Сегодня, мы не досчитались сразу троих человек — воина и женщины с маленьким ребенком. Они были на последней повозки и мы не сразу хватились их. Какой ужас. Создатель, неужели с ними случилось что-то плохое? Мортис опять говорит, что они просто решили уйти назад, но ему мало кто верит. Да и как? Ребенок едва начал ходить — как с такой ношей возможно осилить дорогу назад? Не взяв с собой припасов и оставив оружие? Я больше не верю уверениям Мортиса и мне страшно. За каждым кустом, за каждым камнем чудится опасность. Как я хочу в теплые и такие надежные объятия Мортиса, чтобы не было так страшно. В пути никто не разговаривает и это безмолвие хуже всякой пытки. Спасибо Создателю, до конца пути осталось не больше недели.
О Создатель! Прошу помоги мне и спаси меня от этого ужаса! Это все о чем прошу я. Я согласна на все, лишь бы спасти свою жизнь. Здесь очень темно и жалкий свет факела, лишь с трудом создает крошечный островок света. Промокшая одежда липнет к телу и мне все никак не удается согреться. Я не знаю сколько мы уже сидим в этой отвратительной и холодной пещере. От всего нашего отряда осталось лишь два человека — я и один из воинов. Милостивый Создатель! Все случилось так неожиданно. Мы как раз достигли бурной реки и мужчины начали рубить деревья, чтобы соорудить переправу, когда на нас напали ужасные твари больше всего похожие на изуродованных огромных пауков. Я видела их лишь мельком, но могу поклясться, что вместо голов у них были человеческие черепа с ярко светящимися глазницами. Леденящие кровь крики разрываемых ан куски детей, до сих пор звенят у меня в ушах. Я своими собственными глазами видела как погиб мой возлюбленный Мортис — одно из чудовищ проткнуло его насквозь и от ужаса, я потеряла сознание. Очнулась от холода речной воды — уже позднее я узнала, что один из оставшихся в живых воинов успел схватить меня и спасаясь от тварей, прыгнул в реку. Бурное течение быстро отнесло нас в сторону и вскоре залитый кровью берег скрылся за поворотом. Несколько пауков бежало за нами по берегу, но они не осмеливались войти в воду и это спасло нас от участи остальных поселенцев. Мы долго боялись подплыть к берегу, а потом оказалось слишком поздно — река с ревом срывалась с обрыва и уходила под землю. Тот краткий путь под землей я не забуду до конца своих дней. Не знаю, каким чудом, мы остались в живых. Вдоволь наигравшись, течение выкинуло нас в воды подземного озера, на берегу которого я и пишу эти строки. Спаси нас Создатель.
Воина зовут Арсель. Сейчас он умирает в агонии — Арсель пытался найти выход из нашей подземной тюрьмы и сорвался со стены, угодив спиной на камень. Похоже, скоро я останусь одна. Мне уже все равно. Сейчас я допишу эти строки и лягу обняв Арселя — он бредит и все зовет какую-то Мизельду, шепчет что ему холодно и просит укрыть теплым одеялом. Попытаюсь согреть его теплом своего тела. Я буду молиться за наши души и все, что я прошу у Создателя, так это толь…
Перевернув последнюю страницу, я убедился, что больше не написано ни строчки. Это была последняя запись урожденной графини Ксистеры Ван Лорк, семнадцати лет от роду.
— М-д-аа — задумчиво протянул я, закрывая потрепанный дневник — и сказать нечего.
— На редкость наивная девушка — поддакнул отец Флатис и тут же поправился — Была.
— А второй скелет, оказывается принадлежал вовсе не Мортису, а некоему Арселю. Так что, в этот раз вы немного ошиблись святой отец — не удержался я от соблазна поддеть святошу.
— Никто не безупречен, сын мой — парировал отец Флатис и неожиданно спросил — А перышко это не пожертвуешь на благо церкви? Тебе особо ни к чему, а мне так в самый раз пригодится. Молитвы записывать, да названия трав лечебных.
— Да? — недоверчиво буркнул я и повертев в руках невесомое перо все же пересилил себя и протянул его священнику.
— Благодарю, сын мой — совсем не благодарным тоном сказал священник и спустя миг, магическое перо бесследно исчезло в складках его одеяния.
— Для церкви ничего не жалко — не менее фальшивым голосом ответил я.
— Приятно слышать такое благочестивое рвение, сын мой — нехорошо обрадовался священник, сверкнув очами — А когда уж фундамент церквушки заложим то? А то как гоблины нечестивые в пещере службы устраиваем. Негоже так, сын мой.
— Э-э-э — протянул я, лихорадочно прокручивая в голове варианты ответа — портить худой мир с отцом Флатисом очень не хотелось — обязательно построим, отец Флатис. Слово даю. Вот со стеной закончим и сразу начнем церковь отстраивать. Вы мне лучше вот, что скажите — так или иначе, мы натыкаемся уже на второй отряд поселенцев, но вот ведь совпадение — ни в одном из них священника не было. Не прольете — как вы любите говорить — так сказать, свет истины на эту странность? В поселении Ван Ферсис нет даже захудалой часовенки. Покойная Ксистера Ван Лорк сетовала, что за отсутствием священника некому излить терзания девичьей души. Лично меня, это наводит на некоторые сомнения — ведь в нашем отряде, священник как раз таки имеется. Что скажете, отец Флатис?
Услышав неприятный вопрос, священник как-то подобрался, кинул на меня пронзительный взгляд из под кустистых седых бровей, недовольно пожевал губами, но к моему удивлению, все же ответил:
— Это так. Последние десятилетия с отрядами поселенцев не отсылают священников. Церковь против попыток заселений Диких Земель, где столь явно проявляется влияние "Темного". Печальный опыт последних лет отвратил церковников от этих попыток — ни одно из поселений не продержалось больше пяти лет — и поселение Ван Ферсис не больше, чем удивительное исключение из данного правила — большая часть таких отрядов, пропадает в пути, от остальных "Вестники" перестают приходить уже через полгода. А потом — тут голос святого отца посуровел — потом ушедшие возвращаются к Пограничной Стене в виде гниющих зомби или костяных пауков! И их души корчатся в бесконечной агонии! Когда очередной отряд вернулся обратно в качестве нежити, терпение церкви лопнуло и появилась специальная булла, по которой служителям церкви строжайше запрещено пересекать границу Диких Земель или же поддерживать в людях желание сделать это. Вот тебе и причина, сын мой. Ты слепо роешь грязный, придонный ил лишь мутя кристально чистую воду.
— Не думаю — отрицательно покачал я головой.
— Ты подвергаешь мои слова сомнению? — негодующе вскинулся священник, со стуком припечатав кружку с отваром к столу. Кружка отчетливо тренькнула и по ее боку потянулась извилистая трещина. "Ну вот, так скоро и пить не с чего станет"
— Нет, святой отец — я примиряюще поднял ладони — я лишь хочу сказать, что это лишь одна из причин — причем не самых важных. Что стоят жизни тысячи людей в обмен на искоренение шурдов-некромантов и возвращение Диких Земель в лоно Создателя? Ничто. Церковь не сомневаясь положит и сотни тысяч жизней на алтарь, но своего добьется. А вы говорите о каком-то десятке жалких отрядов поселенцев? Не смешите меня, отец Флатис.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
