Читаем без скачивания Высокие отношения - Михаил Рагимов

— Командир, что с тобой? — толкнул его Рош. — Ты как в воду опущенный.

Стенолаз взорвался, тыкая пальцами во все стороны.

— Блядь, что за мудаки тут строили⁈ Кладка кривая! Уровень по пизде пошел! Кирпичи разносортные! Швы неровные! Их не расшивали, что ли⁈ И башенка эта, ебанная! Она же упадет нахрен! Руки поотрубать нахуй! По самую голову, блядь! Тут и таран не нужен! Перданешь и посыпется!

Стражник отшатнулся в испуге, закрутил головой по сторонам, ища поддержки.

Мудрый Бьярн тут же оттер перепуганного Роша, поехал с Хото колено-в-колено. Вытащил из-за пазухи флягу, вручил стенолазу.

— Пей, мудила! Хули орешь?

Хото кобениться не стал. Присосался. И не остановился, пока все не выхлебал.

— Вот и хорошо, вот и молодец, — похлопал его по плечу рыцарь и отобрал пустую фляжку. — А то начал он тут раскисать, как говно под дождем. Стены ему, понимаешь, не нравятся! Кривые! Мудак ты стенолаз, притом — неграмотный! Это ж специально так!

— Как? — Высота оторвался от созерцания лошадиных ушей, посмотрел на Бьярна.

— Вот так, криво, — показал ладонью рыцарь. — Этому монастырю лет под тысячу. Стены возводили тоже очень давно.

— И что? — потряс головой Хото.

— Рассказывай, Бьярн! — присоединился Бригг.

Рыцарь снова заухмылялся.

— Думали, что старый дрочила только и может, что рукоблудить? Не только! Старый дрочила еще и много читал! В том числе и о старых временах. И о том, как идет волна при ударе боевой магии.

— И как?

— А хрен ее знает, — признался Бьярн. — Но такая вот кривая и косорукая кладка, уменьшает ее убойность. Очень сильно. Там что-то с направлениями распространения, что-то такое. То ли вверх вся сила удара выходит, то ли еще как-то… Поднимемся, глянете на толщину — там ярдов пять-шесть, а то и больше.

Стенолаз закатил глаза, стукнул себя по лбу.

— Точно! Мне же рассказывали…

— Но ты благополучно пропустил сквозь уши, — произнес Бьярн и достал еще одну флягу. — По этому поводу предлагаю выпить. Ты будешь?

Хото покачал головой. Зато Бригг протянул руку.

Рыцарь ткнул в раскрытую ладонь дулю.

— Бухло только командирам. От бухла нервы!

— Жопа ты с усами, — ругнулся стражник.

— У меня они хотя бы растут!

У ворот монастыря Хото спрыгнул с седла. Присел на корточки. Стенолаза тут же повело, он чуть не упал на бок.

— Кто-то слишком много пьет на пустой желудок, — шепнул Бьярн своей лошади. Та шевельнула ушами, поддерживая.

Высота кое-как поднялся.

— Странное дело, — ткнул он пальцем во взрыхленную землю.

— Что не так?

— Такое ощущение, что эти ворота с прошлого года никто не открывал. И вообще этой дорогой никто толком и не пользовался. А то ли вчера, то ли сегодня, тут толклись целыми толпами!

— Плакала наша тихая и спокойная зимовка за деньги, — горько вздохнул Рош.

— Может, паломники решили навестить?

— Ага, перед снегом святые места навестить решили. Чтобы потом по сугробам назад пробираться?

— Слушай, командир, а давай уточним? Раз уж приехали?

— Ну назад всяко не поедем…

Хото постучал в ворота.

— У них что, караулы не ставятся⁈ — ошарашено покачал головой Бьярн. — Совсем распустились!

Но то, что караульных не было видно, не значило, что их нет! За воротами раздалась какая-то возня. Одна створка приоткрылась. Буквально щелочка! Только-только просунуть пару копий и прицелиться из нескольких арбалетов.

— Кто, откуда, зачем⁈ — спросили ' арбалеты'.

— Пойдем, Алексо, нам тут не рады! — громко произнес Бьярн.

— Мы с миром! — завопил Хото, поднимая руки. Его примеру последовали все остальные. — Вашу деревню вырезали! Не мы! — тут же поправился стенолаз. — Рыцари-разбойники! А мы их! Вырезали!

— Что орешь? — куда вежливее уточнили из щели. — Какую деревню?

— А хрен ее знает, живых не встретили никого.

За воротами недолго посовещались.

— И на кой хер сюда приперлись?

— Знаете, но, по-моему, в монастырях запрещено сквернословить, — заметил Бьярн. — Или это неправильный монастырь и неправильные монахи?

— Мы насчет работы уточнить! — по-прежнему, с поднятыми руками, спросил Хото. — Раз у вас по округе разбойники шныряют, то крепкие парни вам всяко понадобятся!

— Вы тоже «Отчаянные парни Пьера Эль Гуардобоске»? — ехидно уточнил «арбалет». — Или как-то иначе зоветесь?

