Читаем без скачивания Сумерки Кланов-8: Соколиная заря - Роберт Торстон

Диане несколькими залпами ПИИ удалось отогнать наседавших на Равиля Прайда боевых роботов Гадюк.

Она остановила свою машину рядом с лежавшим «Лесным Волком».

— Вы живы, Равиль? — спросила Диана, обозревая местность и видя, что все шесть оставшихся Гадюк обратили все своё внимание на неё.

— Жив. Что там происходит?

— Не знаю. Моя «Нова» — последний из оставшихся на ногах боевых роботов Нефритовых Соколов, и я совсем не собираюсь сдаваться.

— Сколько роботов у противника?

— Шесть, вместе с Перигардом Залманом.

— Слишком много, особенно учитывая то, что им дан особый приказ уничтожить тебя. Уходи.

— Послушайте! Ваш робот подбит, Джоанна, наверное, тонет в море, Пиджин никак не хочет оставить своего боевого робота, висящего над водой, а Белло, хоть пока ещё стоит, — беспомощная мишень для любой машины Гадюк, пожелай они добить его. Я не только отвлекаю на себя огонь противника. Есть вероятность, что и остальным удастся спастись — в том числе и вам, звёздный полковник. Так что лучше вы уходите.

В наушниках раздался грустный голос Равиля:

— Хотел бы, да не получается, вольнорожденная. Вся приборная доска целиком соскочила с креплений и придавила меня, так что я не могу пошевелиться. Мне понадобится по крайней мере несколько минут, чтобы выбраться из кабины.

— Без проблем. Вы там постарайтесь, а уж я вас как-нибудь прикрою.

— Это же безумие!

— Возможно. Извините, занята: по мне стреляют. По «Нове» лупил что есть мочи «Ханкиу».

— Подумаешь, «Ханкиу»… — пробормотала Диана, и одним импульсом лазера ей удалось развернуть машину противника вокруг его оси. Ещё вспышка, попадание в левое колено — и нога «Ханкиу» подогнулась.

Он упал на колено и накренился влево, пытаясь правой ногой зацепиться за песок. Диана поняла, что ещё несколько минут по меньшей мере «Ханкиу» не будет представлять собой угрозы.

Стоя рядом с поверженным «Лесным Волком» и не обращая внимания на ворчание Равиля Прайда, которое перемежалось ругательствами в её собственный адрес, Диана продолжала вести бой с пятью оставшимися роботами врага. Поворачивая корпус «Новы» в оптимальном темпе, она достаточно спокойно отбивалась от несколько беспорядочных наскоков Гадюк.

Диане показалось немного странным, что нельзя было определить, каким именно роботом управляет Перигард Залман.

Девушка старалась больше стрелять из ПИИ правой руки робота, поскольку эта конечность была уже повреждена и неизвестно, через какое время она окончательно выйдет из строя.

Яркая голубая вспышка — и кокпит «Боевой Кобры» разнесло в клочья. Машина, словно налетев на стену, со скрежетом остановилась. Руки её беспомощно повисли.

Диана продолжала методично двигаться вокруг лежащего «Лесного Волка», защищая его корпусом своей машины от обстрела оставшихся в строю четырех роботов противника.

Что же это я делаю? Ведь Равиль дал слово вызвать меня на поединок. Он оскорблён тем, что я завоевала родовое имя. Ну и подох бы здесь, зачем мне его спасать? Да, я забыла… если я помогу ему, то он вряд ли будет счастлив, что помощь ему оказала вольнорожденная. Равиль, Лейф… ну почему эти верняги не хотят даже жизнь свою спасти, если в этом им помогают вольнорожденные?!

Ей не удалось додумать до конца, потому что сразу несколько снарядов одновременно попали в корпус «Новы», разорвавшись с жутким грохотом. Робот чуть было не упал, и то, что при этом он наверняка бы раздавил «Лесного Волка», не осталось незамеченным Дианой.

Вдобавок оказалось, что прямым попаданием повреждена система внешнего наблюдения. На экране обзорного дисплея мерцали только серые полосы: Диана не могла определить местонахождение роботов противника.

Что ж, придётся действовать в пределах визуального контакта.

Диана протёрла прозрачную лицевую плиту кокпита, надеясь, что хоть что-то будет видно.

Наступала ночь.

Впрочем, и до её наступления вокруг почти ничего не было видно: туман постоянно сгущался. Вражеские роботы мелькали, подобно теням на потолке заброшенной деревенской бани.

