Тогда в спор вступила обсерватория в Цинциннати, построенная в 1870 году на горе Лукаут на средства щедрого г-на Килгора; она снискала себе широкую известность микрометрическими измерениями двойных звезд. Директор этой обсерватории с похвальной откровенностью заявил, что несомненно существует какое-то материальное тело, некий движущийся предмет, который показывается через довольно короткие промежутки времени в различных точках атмосферы; но о природе, размерах, скорости и траектории этого загадочного тела ничего определенного сказать нельзя.
Примерно в то же время весьма распространенная газета «Нью-Йорк геральд» получила от одного из своих подписчиков следующее анонимное послание:
«В наши дни еще не забыто соперничество, которое несколько лет назад столкнуло между собой двух наследников бегумы Раджинахра: француза доктора Саразена, из Франсевилля, и немца - инженера герра Шульце, из Штальштадта, городов, расположенных в южной части Орегона в Соединенных Штатах Америки[5].
Надо полагать, не забыто также, что герр Шульце, задумав уничтожить Франсевилль, изготовил гигантский снаряд, который должен был, обрушившись на французский город, одним ударом смести его с лица земли.
И уж никто, наверно, не забыл, что этот снаряд, начальная скорость которого при вылете из жерла чудовищной пушки была плохо рассчитана, умчался в пространство с быстротой, в шестнадцать раз превышающей обычную скорость снарядов, то есть делая по сто пятьдесят лье в час. Поэтому он так и не упал на землю, а, превратившись в своего рода болид, до сих пор вращается и будет вечно вращаться вокруг земного шара.
Разве нельзя допустить, что этот снаряд и есть то самое загадочное тело, реальность которого отрицать невозможно?»
До чего он остроумен этот подписчик «Нью-Йорк геральда»! Но как быть с трубою?.. Ведь в снаряде герра Шульце никакой трубы и в помине не было!
Выходит, что все объяснения ровным счетом ничего не объясняли, а все наблюдатели наблюдали из рук вон плохо.
Правда, оставалась еще гипотеза, выдвинутая директором обсерватории Цзи-Ка-Вей. Но ведь то было мнение какого-то китайца!..
Не думайте, однако, что обитателям Старого и Нового Света в конце концов «надоело ломать голову над этой загадкой. Ничего подобного! Люди спорили до хрипоты, но ни к чему не приходили. И все же наступила короткая передышка. Прошло несколько дней, а занимавший всех предмет - болид или иное тело - ни разу не появлялся и в воздухе не раздавалось пения трубы. Не упало ли таинственное тело в таком месте земного шара, где было бы трудно отыскать его след, - например, в море? Не покоилось ли оно на дне Атлантического, Тихого или Индийского океана? Как разрешить все эти сомнения?
Но именно тогда - между вторым и девятым июня - произошло несколько новых событий, объяснить которые одним только космическим явлением было уже невозможно.
На протяжении этой недели обитатели Гамбурга - на вершине башни святого Михаила, а турки - на самом высоком минарете Ая-Софии, жители Руана - на конце металлического шпиля кафедрального собора, а жители Страсбурга - на верхушке Мюнстерского собора, американцы - на голове статуи Свободы, в устье Гудзона, и на верхушке памятника Вашингтону в Бостоне, китайцы - на вершине храма Пятисот Духов в Кантоне, индусы - на шестнадцатом этаже пирамидальной башни храма Танджура, обитатели града снятого Петра - на куполе одноименного собора в Риме, а англичане - на куполе собора св. Павла в Лондоне, египтяне - на вершине большой пирамиды Гиза, парижане - на громоотводе трехсотметровой железной башни, сооруженной для Международной выставки 1889 года, - все они видели флаг, развевавшийся на каждом из названных сооружений, на которые так трудно взобраться.
Флаг этот представлял собою черное полотнище, усеянное звездами с изображением золотого солнца посредине.
ГЛАВА ВТОРАЯ, в которой члены Уэлдонского ученого общества спорят, но не приходят к согласию
- И первый, кто посмеет утверждать обратное...
- Вот как!.. Конечно, посмеют, если только сочтут нужным!
- И вопреки вашим угрозам!..
- Следите за своими выражениями, Бэт Файн!
- И вы тоже, дядюшка Прудент!
- Я настаиваю, что винт должен помещаться сзади!
- И мы также!.. Мы также!.. - подхватили пятьдесят голосов, слившихся в общий гул.
- Нет!.. Он должен быть опереди! - вскричал Фил Эванс.
- Спереди! - столь же яростно подхватили пятьдесят других голосов.
- Никогда мы не договоримся!
- Никогда!.. Никогда!
- Для чего же тогда спорить?
- Но это не спор!.. Это - дискуссия!
Однако кто поверил бы, что это дискуссия, слыша резкие возражения, грубые выпады и вопли, наполнявшие зал заседаний вот уже добрых четверть часа?
Надо сказать, что зал этот был самым просторным в Уэлдонском ученом обществе, как именовали знаменитый клуб, который помещался на Уолнет-стрит, в Филадельфии, столице штата Пенсильвания, входящего в состав Американской Федерации.
Накануне город избирал человека на должность фонарщика, зажигающего на улицах газовые фонари, по этому поводу происходили многолюдные манифестации и бурные митинги, враждующие партии даже вступали в рукопашную. Это вызвало всеобщее возбуждение, которое еще не улеглось и, возможно, было причиной сильнейшего волнения, владевшего в тот вечер членами Уэлдонского ученого общества. А ведь в клубе шло всего-навсего очередное заседание сторонников воздушных шаров, на котором обсуждался все еще животрепещущий, даже в описываемое время, вопрос о возможности управления аэростатами.
Все это происходило в одном из городов Соединенных Штатов Америки, быстрое развитие которого было еще более разительным, нежели развитие Нью-Йорка, Чикаго, Цинциннати и Сан-Франциско; в городе, который не был при этом ни портом, ни центром угольной или нефтяной промышленности, ни вообще промышленным центром, ни даже конечным пунктом сети железных дорог; городе, более крупном, чем Берлин, Манчестер, Эдинбург, Ливерпуль, Вена, Петербург, Дублин, и в парке которого свободно разместились бы все семь парков столицы Англии; городе, насчитывающем в наши дни около миллиона двухсот тысяч жителей и слывущем четвертым в мире - после Лондона, Парижа и Нью-Йорка.
Филадельфия, с ее огромными домами и великолепными общественными зданиями, может быть смело названа городом сплошного мрамора. Самый значительный из колледжей Нового Света - колледж Джирарда - находится в Филадельфии. И самый большой в мире железный мост - мост через реку Скулкилл - находится в Филадельфии. И самый замечательный франкмасонский храм - Храм Масонов - находится в Филадельфии. И, наконец, самый известный клуб поклонников воздухоплавания также находится в Филадельфии. Если бы читатель захотел посетить его в тот вечер, 12 июня, он, пожалуй, получил бы немалое удовольствие.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
