятых годов, но мне хотелось чего-нибудь особенного. Правда, тут-то и состояла проблема — что придумать?
Можно было бы попробовать на носу «Метеора», как в «Титанике» или на вершине самого высокого здания. Но Речной вокзал еще не работал и суда на подводных крыльях пока не спустили на воду — обычно это происходило в начале мая. Что касается самого высокого здания — то такое в Припяти было только одно — шестнадцатиэтажка с Гербом СССР, но там мне появляться было опасно — в подвале обитали барыги, которых мы обвели вокруг пальца. Рисковать девушкой я не собирался — мало ли что этим отморозкам в голову взбредет?
Конечно, еще можно было снять номер в гостинице «Полесье» и сделать предложение там, но смысл? У нас целая квартира в распоряжении…
Наконец, пятого апреля я надумал и решился.
Это была суббота, мы собирались в кино. Какой шел фильм я даже не запомнил — выбирала Юля. У меня все мысли были о другом… Именно после просмотра фильма я намеревался втихую, пользуясь темнотой, проникнуть мимо сторожа на знаменитое колесо обозрения и запустить его. Оно по-прежнему еще не работало — официальный запуск был назначен только на первое мая, но я видел, что тестовые запуски уже проводились. Я рассчитывал подняться на самый верх, и прямо так, над ночным городом сделать предложение любимой девушке, что честно ждала моего возвращения… Это место казалось мне необычным, полным романтики. И к тому же, там будем только мы. Ну и сторож, который будет мирно
