Читаем без скачивания От! От! От винта! - Павел Дмитриев

Как по заказу, к финалу прибежала секретарша:

— Петр Юрьевич, вас к ВЧ просят! Из Ленинграда!

— Сейчас иду! — небрежно отмахнулся я, впрочем, Старос подождет, а более звонить из Ленинграда попросту некому. — Задача понятна? — я напоследок обвел взглядом скудный коллектив институтского копи-центра. — Тогда за работу, товарищи! Канун для рождения вождя мирового пролетариата необходимо отметить трудовыми победами!

Вижу, Анатолий с трудом сдержал улыбку, хорошо знает мое реальное отношение к коммунистической атрибутике. Однако сотрудницы, судя по всему, приняли мой сарказм за чистую монету, даже на всякий случай слегка испугались. Пойдет на пользу — как говорил кто-то из умных и великих — «религия, безусловно, скверная вещь, но попробуйте управлять без неё хотя бы одной деревней».[366] А уж кто там в пророках, Иисус, Мухаммед, или Ленин с Марксом — в сущности невеликая разница.

«У винни-пуха день забот» — недовольно пробормотал я, заходя в кабинет. Плюхнулся в кресло, и поднял трубку аппарата ВЧ:

— Воронов у телефона!

— Как дела? — донесся странно искаженный голос Филиппа Георгиевича. Не иначе, трубка в ожидании визави лежит на столе, привычная картина в «досотовом» мире.

— I'm fine! — я не удержался от привычной шутки. — Пожар тут устроили, РЭМ сожгли.

— Мне бы твои проблемы, — уже с нормальным тембром ответил Старос. — У нас хуже, в дизайнерском отделе очень торопились сделать маски не иначе как дню рождения Ленина. И что ты думаешь?

— Неужели запороли?! — я реально расстроился.

Процессор нужен не просто «вчера», а «месяц назад». Министр электронной промышленности, как доносили досужие сплетни, звонит в Пульсар по несколько раз в неделю. Такое внимание наверняка «спущено» от Шелепина, а подводить вождей в СССР как-то пока не принято. Вот только от ошибок исполнителей это не спасает. Причем даже обвинить некого, предложение «расклонировать» десятка два дизайн-студий по процессорам не замотано злобными коммунистами в коридорах ЦК КПСС, совсем наоборот, всемерно поддержано. Но как мучительно медленно идет процесс! Пока выделят помещения, назначат начальника, пока соберутся хоть какие-то кадры… Все страшно срочно, вне всякой очереди, но движется только и исключительно на пинках товарища Шокина и его специального зама.

— С этим тебе и звоню, — голос Староса стал мягким и обходительным. — У тебя очень уж хороший выход на товарища Шелепина. Может намекнешь ему как-нибудь, чтоб наконец прекратили штурмовщину ко всяким круглым датам? Такие убытки[367] страшные из-за элементраной торопливости! Всего-то одна дура потеряла маленький обрезочек рубелита, и искать не стала впопыхах, понадеялась, что сойдет. А он возьми да прилипни, да еще в такое место…

— С привеликим удовольствием, Филипп Георгиевич! — искренне поддержал я идею. — Конечно, обещать ничего не могу, но приложу, что называется, все силы.

— Спасибо, Петр! — подозрительно аккуратно поблагодарил Старос.

Опытный организатор, и в союзе давно живет, наверняка прекрасно понимает, что руководители СССР не с кисти выпали, а с юности нахлебались штурмовщины всех сортов. Подобно тому, не сомневаюсь, священники подозревают невеликую пользу для здоровья от массового «целования святынь». Но попробуй, смени сценарий… Зато громоотвод для вышестоящего гнева за срыв сроков получится из моего рассказа великолепный. Некрасиво поступает товарищ Старос, но пусть, мы сейчас в одной лодке, надо грести, а не раскачивать.

— Как у вас в остальном-то дела? — задал я «вопрос вежливости».

— С корпусировкой есть обнадеживающие результаты, — похвастался Филипп Георгеевич. — Детально раздраконили образцы, помнишь, ты мне отправил спецкурьером «подарки» от комитетчиков?

— Вот как? — черт, я столько всего передал «от КГБ» разным людям за последнюю пару лет, что толком не припомню деталей. — Было дело…

— Так вот, смежники полностью освоили монтаж «перевернутым кристаллом», — с гордостью заявил Старос, можно было ощутить, как он довольно улыбается, чуть прикрыв глаза. Однако, во всей видимости, он вовремя вспомнил, что работа, в сущности, к нему отношения почти не имеет, а информация может к руководству слишком быстро, поэтому поправился: — Но это пока лишь в условиях опытной лаборатории, все под большим секретом.

