если метра на три-четыре, но шороху наводило — просто кошмар. Даже «фениксы», которым было доверено это чудо-оружие, после первого пробного залпа перепугались настолько, что побросали оружие и бросились бежать. Безо всякого противника. Каково же будет врагам, когда они получат в лицо такой вот подарок?
Но показать подобную же эффективность «огненные копья» могли только в полевом сражении, в штурме же были почти абсолютно бесполезны. А вот гранаты на полевой артиллерии — наоборот…
— Приехали, — сообщил Бессмертный У, вырывая меня из размышлений.
Я огляделся. Мы остановили коней у склона высокой горы, чья густо поросшая растительностью вершина сливалась с небом. Среди деревьев, однако, вела вверх узенькая тропка, по которой можно было пройти только пешком.
— Вперед и вверх? — без особой надежды на то, что наставник меня опровергнет, произнес я.
— Да. Иди. И помни, чему я тебя учил.
«А чему ты меня учил? И что меня ждет? Сражение с монстрами? Дискуссия о поэзии династии Шань? Экзамен на знание Суня Цзы с чтением отдельных отрывков?»
— Конечно, учитель, — вместо этого сказал я.
Спрыгнул с коня, поклонился, взял в руки меч, но не стал вынимать его из ножен, а рассчитывая использовать его как посох при подъеме. И пошел. Один только раз оглянулся, но наставника внизу уже не разглядел — темно было.
Но для того, чтобы видеть тропу и куда ставить ногу, хватало света звезд и ущербной луны. Сперва подъем давался мне довольно легко, помогало то, что можно было цепляться за деревья и густые кустарники, но вскоре восхождение стало отнимать все силы.
— Испытание нужно пройти, Тай… — пыхтел я, как паровоз. — Просто заберись… на эту проклятую гору… и встреть рассвет на вершине! Все стратеги так делают! Тогда на них снисходит благодать!
По моему расчету, я поднялся уже метров на сто, когда тропа закончилась, выведя меня к черному зеву пещеры. Крохотному, только-только одному человеку протиснуться, и то, если пригнуться как следует.
— Надо полагать, нам сюда, молодой Стратег! — голосом Бессмертного произнес я.
— Я тоже так думаю, учитель.
— Тогда вперед!
— А может, после вас?
Двигаясь очень осторожно, чтобы ненароком не провалиться в дыру в земле или не расшибить себе лоб о камень, я протиснулся внутрь. Ощупывая пол под собой перед каждым шагом, а руками двигая перед лицом, прошел глубже.
— А можно было и про факел сказать, учитель!
— Трудности должно превозмогать тому, кто желает Великим Мастером стать!
Через десять шагов я уперся в стену. Ощупал ее и нашел ее отвратительно цельной. Похоже, здесь мой путь и заканчивался.
— Ладно. Зайдем с другой стороны. — произнес я, уже не изображая диалога с наставником. — Самый очевидный урок этого испытания — тупик. Нужно выйти из тупика? Тупик — это моя нерешимость в вопросе с Гэ? Или же это такой символ, что само объединение Китая — тупиковый путь?
Бормоча все это себе под нос, я продолжал ощупывать руками стену. Может, тут рычаг имелся, который освобождает проход в следующую пещеру? Нет, ничего подобного под руку не попадалось. Поверхность камня была монолитной, без дырочек, трещин и чего-то еще такого.
— Откройся!
Чисто на всякий случай сказал. Ну, вдруг?
Стена осталась на месте.
— Мне нужно пройти!
Тоже никакого результата.
Хм-м. А мне точно нужно пройти? То, что я уперся в стену — это же мое решение? Просто потому, что я брел в темноте, уткнулся в нее и назначил кусок камня препятствием. Вся остальная часть пещеры осталась неисследованной.
Если это тест на интеллект, то я его провалил.
В следующие несколько минут я прошел по кругу (точнее, по неравномерному многоугольнику) всю пещеру. Девять шагов от входа до стены, потом одиннадцать по вогнутой дуге налево, три шага до входа, три шага после него и по прямой еще восемь шагов. Стены ровные, без щелей. Высота потолка — от полутора до двух с небольшим метров. В полу тоже никаких дыр… А вот в потолке что-то есть. Небольшая ниша над крохотным козырьком прямо у входа.
Пошарив там рукой, я обнаружил некий предмет. Небольшой, похожий на шкатулку для писем или свитков. В такой важную корреспонденцию принято отправлять. Или шелковый шнурок — символ того, что вассал отстраняется от должности… навсегда.
С ним в руках я выбрался из пещеры — там свет хоть какой-то имелся. Ну, точно шкатулка. Закрытая, но не на замок для ключа, а на простую внешнюю защелку. Открыл — внутри лежит свиток.
— Не так я представлял себе испытание… — пробурчал я. — Ох, не так.
В чем смысл посылать меня в горы, в темную пещеру ночью, чтобы я нашел там свиток? Что это испытывает? Мою находчивость? Умение читать ночью без источника света? Бред какой-то…
Свиток был перевязан шелковой лентой. Развернув его, я увидел, что он покрыт иероглифами, но именно, что увидел. В темноте разобрать их и прочесть было нереально.
Было бы, если бы они вдруг не засветились тревожным таким белым светом. Каждый по отдельности. После чего один за другим стали срываться с бумаги и полетели мне в лицо.
Первый впечатался в лоб, до того как я сумел его прочесть. От неожиданности я даже головой дернул, как от удара. Яркий свет тут же залил глаза — будто вертолет над склоном горы завис и направил на меня мощный прожектор. Я и до этого мало что видел, а теперь и вовсе ослеп.
Второй символ был черным, и его я тоже не смог опознать. Он просто повис в ослепительном свете. Затем рядом с ним появился синий иероглиф, серый, золотой, зеленый, красный… Вскоре их стало так много, что цвета начали повторяться. Буквально за несколько секунд символы заполнили все поле зрения.
При этом — ни в какой астрал я не улетел. Сидел на входе в пещеру, вполне ощущая свое тело, ветерок, гуляющий по лицу, и прохладу камня под задницей.
— Так…
Когда новые иероглифы перестали появляться, я некоторое время ждал продолжения. Но напрасно. Они просто висели в воздухе, будто ждали чего-то от меня. Тогда я потянулся к одному из них рукой, а когда ничего не получилось — мыслью. И синий символ дрогнул. В тот момент я и произнес это свое «так».
Тронул другой — красный. Он тоже отреагировал. Зеленый тоже. Попытался сдвинуть один из них усилием воли — черный поддался, проскользил как бы поверх остальных, но стоило мне его отпустить, вернулся на место.
Вскоре я заметил одну закономерность — цветные китайские буквы не просто так были разбросаны на поле сплошняком, а имели некие повторы. Так, например, тот золотой иероглиф, был похож
