и затормозил ревущим байком в повороте, словно яхтой в оверштаге. Скинув запотевший шлем, он перевёл звонок с гарнитуры на «громкую связь» (руки..., свободные руки!). Теперь Лада слышала всё...
- Корень! Не стой на одном векторе, рыскай, хрен попадут! - индейские пальцы порхали над клавиатурой trailer- сервака. - Я на громкой связи, запускаю систему. Вижу тебя, вижу упырей. Вижу вас на карте. Между вами метров триста. Внимательно! Впереди, через полминуты Т-образный перекрёсток, поворот налево. Ныряй туда, там череда крутых поворотов, буду штурманом. На виражах у тебя преимущество - «Эскалайды» - не «Бугатти», не ускорятся, как ты. Готов?
- Готов, ныряю влево!
Сухой звук далёких выстрелов просыпался горохом. Стреляли короткими очередями и сразу из нескольких стволов. Гарнитура в шлеме Димона, конечно же, исказила услышанное, но характер... Гвоздили штурмовые винтовки.
- Петляй, Корень! Петляй! – истошно заорал Игнат.
Два раза чавкнул металл - зацепило байк. Потом свисты и, наконец...
- Марчо..., - на выдохе просипел Димон.
Индиан споткнулся: рухнули обороты, вывернулся руль. Восемьсот фунтов зеркального железа захрустели по асфальту. И ещё глухой стук (шлемом о бетон). Всё.
Лада уткнулась в индейское плечо, неслышно роняя слёзы. В динамике нарастал шум четырёх моторов - подъехали «Эскалайды».
- Tiro de control!
Бах! Теперь точно всё. Пуля ударила близко, едва не зацепив гарнитуру - добивали в голову. Хрипы оборвались. Корень погиб.
До стартовой точки ехали молча: Игнат скрипел зубами, напрягая желваки, Лада плакала. На пустыре, в трёх километрах от «сто первой», трак остановился. Зажужжали сервоприводы, открылись люки трейлера, сорок боевых дронов провернули стабилизаторы в контрольном обращении - все заряжены, все готовы. На мониторе, поверх электронной карты, мерцали семнадцать красных точек: Кадиллаки латиносов гнали по трассе в сторону Сан-Франциско. Синие точки на попутной и встречной полосах - неопознанные терминалы. Индеец выбирал координаты для грядущей атаки: после «выключения мишеней», «Эскалайды» станут неуправляемы и могут «зацепить» случайных водил с пассажирами. Местечко с минимальными рисками как раз лежало к северу по движению «сто первой». Пятнадцать миль.
«То, что нужно.»
Семнадцать мишеней, сорок дронов. По два на каждую, плюс шесть - в резерве. Подправив опорные координаты, Индеец нажал enter.
Разом загудели сто шестьдесят пропеллеров. Из динамика трейлера плеснуло струнным лейтмотивом оперного цикла «Кольцо нибелунга». Шутка Димона... Это он придумал. Стая боевых дронов стартует под Вагнера.
«Какой сложный размер... Девять восьмых... Точно, валькирии на взлёте.»
Коптеры выстроились «клином», зависнув чуть поодаль трейлера. И на тринадцатом такте в дирижеском crescendo рванули вверх, скрывшись в облаке.
«Гляди, Корень... Это за тебя...»
***
Водители, ехавшие позади кадиллаков, притормозили и даже высунули головы в окна: четыре бегемотообразных автомобиля разбросало по отбойникам и кюветам. Ни с того ни с сего... Ни взрывов, ни столкновений, ничего... Как будто у мальчика, рулившего машинками, внезапно забрали пульт.
Полицейские вскрыли «Эскалайды» - парамедики развели руками: груды безжизненных тел, вперемешку со стволами «... без внешних признаков насильственной смерти...»
***
Дотошный Грег из Цинциннати, кативший на пикапе за кадиллаками, уже дома покадрово пролистал тот самый файл из видеорегистратора. И не обнаружил ничего необычного, кроме странных «смазов» над крышами «бегемотов».
Неудивительно: дроны пикировали на скорости под 300 км/ч. Одновременно. С точностью до миллиметра. Отработали каждый свою цель, «выплюнув» импульс. И так же быстро ушли вверх, скользнув по воздушной подушке лобового стекла. Вся атака уложилась в полсекунды. Роботы...
***
Красные точки потухли, дроны вернулись.
«Опять булыжники в груди...»
И пока Индейца корёжили спазмы перед остывающим серваком, его спутница занялась буфетом, прикусив пунцовую губу. Крутой чифирь с невероятным количеством сахара и бутерброд из вакуумированных сублиматов (всё это хранилось в трейлере на случай..., на всякий случай).
- Съешь и выпей, - Лада поставила перед Игнатом одноразовый стакан и тарелку. - Только попробуй отказаться! Думай о главном, о пустяках позабочусь я.
Он зажмурился, проглотив кипяток, и сразу отпустило... Сипло, на выдохе, процедил: «Хотели войны, суки? Вы её получите».
ПРОДОЛЖЕНИЕ следует...
Этот русский рок-н-ролл. Часть четвертая, американская.
Все события вымышлены,
совпадения случайны
Пионер.
Корня похоронили, как и положено русскому человеку, на православном погосте. Такие в Америке есть: на пригорке с тяжкими православными дубо-каменными крестами, оградами, скамьями и столами - то, к чему привыкли. Наши глаза туманятся, почивая в сером контрасте, уши - дремлют. Безмолвие... Кладбищенские птицы шуршат пером деликатно, словно понимают, где они и зачем. Да и мысли в таких местах текут неспешно, по «парадным» тропинкам, что ли... Димон бы одобрил.
На службу в маленькую церквушку приехали сиэтловские приятели Корня - русские парапланеристы-айтишники. Те ещё программеры (олдовые), неприкаянные мечтатели... Приехали, повздыхали, постояли, помянули. А после - остались на фирме, пристегнув свои замыслы к общему делу. Индеец не возражал: дельные спецы с настоящим дипломом старого образца всегда нужны.
Нежданным выдался визит сицилийцев: чёрно - белый кортеж из пяти Maserati запарковался возле храма перед самой службой. Пожилые парни, седые, как лунь, прилежно отстояли панихиду от начала и до конца, крестились аккуратно (слева - направо), молчали. На поминки остались. После традиционной кутьи пришёл черёд мужской кухни: гречка с мясной подливой, домашние пельмени, хашлама. То, что любил Корень, определённо «зашло» итальянцам, да и водка развязала языки. В перерыве между тостами Джино-старший вышел покурить с Индейцем на свежий воздух и там, после третьей затяжки, аккуратно подобрался к теме войны с мексиканцами.
- У нас не было прямых конфликтов с ними последние тридцать лет. Но, времена изменились. Мы понимаем, что