— Это на специальных шариках из олова? — я начал вспоминать детали.

— Именно, только там на самом деле целый техпроцесс, — не стал скрывать деталей руководитель «компьютерного» проекта. — Оказалось, что там целых четыре слоя! Нужно последовательного напылять хром, потом медь, защищать от окисления золотом, затем наносить специальный сплав олова со свинцом. И все это в нужную толщину, размер и форму, без помощи от наших неизвестных друзей мы бы наверняка возились пятилетку![368]

— Да уж, важный момент! — я постарался выказать максимум понимания ситуации, хотя реально не очень внятно представлял, о чем идет речь. Данный момент как-то прошел стороной, в 21-ом веке мне с этим сталкиваться не случилось, да и в 60-х годах 20-го тоже как-то не пришлось.

— Очень значительное ускорение работы по сравнению с пайкой выводов проволочками, — помог мне Старос, — и самое главное, брака будет меньше на порядок.

— А в штатах эту технологию уже массово применяют? — я осторожно попробовал узнать глубину очередного хроноклазма.

— Вполне возможно,[369] — сам не зная того, успокоил меня Филипп Георгиевич. — В журналах я что-то встречал похожее, но результаты показались неоднозначными. Видимо, наконец-то довели процессы до ума.

— Чтож, остается только качественно освоить, — я постарался плавно «закруглить» тему.

Впрочем, товарищ Старос и сам не горел особым желанием продолжать беседу о не слишком интересных технических тонкостях формирования шариков припоя. Так что поговорив еще минут десять о разных производственных пустяках, мы распрощались вполне довольные друг другом.

Как ни ждал я процессор, но первой в массовое производство пошла память. Может быть, это правильно, по крайней мере все допущенные до секретов советской микроэлектроники специалисты от нашего будущего восьмибитного «чуда» не то чтоб отмахивались сразу, но и горячего интереса не проявляли. Удешевить игровой автомат с «Тетрисом»? Прекрасно! Выпустить новую серию «Денди»? Еще лучше! Что-то где-то автоматизировать, даже опыт на буровой есть? Какие вы молодцы! Поставить компьютер каждому инженеру на стол? Да вы, молодой человек, однако, юморист! Хуже того, в плане «науки», диссертаций и прочих ученых скиллов работа Староса никак не котировалась, в представлении местных ЭВМ-гуру последний представляется пытающимся вылезти из опалы «производственником», который уцепился руками и зубами за последний шанс — воплощение странных идей протеже «аж самого Шелепина».

Зато при словах «быстродействующая полупроводниковая память сверхбольшой емкости» у окружающих в голове срабатывал какой-то триггер, и отбиться от сакраментального вопроса «когда???» становилось положительно невозможно. Небольшие пластиковые корпуса SRAM[370] оказались нужны всем, даже всесильная оборонка, в кои-то веки, ходила кругами как акула перед броском, только вмешательство Шокина удерживало их от ультимативных требований отодвинуть в сторону повышение емкости чипа в пользу повышения устойчивости к поражающим факторам ядерного взрыва.

Первая продукция «пошла» в начале лета 1968 года, без всякой помпы, перерезания ленточек, золотых костылей, хлеба с солью, больших кнопок «пуск», и прочей атрибутики чиновных «первооткрывателей». Только краткая строчка в информационной рассылке, которую я регулярно получал от товарища Шелепина через фельдъегерьскую почту, да несколько утопленных в фольгу широких корпусов DIP-20, в каждом из которых прятался целый килобит, доступный по 4-х битной шине данных. Ничтожный, исчезающе малый объем по меркам 2010 года, но сколько из-за него было интриг, споров, и даже, можно сказать, откровенного саботажа ответственных сотрудников НИИ «Точной Технологии», в просторечии именуемого «Ангстрем».

… Началось все с того, что года два назад я, при ревизии провалившегося вместе со мной в прошлое устаревшего маршрутизатора Сиско 2611,[371] обратил внимание на откровенно большую и древнюю на вид микросхему последовательного порта RS-232. Еще не сильно пуганый излишней «фантастичностью» изделий полупроводниковой промышленности 21-го века, я рискнул ее выпаять, и без особой подготовки отдал «в копирование». Редкий случай, не прогадал. Чип на самом деле оказался простейшим, сделанным по технологии 6 микрон, всего лишь с двумя слоями металлизации. То есть более-менее доступным для технологий конца 60-х.