Когда Диана начала стрелять по теням, она не могла не вспомнить обстоятельства гибели Эйдена Прайда. Тогда тоже была ночь, и у героя отказали бортовые системы робота, почти закончился боекомплект…

Тогда Эйден тоже защищал упавшего товарища, вступив в неравную схватку с превосходящими силами Комстара. А Диана и была тем самым упавшим товарищем… а вот сейчас Равиль Прайд, который её ненавидит, лежит, совершенно беспомощный, у её ног, она же теперь пытается его спасти…

Эйден Прайд в той схватке уничтожил больше роботов противника, он обладал гораздо большим мастерством, чем она, но все же Диана являлась дочерью героя, и ей было на кого равняться…

Ещё один робот противника, «Арбалет», неосторожно подставился, и Диана ловко срезала его огнём из ПИИ правой руки своей машины. Аппарат противника вышел из боя, но Диана не сразу заметила это, одна продолжала отбиваться от остальных Гадюк, поглощённая одной мыслью: Эйден погиб так же…

Но нет, она не может умирать сейчас, ведь буквально только что ею завоёвано родовое имя и надо так много сделать для того, чтобы прославить его!..

Внезапно Диана обнаружила, что три оставшихся робота Гадюк прекратили атаку и начали медленно отходить. В совершённом недоумении она вызвала на связь Равиля Прайда.

— Вы видите?! — воскликнула она. — Гадюки отступают! Их трое против одного, а они бегут! Да что такое могло случиться, они же воины Клана?!

— Откуда мне знать, что им там под хвост попало? — озлобленно ответил Равиль.

Потом, попыхтев немного, он добавил тоном ниже: — Впрочем, они побежали после того, как был подбит их «Арбалет». Получается, что… да нет, не может быть… В эфире повисла напряжённая пауза. Диана не выдержала:

— Что получается? Говорите скорее!

— Боюсь ошибиться, — медленно произнёс Равиль, — но, похоже, тебе удалось не только успешно вести бой одной против шестерых роботов противника, уничтожив при этом три из них, но и… Невероятно!.. Неужели… Нет, скорее всего, так оно и есть: ты укокошила Перигарда Залмана. Вот стравагова вольняга!

Диана молчала, совершенно ошеломлённая услышанным.

Неужели это правда?..

Это просто невероятно: приняв бой при абсолютно невыгодных для себя условиях, спасая жизнь своему врагу, сражаясь одна против шести, она умудрилась не только не погибнуть, но и чудесным образом трансформировать катастрофу в триумф, побив при этом самого Хана Клана Стальных Гадюк!.. Просто невероятно!..

— Именно поэтому они побежали, — словно отвечая на её мысли, сказал Равиль Прайд. — Поражение Залмана выбило Гадюк из колеи настолько, что они совершенно растерялись. Похоже, битва за эту планету завершена, впрочем, как и война.

XXXVI

Даймон-Бин

Неподалёку от города Даймон

Валъдорф V

Оккупационная зона Нефритовых Соколов — Стальных Гадюк

1 июля 3061 года

После внезапного отступления Стальных Гадюк Марта и Саманта без труда выбили клин, разделявший между собой соединения Сокола.

Поскольку они не владели всей информацией о происходящем, им было трудно понять, что же окончательно сломило Стальных Гадюк, но в то же время у Хана и её заместителя имелось предчувствие, что ответ будет найден на Даймон-Бич.

Тотчас же они обе вместе с Туркина Кешиком и Первым Кластером Призывающего Сокола направились туда.

Постепенно на экранах мониторов вырисовывалась картина бескомпромиссной и беспощадной битвы. Одинокая «Нова» все ещё нависала над распростёртым «Лесным Волком», словно бы охраняя его, а повсюду вокруг лежали поверженные боевые роботы Стальных Гадюк — много, очень много…

Пока Марта и остальные шли по берегу моря, показания их сенсоров порою искажались под влиянием непогоды, но все же удалось определить, что этот одинокий боевой робот Соколов принадлежал Диане Прайд, а подбитый «Лесной Волк» — Равилю Прайду.

— Я вызвала Диану на связь, — доложила по радио Саманта. — Я спросила, нет ли у неё какого-нибудь объяснения внезапному отступлению Стальных Гадюк…

— И таковое имеется?

— О да, — хмыкнула Сахан.

— Какое же?

— Диана сообщила, что успешно отбивалась от превосходящих сил противника, а потом ей удалось одолеть Перигарда Залмана в поединке один на один! Представьте себе!.. Сама мысль о том, что их Хан проиграл бой вольняге, оказалась невыносимой для вернорожденных Гадюк, и они попросту сбежали!

И тут наконец разрядилась пружина всего того напряжения, под спудом которого находилась Марта в продолжение всей битвы за Вальдорф: она захохотала.

Вообще Марта Прайд смеялась очень редко, и сейчас смех подействовал на неё расслабляюще.

Все!.. Нефритовые Соколы сломили, сокрушили, растоптали Стальных Гадюк. Хан Перигард Залман потерпел унизительное для себя поражение, проиграв бой вольнорожденной… Кстати, если бы Залман не хотел того, чтобы его войска были полностью уничтожены, то он должен был вовремя остановиться. Марта предложила бы ему почётную форму отступления — «хегира», хотя, конечно, позор проигранного сражения все равно бы неотступно следовал по пятам за Гадюками.