— Чего? — от удивления Хото даже руки опустил. — Какие такие парни?

— Отчаянные.

— Не, мы те еще отчаяюги! — влез в беседу Рош. — Но мы сами по себе! Ни к каким Гуртобоскам не относимся!

— Говорил же я тебе, что брешут! — послышался из-за ворот громкий шепоток. — Нет таких! Сочинили те наемники все!

— Наемники? — встопорщил усы Бьярн. — Которые знают про Пьера? Господа! Среди тех наемников был некий Мартин Зверюга? У него еще длинная черная борода и ручной одноухий мечник, ростом в пять локтей? Повыше меня чутка?

— Мечник у него совсем безухий. И гиена еще. Жирная, как этот ваш, с грифоном!

Бригг в негодовании схватился было за пернач. Но тут же выпустил.

Рыцарь повернулся к Хото, с улыбкой на бледном лице.

— Мы решили вопрос, друг Высота! Тут же все наши!

— От этого еще страшнее, — сам себе сказал Рош.

Бьярн повернулся к щели.

— Господа! Раз уж ваше командование соизволило нанять рыцаря Мартина ди Бестиа, то будьте любезны, сообщите рыцарю Мартину, что у ворот нынче изволит его дожидаться рыцарь Бьярн.

Белоголовый посмотрел на хмурую компанию и добавил, — с компанией «Кровь и Бетон»!

Монастырский хохотнул.

— Подожди немного, старикан, сейчас сообщим!

— Постараюсь не сдохнуть от старости! — любезно пообещал Бьярн. Обернулся товарищам, — что вы такие скучные? Скажите, что не смотрели то представление? Там еще ругались потешно!

Хото отчаянно захотелось попросить у Бьярна одну из его чудесных многочисленных фляг. Чудом сдержался.

Старый знакомец Бьярна ждать себя не заставил. Воротина откатилась в сторону, открывая вид на внутренности монастыря. Сквозь толпу монахов, обряженных в кольчуги со следами ржавчины и подранные бригантины, наспех заплатанные, к гостям вышел пожилой рыцарь.

Описание старика полностью подтвердилось. Черная борода до груди. Широченный, будто медведь. И за ним длинный то ли кнехт, то ли сержант — выше Бьярна на голову мечник, с двуручным клинком на плече и замотанной головой — на месте правого уха проступали застарелые пятна крови.

— Бьярн, — коротко кивнул рыцарь.

— Мартин, — старик столь же коротко вернул поклон.

— Ах ты старый мудоеб! — Мартин подшагнул к Бьярну, облапил его.

— А говорили, что Железную Роту разнесли впрах! — в ответ обнял старого приятеля Бьярн. — Думал, что вас с Керфом больше нет!

— Не дождешься, упырь! — оскалился безухий. — Я обещал, что тебя переживу!

Бригг толкнул Роша локтем в бок.

— Ты гляди, а нашего-то Бьярна везде любят!

— Как его не любить-то, урода белобрысого!

Дожидаясь, пока рыцари наобнимаются, и наскоро вспомнят десяток общих событий, компания переминалась с ноги на ногу, гладила волнующихся лошадей, осматривалась по сторонам. Увиденное не понравилось. Денег в монастыре явно не хватало. И, судя по лихорадочной возне, местные ждали войны. Вероятно с теми, с кем компания уже свела знакомство.

— С другой стороны, нас на службу точно примут, — философски рассудил Хото.

* * *

Компания Мартина жила в монастыре всего третий день. Но успела приучить к своим повадкам всех и каждого. Поэтому, только пронесся слух, что приехали новые наемники, определенно знакомые со старыми, как в трапезной тут же началась суета.

Распоряжался всем Кэлпи, как самый разбирающийся. Кэлпи и разбирался. В данный момент, выбирая, какую из бочек вина отдать на растерзание злодеям, кои по прихоти судьбы, нынче отдали свои мечи монастырю, а не подняли на него!

Привратник тосковал по прежним спокойным временам. Можно было целыми днями валяться в караулке на топчане, портя глаза о старинные книги. И не приходилось быть сразу в пяти местах сразу, изо всех сил и разумения, укрепляя монастырь.

С другой же, встреча со старыми знакомыми разбередила вроде бы накрепко залеченные душевные раны. Особенно Тиана, прячущаяся нынче за забавным прозвищем «Русалка»… Было же время. Золотое! Старой пробы! Не то, что сейчас!

Монах с трудом отогнал воспоминания. Тиана перед ним. Коленями на меховой накидке, сброшенной будто от нестерпимо жгучей страсти. И лютый холод от пола, пробирающийся от пяток до затылка. Еле достоял! В тот день рисовальщикам отчаянно не везло — то ломали грифели, то рвали пергамент…

— Чтоб тебя! — заревел Кэлпи.

— Что случилось⁈ — тут же сунулся в погреб брат Муло.

— Ничего, — выдохнул сквозь зубы привратник. — Все хорошо, брат Муло! Спускай тали, будем поднимать.

Муло сбросил вниз ворох толстых строп.